Чтение онлайн

Лифт работал автоматически, со страшным скрежетом и скрипом. Он бесконечно долго полз до шестого этажа. Харри Ван Ньюис ожидал на пороге своего номера.

– Вы - мистер Мейсон, а это, видимо, миссис Мейсон,- сердечным тоном произнес Ван Ньюис.

Пожимая протянутую руку, Мейсон внимательно посмотрел на него.

– Мисс Стрит, - поправил он хозяина номера.

– О, пардон. Входите же, пожалуйста. Заранее прошу извинить за состояние комнаты. Я не ожидал гостей, поэтому у меня беспорядок. Мисс Стрит, садитесь вот сюда, это на редкость удобное кресло. Я только уберу с него газеты и журналы.

Голос был приятный, хорошо поставленный и весьма выразительный. Но черные глаза мистера Ван Ньюиса выражали беспокойство. Видимо, именно это он и старался скрыть голосом. Каждое произнесенное им слово было полно доброжелательности.

Он принялся наводить порядок в помещении, передвигаясь с кошачьей грацией и легкостью.

С ноткой иронии Мейсон осведомился:

– Вы проявляете такое гостеприимство ко всем своим посетителям? А если мы продаем книги или собираем пожертвования на благотворительные цели?

Ван Ньюис добродушно улыбнулся: - Ну и что, если это и так, мистер Мейсон? Вы пришли повидаться со мной, не считаясь ни со временем, ни с усталостью. Не сомневаюсь, что это вызвано важной причиной. Естественно, я обязан отнестись к вам с особым вниманием. Я сам тружусь в сфере торговли и не устаю повторять, что любой человек имеет право на уважительное к себе отношение.

– Что ж, весьма похвально, иного не скажешь. Так вы не догадываетесь, кто я такой?
– спросил адвокат.

– Нет.

– Я адвокат.

– Мейсон... Мейсон... Не Перри ли Мейсон?

– Совершенно верно.

– Разумеется, я слышал о вас, мистер Мейсон. Дафна рассказывала мне о вашем визите.

– Дафна?
– приподнял брови Мейсон.

– Миссис Милфилд.

– Ах да! Именно из-за нее я и нанес вам этот визит.

– В самом деле?

– Вы ее хорошо знаете?

– Да.

– А также ее мужа?

– Да, конечно.

– Тогда скажите, почему она раздумала лететь в Сан-Франциско в пятницу?

Выражение глаз и лица Ван Ньюиса не изменилось, но голос все же его подвел.

– Я крайне сожалею об этом, - пробормотал он смущенно.
– Я не представлял, что кому-то об этом известно.

– Могу ли я попросить у вас объяснения?

– Боюсь, что это абсолютно никак не связано со всем остальным, чем интересуетесь вы, мистер Мейсон.

– Иными словами, вы хотите сказать, что это не мое дело?

– Нет-нет, ничего подобного! Пожалуйста, не истолкуйте мое замечание неправильно, мистер Мейсон... Я... я просто считаю, что не имею права знакомить вас с попутными деталями, как я бы их назвал.

– Почему?

– Прежде всего потому, что задет персональный элемент. Именно я ездил в аэропорт и заставил Дафну вернуться. Ну и потом, это косвенно затрагивает моего друга, я совершенно не уверен, разрешил бы он Мне говорить об этом, если бы остался в живых. Ну, а так... теперь уж он не может дать мне такого разрешения!

– Вы имеете в виду Фреда Милфилда?

– Да.

– Так это связано с ним?

– Ну, это домашняя проблема.

– Послушайте, Ван Ньюис. Я не собираюсь ходить вокруг да около. Полиция расследует убийство. Они не оставят ни одного камешка неперевернутым. Я расследую то же самое убийство и могу точно сказать, что сделаю то же самое.

– Могу я поинтересоваться, откуда вам известно о том, что происходило в аэропорту?
– хмуро спросил Ван Ньюис.

– Я же вам сказал: я расследую убийство Милфилда и придерживаюсь мнения, что скрываемая поездка может быть с этим связана.

– Никакой связи не существует!

– Я предпочитаю сам судить об этом.

– Вы мне так и не сказали, откуда у вас такие сведения?

– Я не обязан вам этого говорить.

– Извините, я не могу согласиться.

– Черт побери, я изо всех сил стараюсь договориться с вами обо всем по-хорошему, а вы вынуждаете меня прибегнуть к более жестким методам. Поймите, если вы не предоставите мне удовлетворительного объяснения, мне придется отправиться в полицию и поручить им допросить вас.

– Почему?

– Потому что я представляю тех людей, которые заинтересованы в том, чтобы загадка гибели Фреда Милфилда была разрешена.

– Я сам в этом заинтересован. Если бы это хоть в какой-то мере касалось убийства, я бы сразу все выложил.

– В любом случае прошу вас ответить, а я уж решу, существует ли связь или нет.

Ван Ньюис посмотрел на Деллу Стрит, скрестил ноги, тут же их снова выпрямил, достал из кармана серебряный портсигар и спросил девушку:

– Курите?

– Спасибо, - ответила она, беря сигарету. Мейсон тоже потянулся к портсигару.

Все трое закурили.

Уловка с сигаретами, - заметил Мейсон, - дала вам необходимое время, чтобы собраться с мыслями, не так ли?

– Время-то она мне дала, - проворчал Ван Ньюис, - но не подсказала, как следует поступить...

– Ну что же, подумайте еще!
– предложил Мейсон, откидываясь на спинку стула.

– Ол-райт, - махнул рукой Ван Ньюис.
– Скажите, вам что-нибудь известно о Дафне?

– Абсолютно ничего.

– Она со странностями... очень эмоционально неуравновешенная особа.

– А точнее?

– У нее случаются - как бы это выразиться?
– эмоциональные капризы, что ли?

– Уж не хотите ли вы сообщить мне в деликатной форме, что она весьма ветреная особа?

– Нет-нет, ничего подобного! Знаете, я бы, пожалуй, окрестил ее "эмоциональной цыганкой".

– Я не уверен, что понимаю, что такое "эмоциональная цыганка".

– Ну, она подвержена сокрушительным взрывам чувств. К счастью, такие приступы у нее быстро проходят. Они краткие, но с ними бывает трудно справиться.

– Иными словами, она в кого-то влюбляется?

– Да... на короткое время.

– И последний приступ был недавно?

– Да.

– Роман с вами?

– Со мной?
– Ван Ньюис рассмеялся.

– Нет. Я слишком хорошо ее знаю, а она меня. Я всего лишь плечо, на котором она рыдает, и ничем иным не хочу быть. Нет, ее объектом стал какой-то парень из Сан-Франциско. Она оставила Фреду записку, какие принято в подобных обстоятельствах писать мужьям, и уже "овеем было собралась удрать в Сан-Франциско к своему возлюбленному, потом получить от Фреда развод или решать дело как-то иначе, как его больше устраивало. Это же Дафна! Уж коли она споткнулась, то жди всяких глупостей. На полдороге она ни за что не остановится.