Чтение онлайн

***

Менеджер Северо-Западной нефтяной компании Валентин Дроздов ни разу не видел своего шефа Илью Пупыша. Но относился к нему с огромным уважением. Да и как могло быть иначе, если Валентин ежемесячно получат в конверте две тысячи долларов, а иногда, кроме них, и премии? Конечно, слухи вокруг Пупыша ходили разные, но... Меньше знаешь - крепче спишь.

И вот в Кириши, где Дроздов находился в командировке по делам компании, вдруг приехали двое парней из службы безопасности Пупыша - Скиф и Кривой.

Настоящие их имена Валентин не знал, да и никогда не стремился узнать. "Бросай все, шеф вызывает",- заявили парни.

Что ж, надо так надо... Но дальше начались странные вещи. В машине Дроздову завязали глаза. Когда он пытался возражать - ударили по голове. После "отключки" Дроздов обнаружил себя лежащим в сарае со связанными руками.

Скиф вылил на него ведро ледяной воды.

– Зачем заложил хозяина?- спросили его на первом допросе.

– Вы что, мужики, с дуба рухнули?- пробормотал разбитыми губами Дроздов.

И получил в челюсть.

Дроздова, действительно, неделю назад вызывали в Главное следственное управление, допрашивали по одному из уголовных дел, связанному с компанией. Но Валентин заранее согласовал все свои ответы на предполагаемые вопросы следователя с одним из замов Пупыша и от этой линии на допросе не отступал.

Ошибка? Ложный донос? Проверка?

Объяснить что-то парням оказалось невозможно. После серии избиений Дроздову объявили, что он приговаривается к месяцу исправительных работ...

Каких работ? Кем приговаривается?

Валентину даже не дали позвонить жене. Сказали: она в курсе, что командировка мужа задерживается. Целый месяц Дроздов вместе с двумя десятками таких же бедолаг - проштрафившихся работников компании из разных филиалов - пахал на ферме, как раб на плантации где-нибудь в Южной Америке. Копал ямы, клал кирпичи, рубил кустарник... Кормили работников вонючей баландой. Территория фермы охранялась часовыми. За плохую работу прилюдно пороли розгами.

Приезжал сюда и барин, Илья Пупыш.

Он вскользь глянул на своих рабов, и по губам его проскользнула брезгливая усмешка. С Пупышем были гости - пара известных депутатов Госдумы. Приехали они поохотиться. Жили Пупыш и гости в огромном тереме, к которому "рабам" запрещалось даже приближаться...

– Почему вы решили, что вас везут убивать?- спросил следователь у Дроздова.

– Я уже знал, что некоторые сотрудники фирмы бесследно пропали... Мне была уготована та же участь...

***

Конечно, я в своей оперской практике с чем только не сталкивался... Но то, что я услышал, показалось мне невероятным.

– Что ж не арестовали Пупыша, Сергей Петрович?- спросил я.

Середа развел руки.

– А как вы думаете, Георгий Михайлович, почему?

– Думаю, что свидетели куда-то подевались. Или отказались от своих показаний...

– Мыслите правильно.

И Середа рассказал, что на ферме оперативники не обнаружили ни одного раба... Что Валентин Дроздов после допроса в Кингисеппском РУВД больше нигде ни разу не появлялся. Жена его говорит, что с мужем давно не живет - но это неправда, в командировку в Кириши Дроздов уезжал из дому. А в следственном отделе в Кингисеппе случился пожар, и протокол допроса Дроздова сгорел с другими бумагами.

– Даже фотографии его нет ни одной,- сокрушенно вздохнул Середа.

– Быть не может!- удивился я.- А в паспортном столе?

– А он не был в Питере прописан, с Украины прибыл. Послали туда запрос, но он затерялся.

– Ну а приметы у Дроздова какие-нибудь есть?- допытывался я.

– Примета одна - татуировка. Птичка пингвин... Когда малолеткой был - в зону по дурости угодил, там и отметили его.

Так-так-так...

– Интересно, Сергей Петрович... А мне почему-то казалось, что пингвин это что-то с морем связанное, с севером.

– Я тоже так раньше думал, Георгий Михайлович. Но я специально к Валдаеву обратился - знаете, наверное, нашего знатока тюремного фольклора?

Я кивнул - кто ж не знает легендарного опера...

– И Валдаев мне все объяснил.

"Пингвин" расшифровывается просто - прости и не грусти, виноватого искать не надо.

***

– Что с тобой?- тревожно спросила Галина, поставив подогревать ужин.

– Понимаешь, Галка, произошла страшная для меня вещь... Я перестал быть опером.

– Вот новость-то,- вздохнула жена.

– Нет, ты не поняла, дорогуша... Осталась у нас водка?

Галина недоуменно вынула из холодильника початую бутылку "Пятизвездной" и налила мне рюмку. Я выпил залпом и хрустнул огурцом.

– Я сейчас пять раз набирал номер Вадима Резакова, чтобы сообщить ему имя убийцы Пупыша. И не смог.

– Почему, Гоша?- удивленно спросила Галина.

– Вот и я о том же - почему? Наверное, потому что я уже не опер. Налей мне еще. И себе тоже...

Жена слушала мой рассказ полночи...

– Никогда бы не поверила, что ты будешь укрывать преступника,вздохнула она.- Но тебе не нужен мой совет, ты уже все решил.

– А если нужен?- улыбнулся я.

– Ты все решил правильно. Пора спать, Гоша...

И я заснул.

***

– Я знал, что вы за мной придете,- вздохнул Дроздов, когда мы присели в беседке у моря. Накрапывал дождик, волны пенились.

– Скажите, Валентин...

– Павлович.

– ...ведь Лом вас и пристроил сюда? Наверняка он решил использовать вашу ненависть к Пупышу и помог вам организовать убийство?

– Считайте, как хотите,- махнул рукой Дроздов.- Все равно на следствии я ничего не скажу.

– Пупыш узнал вас, когда приезжал сюда перед убийством?

– Думаю, что да... Поэтому я понял, что откладывать задуманное не стоит. Иначе он бы сам меня убрал.

– А где вы взяли "вальтер"?

– Когда-то давно ремонт в квартире делал...- Дроздов поднял опущенную голову.- Дом "сталинский", раньше в нем жили комитетчики... В ванной менял решетку вентиляции, старую снял, сунул руку в отверстие, а там тяжелый сверток.