Чтение онлайн

Каффи нервно закашлялся.

— Мог бы я поговорить с мистером Инглом наедине, мистер Мейсон? Я думаю…

— Ну, конечно, — ответил Мейсон. — Делла, проводи господ в юридическую библиотеку.

Ингл и Каффи вышли из кабинета. Мейсон улыбнулся Делле Стрит. Она закрыла дверь, вернулась в кабинет и сказала:

— Что будет, шеф, когда они узнают, что кто-то уже заплатил возмещение?

— Черт бы меня побрал, если я знаю, — ответил Мейсон. — У нас еще не было такого прецедента. Обычно очень трудно получить одно возмещение, а тут уже два. Впрочем, в эту минуту, Делла, самое важное, это управиться со страховкой. Тогда мы будем свободны и сможем спокойно работать.

— Почему ты говоришь, будем свободны?

— Потому, что это правда, — сказал Мейсон. — Ингл думает, что я зеленый в этих делах, но если бы он знал мои мысли, то наверное упал бы в обморок.

— Наверное.

— В эту минуту мы боремся за справедливость с секундомером в одной руке и бомбой с часовым механизмом в другой. Я чувствую себя так, как будто держу в руке гранату со сдернутым кольцом.

Мейсон стал ходить по комнате. Делла следила за ним глазами, полными сочувствия и понимания. Дверь библиотеки открылась. Посетители вернулись в кабинет. На этот раз разговор вел Каффи.

— Мы соглашаемся на названное вами возмещение, мистер Мейсон, — заявил он. — Страховое общество не хочет делать прецедента. Они злы на меня за то, что я дал вам этот чек и объяснение вчера вечером. Я дам вам чек, дополняющий сумму, а потом договорюсь со страховым обществом.

— Итак, мы получаем деньги, — сказал Мейсон.

Каффи достал чековую книжку.

— Я хотел бы взглянуть на акт передачи, мистер Ингл, — попросил Мейсон.

В то время, когда Каффи выписывал чек, Мейсон просмотрел акты.

— Кажется, все в порядке, — сказал он.

Он подписал акты и спрятал чеки.

— Надеюсь, что мы поняли друг друга, мистер Мейсон, — сказал Каффи.

— Думаю, что так, — подтвердил Мейсон.

— Мистер Ингл говорит, что будет лучше, если не будет ясно определенного объяснения.

— Конечно, — сказал Мейсон, подавая ему руку.

— Я не могу выразить, мистер Мейсон, как мне неприятно по поводу того, что случилось. Это будет для меня хорошим уроком.

— Знаю. Вы наверное глаз не закрыли прошлой ночью.

— Откровенно говоря, нет.

— Человек учится всю жизнь, — сказал Мейсон, встал и проводил гостей до двери. — У меня также была бессонная ночь.

Ингл посмотрел через плечо и сказал:

— Вы быстро работаете, мистер Мейсон.

— Нет смысла работать как улитка, — отпарировал Мейсон.

— Нет, — сказал Ингл, выходя в коридор. — Вы не работаете как улитка, но вы наверняка скользкий, мистер Мейсон. До свидания.

— До свидания, — сказал Мейсон, закрывая дверь.

— Я должна идти в банк депонировать эти чеки? — спросила Делла Стрит.

— Нет, — ответил Мейсон. — Я сам это сделаю. Это будет сейчас хорошим объяснением того, почему меня нет в кабинете.

— А что потом? — спросила она.

— Потом мне придется придумать другую отговорку. А если не смогу придумать правдивую отговорку, придется придумывать неправдивую.

— Дело даже так плохо?

— Может быть.

Зазвонил телефон с засекреченным номером. Делла подняла трубку, послушала немного и, наконец, сказала:

— Это Пол Дрейк, шеф. Он хочет с тобой поговаривать.

Мейсон подошел к телефону.

— Что нового, Пол? — спросил он.

— Ты помнишь, что я тебе говорил о Хансоне, владельце Рашинг Крик?

— Помню, — перебил его Мейсон.

— Так вот, полиция решила провести с ним небольшой разговор. Должно быть им кто-то намекнул, потому что они привезли его сюда, а вместе с ним реестр оружия. Им не понравилось то, что они там нашли.

— А что они там нашли, Пол?

— Прежде всего то, что подпись Росса Холистера, а также его адрес и фамилия были вписаны в реестр оружия кем-то другим. Это не его почерк.

— И что еще?

— Полиция узнала между прочим о знакомстве Люсиль Бартон с мужчиной по имени Артур Колсон. Они не знают, правда, точно, какие у них отношения. Но зато, когда сделали очную ставку Хансона с Артуром Колсоном, тот его тотчас же опознал и сказал, что именно Колсон купил револьвер.

Дрейк замолчал, Мейсон тоже нечего было сказать.

— Ты слышишь меня? — быстро спросил Дрейк.

— Слышу, — ответил Мейсон. — Я думаю о твоих новостях. Что у тебя есть еще, Пол?

— Пока это все.

— А что говорит Артур Колсон? — спросил через минуту Мейсон.

— Артур Колсон уверяет, что произошла ошибка. Говорит, что если полиция хочет кого-то опознать, то она должна поставить его в шеренгу с другими и только тогда дать этому Хансону опознавать. Полиция понимает, конечно, что он прав. Они вели свои расследования и просто на него натолкнулись. Им не нравится то, что они откопали и наверняка они не перестанут работать в этом направлении.

— Это опознание может быть фальшивым, Пол?

— Нет. Из того, что мне известно, этот Хансон стреляный воробей. Он знает большинство клиентов, приходящих в его магазин. Постоянных, конечно, клиентов. Когда начинается сезон рыбной ловли, туда приезжает множество народа. Они покупают там рыбацкие карточки и подобные вещи. Но это было после сезона. Хансон отлично помнит эту сделку и абсолютно уверен, что именно Артур Колсон купил револьвер. Это наверное произвело большое впечатление на полицию.

— Хм, — только и сказал Мейсон.

— Слушай, Перри, — продолжал Дрейк. — Почему Колсон подписался фамилией Холистера? Ты понимаешь что-нибудь?

— Он должен был вписать какое-нибудь имя, — ответил Мейсон, — а так как Люсиль должна выйти замуж за Холистера, а по крайней мере, она так считает… С точки зрения Колсона имя Холистера было самым лучшим и безопасным в этом случае.

— Если на это смотреть так, то все подходит, — согласился Дрейк.

— У тебя есть еще что-нибудь, Пол?

— Полиция сделала парафиновый тест руки Питкина. Это, конечно, не так очевидно, как казалось бы, тем не менее, вполне достаточно того, что они получили отрицательную реакцию спустя короткое время поле использования револьвера.