Чтение онлайн

Мы втроем — Дакен, Фальгот и я — ждали в небольшой, почти всегда пустующей смотровой комнатке, в оригинале предназначенной для фиксирования прилетов и отлетов шаттлов, но из-за относительно небольшого размера драгоценного рудника и, соответственно, небольших объемов привозимых товаров, ставшей ненужной и прекратившей использоваться.

На каком именно шаттле будут покупатели инеистого золота, было неизвестно, но за вахту группы Клира должно было прилететь всего три шаттла, так что вариантов было немого.

Первый шаттл сгрузил запас еды на следующий день и быстро улетел. Среди людей Клира не было замечено никаких странностей в поведении, никто из грузчиков к ним не подходил и не разговаривал за исключением дежурного обмена приветствиями и обсуждения груза.

А вот когда прилетел и приземлился второй шаттл, я тут же заметил, как некоторые рабочие занервничали и задергались, что было незвусмысленным намеком. А потом среди грузчиков я, с помощью окуляра, заметил двоих Преданий, вероятно, бывших телохранителями торговцев, и все уже стало совершенно очевидно.

Когда Клир с одним из своих людей и двое не особо расторопных грузчиков отошли за ящики и скрылись из нашего вида, стало понятно, что надо брать.

Дакен подал сигнал. Он не был звуковым. Просто его мана, до этого сжатая в тугой комок, на миг дрогнула, подав короткий, направленный импульс, который я и Фальгот почувствовали кожей.

Потом он просто шагнул из нашей расщелины в полосу слабого света, падавшего от редких светящихся лишайников на потолке. Его фигура, массивная, в своем синем мундире смотрителя, возникла перед ними как материализовавшийся кошмар. Фальгот и я вышли следом, справа и слева, отрезая путь к вентиляционной шахте и основному штреку.

— Удобный момент для коммерции, — произнес Дакен. Его голос, низкий и абсолютно ровный, прозвучал как удар тупым топором по ледяной глыбе. — Жаль, что товар краденый, а лицензии я не вижу.

Наступила тишина. Шахтеры застыли, их лица исказились гримасами чистого ужаса. Торговцы резко отпрянули, инстинктивно хватая за рукава ближайших охранников. А охранники среагировали так, как и должны были — без паники, с профессиональной жестокостью.

Тот, что был шире в плечах, даже не пошевелился. Он просто выбросил вперед согнутую в локте руку, и пространство перед ним сгустилось, помутнело, сложившись в многослойный, переливающийся полупрозрачный барьер.

Он не закрывал его всего, а прикрыл треугольником: себя, торговцев и часть пространства за спиной. Второй охранник просто исчез. Его силуэт словно растворился в окружающей тени, и из этой самой тени, в метре от меня, материализовалось узкое, изогнутое лезвие.

Оно уже было в движении, направленное в точку под ребрами — расчет на скоростное поражение жизненно важных органов.

Мое восприятие уловило атаку. Щит «Сказание о Марионе» материализовался за моей спиной, поддерживаемый в воздухе маной.

Лезвие со звоном ударило в золотистую поверхность, и я почувствовал, как по сети щита, связывающей меня с призрачными копиями у моих бойцов, побежала волна нагрузки.

В тот же миг я, не прекращая движения, выбросил левую руку назад, выпустив луч маны, пронизанной грубыми нитями мировой ауры.

Атакующий Предание, не ожидая контратаки, едва успел отклониться. Луч прошел в сантиметре от его шлема, но волновой эффект от близкого разряда тяжёлой энергии всё равно заставил его на мгновение замереть, нарушив маскировку.

Этого мгновения хватило Фальготу. Он вскинул двуручный молот, артефакт Предания, с навершием в виде свирепой горгульи. Молот загудел, вбирая ману, и Фальгот, рванувшись вперед, обрушил его на треугольный барьер, заставляя его померкнуть.

Тут же Дакен совершил короткий, резкий рывок. Он прошёл сквозь пространство, используя какую-то свою технику телепортации или сверхскоростного перемещения, и оказался прямо перед одним из торговцев.

Его рука, обернутая в артефактную перчатку с шипами, с хрустом сомкнулась на горле несчастного. Тот захрипел, затрепыхался.

— Шахтёров живьём! — рявкнул Дакен, обращаясь к нам.

Бой, однако, не был закончен. Атакующий Предание, оправившись от моего воздействия, снова пошёл в наступление, но теперь его целью стал Фальгот, как самый «громкий» и очевидный источник угрозы.

Впрочем, затягивать я не собирался, сходу налетев на него с саблей уровня Предания наперевес и, пока Дакен был занят защитником, против которого прекрасно справлялся, даже держа в руке торговца, вдвоем с Фальготом мы быстро расправились со своим противнком.

Второй охранник, видя, что его напарник повержен, предпринял попытку сбежать. Он рванул к тоннелю на выход, но я был быстрее. Вложив ману с мировой аурой в свои «Прогулки», я нагнал его и сбил на пол пещеры. Там повязать его втроем было уже совсем несложно.

Дакен окинул взглядом поле недолгого боя. Он подошел к главарю шахтёров и без лишних слов пнул его в бок так, что тот заскулил.

— Крысы. Вы все — трусливые, жадные крысы. — Его голос был тихим и от этого ещё более страшным. Он посмотрел на оглушённых торговцев, на поверженных охранников. — Мне нужны имена их покровителей, чтобы передать в «Око». А потом… — он обвёл взглядом шахтёров, — показательная казнь. Чтобы все видели, что бывает с теми, кто крадёт у меня.

Именно тогда я вмешался.

— Убить их слишком просто, — сказал я, делая шаг вперед. Дакен медленно повернул ко мне голову. В его взгляде читалось: «Опять твои выкрутасы?» — У меня есть иное предложение. Тоже публичная, но не казнь, а пытка. Так будет эффективнее.

Месяц назад Дакен, может быть, и не согласился бы, но за то время, что меня не было, показатели неуклонно превышали средние за прошлые периоды, так что, как бы ему ни были непонятны мои методы, подумав какое-то время, он кратко кивнул.

###

На следующее утро основной тоннель драгоценного рудника был тих, несмотря на то, что все шахтеры были тут, а не в штреках. Воздух был густым от ожидания и немого ужаса.

Посередине расчищенного пространства, на холодном, пыльном камне, стояли на коленях тринадцать фигур. Девять шахтеров из группы Клира, двое торговцев и двое телохранителей. На всех были надеты балахоны из мешковины и тяжелые наручники, блокирующие ману.

Я стоял перед этой шеренгой, медленно прохаживаясь из конца в конец. В правой руке, опущенной вдоль бедра, я держал кинжал «Сотня порезов».