Чтение онлайн

Я нашел свою трость и оперся на колено. Пока я ждал, пока комната перестанет вращаться, я провел самоконтроль. Я был искалечен, истекал кровью, находился в шоке и лишился всех сил, кроме небольшого запаса, который удерживал Телониуса на расстоянии. В остальном я был в порядке.

Стоя так до конца, я приблизил лицо к стеклянной двери. Я мог разглядеть похожий на пещеру неф собора, ряды скамей, ведущие к возвышающемуся алтарю. Вверху, в витражах, лики святых были окрашены в красный цвет демонической луной, как будто сами по себе были одержимы.

Человек со свечой исчез, но я знал, кто это был. То, что отец Вик все еще был заперт внутри, было хорошим знаком. Это означало, что демон еще не совершил жертвоприношение. Но я был уверен, что он меня заметил.

Нельзя было терять ни минуты.

Я попробовал открыть двери. Запертый. Зеркальное стекло на вид было не очень толстым. Я отступила назад и изо всех сил ударила пяткой по колену. Стекло разбилось вдребезги, прихватив с собой еще немного кожи. Просунув руку в щель, я нащупал засов, повернул его и ввалился внутрь.

Стекло хрустело под моими подошвами, когда я встал на ноги и огляделся. Я, пошатываясь, прошел по коридору во внутренний двор, пересек кроваво-красные каменные плиты и толкнул дверь в квартиру отца Вика.

Я щелкнул выключателем, но, должно быть, отключилось электричество. В лунном свете я увидел, что его здесь нет. Я взял со стола отца Вика Библию на латыни в кожаном переплете, а затем порылся в ящиках стола, пока не нашел серебряное распятие. Когда я повернулся, чтобы уйти, мой взгляд упал на его белый носовой платок. Я поднял его с предмета, которым он был обернут, и отшатнулся при виде кошмарного лица.

Мое собственное, быстро понял я, глядя в запотевшее стекло магического зеркала. Но пламя, вспыхнувшее над моим плечом, принадлежало не мне. Как и голова в капюшоне, которую оно осветило.

Мое сердце бешено заколотилось, когда я обернулся, но передо мной был не отец Вик.

— Что ты здесь делаешь? — Спросил Малахай.

— Здесь никого не должно быть — сказал Малакай холодным монотонным голосом. Свет от свечи отражался в его водянисто-серых глазах. Его взгляд был смелее, чем утром. Я тоже перевел взгляд на его другую руку, но она была скрыта рукавом рясы. Я заметил, что это была черная ряса.

— Где они? — Спросил я.

— Кто?

— Отец Вик и епископ?

— Разве вы не слышали? — Он подошел ближе — Они пропали.

Его голос звучал монотонно, а узкое лицо то появлялось, то исчезало из тени капюшона. Я уловил кислый запах изо рта. Я был зажат, прижав ноги к столу.

— Почему ты не эвакуировался вместе с остальными? — Спросил я, снова высматривая его спрятанную руку. Он был не тем, кого я ожидал увидеть, и в нем было что-то не так. Он казался... одержимым.

— Я спрятался — сказал он, прижимаясь ближе — Мне нужно было искупить свою вину. Я думаю, что я причина того, что произошло.

— То, что ты нашел в архивах — сказал я.

Он замолчал, его глаза, казалось, заострились от удивления.

— Бартоломью Хайэм, пятый настоятель — продолжил я — Церковь считала, что он был одержим демоном. Они убили его, но не провели обряд экзорцизма или провели его неправильно.

— Отец Вик, похоже, не считал, что это было сделано правильно — сказал Малахия — Но отец Ричард сказал, чтобы мы оставили это в покое. Они ужасно спорили. А потом...

Пламя свечи коснулось другой руки Малахии. Я рванулся вперед, умудрившись схватить его за запястье. Даже в моем жалком состоянии я смог отбросить Малахию назад. Мы опрокинулись на угол кровати и тяжело приземлились на пол. Свеча с грохотом упала куда-то и погасла.

— Помогите! — Малахия закричал в темноте, пытаясь разжать мои пальцы.

Зубы сомкнулись на костяшке моего пальца, и я подавил крик. Я дотянулся пальцами до его ладони, обнаружив, что она пуста. Я принялся ощупывать его, как могла, что, должно быть, показалось брыкающемуся, извивающемуся послушнику небрежным ощупыванием. Убедившись, что в его руках нет ничего опасного, я ухватился за изножье кровати, чтобы подтянуться. Малахай отпрянул назад, прежде чем остановиться и посмотреть на мою протянутую руку.

— Извини — сказал я, тяжело дыша — Я думал, у тебя есть оружие. И после всего, что произошло...

Он еще мгновение смотрел на мою руку, капюшон упал с его длинных волос, а затем позволил мне помочь ему подняться на ноги. Пока он поднимал свечу и снова зажигал ее, я внимательно наблюдал за ним, пытаясь понять смысл его присутствия. В свете нового пламени я увидел то, что несколько мгновений назад неправильно истолковал.

На лице Малахии было написано не одержимость, а тупые морщины от опьянения.

Искупление, о котором он упоминал, по-видимому, заключалось в том, что он угощался вином для причастия, которое я почувствовал в его дыхании. Парень чуть-чуть стеснялся блотто. И кто мог его винить? Он верил, что запустил цепочку событий, которые привели к убийству отца Ричарда, а теперь и к исчезновениям. Я предположил, что примерно в то время, когда я переступал порог, он допивал четвертую или пятую чашу красного вина Святого Мартина. Свет, который я увидел, был от того, что он подошел выяснить причину шума, прежде чем скрыться. Как у человека, который знал собор лучше, чем кто-либо другой, у него было множество тайников на выбор.

А это означало, что он мог мне помочь.

— Место, где Хайэм хранил кости — сказал я — Где это?

— В катакомбах — ответил Малахия — Но вход туда был закрыт после казни Хайама. Это место было объявлено святилищем зла. Я уже проверил это. Над входом есть прочная стена.

— Покажи мне — попросил я.

Он уловил настойчивость в моем голосе и быстро кивнул. Прикрыв пламя ладонью, он повернулся к двери. Когда я ковылял за ним через двор, я боялся поднять глаза. Боялся , что демоническая луна достигла зенита. Я боялся , что потерял отца Вика навсегда.

Воздух, казалось, разрежался, когда мы торопливо спускались по каменной лестнице в углу собора, но это была моя фобия находиться под землей. Темнота не помогала. Тошнотворная смесь жара и холода пронзила мою сдавленную грудь. Я начал хрипеть.

Малахия повернул голову.

— Тебе нужно отдохнуть?

Я покачал головой. Пока я мог дышать, я должен был продолжать двигаться. Если демон был тем, кого я боялся, то мы имели дело с большим злодеем. Ему нельзя было позволить сбежать ни при каких обстоятельствах. Недостаточно квалифицированный или нет, я ставил перед собой задачу остановить его.