Чтение онлайн

Разумеется, как всякому добропорядочному демону, ей не нужна пища из мира смертных, но Мэн Цзеюй нравилось смотреть на зашедшуюся в рвотном кашле небожительницу. Она поднесла той убитую мышь и громко рассмеялась, когда пленница отползла в сторону, отчаянно цепляясь за высокую траву.

— Не проголодалась?

— Я… не ем мяса… — ответила пленница. — Я вообще ничего не ем, мне это не нужно.

— Ну, смотри сама… — Мэн Цзеюй выбросила мышей под дерево и вытерла губы рукавом. — Не проси потом, когда устанешь. На вид ты измождённая, долго не выдержишь без грубой пищи. Духовная искра в тебе еле тлеет. Не знай я, что Сюэ Моцзян с обычными женщинами не связывается, решила бы — смертная передо мной, — лиса шумно понюхала волосы небожительницы, заставив ту поёжиться. — Отравили или небесную кару пережила? Запах дурной от тебя.

Пленница промолчала.

— Кто ты для Сюэ Моцзяна?

Ответа не последовало.

— Не трать время на расспросы, старшая, — посоветовал разведчик, изловивший мышей. — Просто отгрызи кусок её красивой щёчки. Она тогда сама заговорит.

Мэн Цзеюй повертела длинную прядь на пальце, вздохнула и с видимым разочарованием отпустила волосы пленницы.

— Я бы с радостью, да мясо у небожителей жёсткое. Не едят ничего, кроме солнечного света и ветра. Какой толк с такого ужина?

В глазах небожительницы мелькнул испуг, но затем она справилась со страхом и с гордым видом посмотрела в лицо Мэн Цзеюй.

— Я не боюсь тебя!

— Зря не боишься, — Мэн Цзеюй подцепила её пальцем за подбородок, не позволив опустить голову. — Я считаюсь сильным демоном. Мне ничего не стоит расправиться с такой маленькой небожительницей, как ты.

— Но ты не станешь… — на губах пленницы возникла торжествующая улыбка. — Тебе что-то нужно от меня, правда? Если хочешь получить это, будь вежливой.

— Пф… — Мэн Цзеюй насмешливо фыркнула и отпустила чужой подбородок. — Откуда столько высокомерия? Ладно. Поговорим позже. Братья, уходим отсюда!

Несмотря на сопротивление, пленница вновь очутилась в цянькуне. Пристроив мешочек на поясе, Мэн Цзеюй направилась в сторону Кушань. Разведчики сопровождали её, рассыпавшись редкой цепью. Так меньше риска. Если кого и поймают, остальные успеют уйти.

След оборвался в нескольких ли от Пинъяо. Сюэ Моцзян принял человеческий облик и, применив духовное чувство, осмотрел окрестности. Не нужно быть одним из высших асуров, чтобы догадаться — лисья разведка использовала цзянши.

Столкнувшись с покойниками из мира смертных, которых за несколько медных монет «переводили» для погребения, лисы укрылись за тёмной аурой смерти для маскировки. Но если он приложит усилия, беглецы обнаружатся быстро.

Сюэ Моцзяна раздражало не столько похищение барышни Ин, сколько наглость Мэн Цзеюй. Эта лиса вообразила о себе слишком много, пора показать ей истинное место в Трёх мирах!

Он как раз собирался призвать меч, когда с небес рухнула багрово-красная звезда, на время ослепившая глаза. Ещё не видя прибывшего, Сюэ Моцзян преклонил колено. Эта всесокрушающая энергия инь ему хорошо знакома! Оторвав взгляд от земли, командующий увидел Цуймингуя, облачённого в расшитую золотом тёмно-синюю мантию. Но поразил его не внешний вид Тёмного владыки, больше подходящий дворцовому залу на Кушань, а его ноша. Цуймингуй держал на плече бесчувственную деву. Заметив удивлённый взгляд своего подчиненного, он небрежно тряхнул плечом, позволив той упасть с высоты человеческого роста.

— Владыка-страж? — ещё больше поразился Сюэ Моцзян, разглядывая бледное лицо высшей небожительницы.

С её губ сочилась тёмная кровь, грудь хаотично вздымалась в такт сбившемуся дыханию, а длинные ресницы покрывал мелкоигольчатый иней. Командующий невольно приложил пальцы к запястью небесной девы — пульс выглядел неровным, как после тяжёлого ранения или возмущения ци.

Тёмный владыка по-прежнему молчал, не считая нужным что-либо пояснять.

— Цуймингуй-басюн, у нас война с Небесным городом? Откуда у тебя Владыка-страж Великого барьера Девяти Сфер? — не вытерпел Моцзян, обратившись к старшему.

— Из Пинъяо, — ответил тот, доставая из-за пазухи цянькунь, искусно расшитый серебряными нитями. — А точнее, из твоего цветочного дома.

Ослабив шнуровку, Цуймингуй вытряхнул на землю содержимое мешочка: несколько мелких артефактов, чистую бумагу, крупную жемчужину и… свиток, красиво перетянутый лентой. Заметив интерес Тёмного владыки, Сюэ Моцзян услужливо подал свиток и встал с колена.

Цуймингуй осторожно потянул ленту двумя пальцами. Бумага с шорохом развернулся в его руках, являя взору незатейливую живопись. Художник, явно из мира смертных, если судить по мастерству, изобразил цветущую грушу на крутом речном берегу, что упрямо цеплялась за жизнь. Вдоль левого края бумаги виднелась ровная строка иероглифов.

— Призадумалось дерево груши моей, что растёт на речном берегу одиноко… — Сюэ Моцзян, прочитавший написанное вслух, рассмеялся. — Какая нелепость! Откуда у небожительницы земная живопись с такой неприглядной подписью?

Однако Цуймингуй выглядел сосредоточенным. Продолжая водить пальцем по иероглифам, он медленно произнёс:

— Думы эти о белой листве средь ветвей умертвить тебя могут тоскою глубокой… Ты не прав, Моцзян-бади. В этих строках есть и смысл, и боль, — обратив взор на лежащую у его ног небожительницу, Цуймингуй вздохнул и тихо добавил, — Откуда это у тебя?

Естественно, та промолчала.

Происходящее на его глазах было таким удивительным, что Сюэ Моцзян на время растерялся, прежде чем отважился спросить вслух:

— Ты знал поэта, Тёмный владыка?

— Не в этом дело, Моцзян-бади, — Цуймингуй не торопясь свернул живопись и аккуратно завязал ленту. — Собери всё в цянькунь, — приказал он. — Отдашь мне его на Кушань.

— Как пожелаешь, — Сюэ Моцзян принялся собирать артефакты, разбросанные по траве, когда его настиг внезапный вопрос владыки.

— Что ты делал здесь?

Сюэ Моцзян ждал чего-то подобного. Тёмный владыка всегда строг к подчинённым. Он желает знать обо всём, что происходит в Трёх мирах. Но на этот раз командующий решил солгать. Вернее, сообщить только половину правды.

— Я преследовал разведку лисьего клана.

— И каков результат?

— Стыдно признать, но твой командующий в который раз проиграл лисам, — с разочарованием в голосе заметил Сюэ Моцзян. — Я недостоин называться воином Асюло!

— Не преувеличивай, Моцзян-бади, — спокойно возразил Цуймингуй, продолжая разглядывать небожительницу у своих ног. — Просто возьми подкрепление на Кушань и сделай это наконец. Добей их.

— Как прикажешь, Тёмный владыка! — Сюэ Моцзян закрепил чужой цянькунь у себя на поясе. — Я сразу же займусь лисами.

— Позже… чуть позже. Нам теперь не до лисиц, — тут же возразил Цуймингуй. — Возвращаемся на Кушань. Я вернулся из Великого разлома с хорошими новостями. — Он вдруг положил руку на плечо Сюэ Моцзяна и загадочно улыбнулся. — Но почему ты, Моцзян-бади, так и не спросил о моём самочувствии? Неужели настолько увлёкся преследованием лисьей разведки?

Сюэ Моцзян с трудом выдержал взгляд Цуймингуя. Зачем он лгал? Все знают — у главы клана Асюло чутьё ничем не хуже от девятихвостого лиса! А за ложь и убить на месте может.