Чтение онлайн

— Нет, с бельем я как-нибудь справлюсь сам, но спасибо за предложение.

Я покраснела, а он, ухмыльнувшись еще шире, продолжил:

— К нам давненько не попадали с официальными визитами люди, а человеческая мода имеет тенденцию обновляться каждые пять лет — это в среднем. Помоги мне подобрать подходящий костюм для приема делегации из Пятого мира. Из твоего мира. Там по-прежнему бушует война, и одна из сторон пытается привлечь нас на свою сторону.

Я уставилась на демона, жаждая узнать больше, но он издевательски хмыкнул и замолчал.

— Берись за работу, Дайри. Я объяснил ситуацию, большего тебе знать не требуется.

Закинул крючок и подцепил рыбку, да? Дал понять, что ему известно положение дел на родине… наверняка Аркаир донес, что я по-прежнему вспоминала о доме и беспокоилась за родных. Но зачем это владыке? Хочет повлиять на меня? Чего-то еще добиться? Вряд ли ему действительно моя помощь нужна. Что тогда за этим стоит?

Расскажет как бы в благодарность за помощь и будет смотреть, как я реагирую? Что буду делать потом?

Скорее всего. Понятно тогда, почему он был недоволен встречей с Наэлели. У него была выстроена готовая схема, которая теперь может сбиться из-за дополнительных трудностей, доставленных его сиреной.

И это объясняет, почему «так будет еще интереснее».

Ладно, подыграю. Заодно пойму, это вы затеяли, повелитель, или нет.

Интересно, а что еще ему говорил обо мне Аркаир? Он докладывает обо всем — или все-таки некоторые вещи…

Вспомнила про несанкционированный массаж, про истерику, которую я устроила, бессовестно прижимаясь к нему, представила скорбный доклад дворецкого на эту тему…

Вряд ли, Аркаиру наверняка хочется жить.

— А если я справлюсь, вы…

— Возможно, расскажу… — усмехнулся демон. — Зависит от того, сколько стараний ты приложишь.

Похоже, угадала.

— Работай, — приказал владыка и вышел.

Я усмехнулась.

Ладно, поиграем по твоим правилам. По крайней мере, теперь они, для разнообразия, более-менее ясны.

Я просто не понимала, во что ввязываюсь!

Через сорок минут, раздраженная, обчихавшаяся всласть, я высунулась из очередных закромов, куда были как попало свалены вещи, и поинтересовалась у вновь вошедшего Дэмиана:

— Владыка, вы еще гардеробного не уволили?

Он изогнул бровь, но соизволил ответить:

— Пока нет, но непременно этим займусь.

— Меня позовете?

Заинтересованный взгляд.

— Зачем?

— Хочу лично увидеть, как у этого типа вытянется лицо, когда я ему на голову мешок с тряпьем, изъеденным личинками моли, надену!

— Какая ты кровожадная, — со смешком прокомментировал демон. — Он оборотень, чтоб ты знала.

— Тогда еще и блох напущу!

Демон рассмеялся, но замечаний делать не стал, хотя я кипела праведным гневом и мне было уже не до субординации.

— О, вот и рубашки! — обрадовалась я, вскрыв очередную коробку. — Вышедшие из моды лет пятнадцать как…

— Ничего подходящего не отыщется? Пусть даже не совсем подходящего, лишь бы не откровенно смешного по вашим нынешним меркам.

— Попытаюсь подобрать, — вздохнула я.

Через час выдохшаяся, уставшая, перемазанная пылью и прихлопнувшая с триста экземпляров откормленной моли, я предъявила вновь вернувшемуся повелителю демонов три отобранных мной комплекта.

— Лучше не будет, — устало заверила его я. — Фасоны пиджаков классические, такие долго не выходят из моды, на рубашку под ними особого внимания не обратят, к тому же ее выдают только рукава, ворот, по счастью, строгий. Повяжете вот такой галстук — и все будет в порядке.

— Ты думаешь, я знаю, как эти галстуки завязываются? У нас в ходу шейные платки…

— Так я тоже не знаю!

— Хм?

— Женщины такие не носят!

— О. Весьма печально. Значит, у тебя есть время до завтрашнего утра, чтобы научиться.

— Но, владыка…

— Что непонятно в моем приказе?

Да. Владыка во всей красе.

— Все понятно. Простите. Мерить будете?

— Нет. К чему? Вся одежда здесь моего размера.

— А вдруг вы от сытой жизни раздобрели на пяток-другой килограммов? — съехидничала я и прикусила язык. Но демон повел себя нетипично.

Короткий смешок и загадочное:

— Я стараюсь не жить настолько сыто.

— На диете сидите?

— Нет, много двигаюсь, — он подмигнул, вогнав меня в ступор. Потом я сообразила, к чему был намек, и сердито отвернулась, залившись краской.

На плечи легли горячие ладони.

— Дайри… как ты ухитрилась избежать участи, типичной для жертв войны?

Я как можно равнодушнее пожала плечами, надеясь сбросить его руки, но они даже не дрогнули.

— Я не отношу себя к жертвам войны. Мы бежали в пустыню, чтобы не пострадать при осаде, а не спасаясь от озверевших насильников. После бы вернулись. Или научились жить в песках. Мы умели выживать там, все мы.

— Было тяжело?

— Легче, чем стонать под тем, кто тебе ненавистен, — резко ответила я.

Пальцы сжались. Так, что наверняка останутся синяки.

— Я действительно успел заслужить твою ненависть? И разве я заставил тебя подо мной стонать?

Демон задал важный вопрос.

Ненавидела ли я Дэмиана?

Я часто бросала эти слова в сердцах. Я многого из-за него натерпелась, но… пожалуй, все же нет. Боялась — да, сколько угодно. Но…

Во мне словно что-то надломилось вчера, когда он баюкал меня в своих объятиях.

И как льдом вдоль спины — «каждую приходится так или иначе ломать»…

За эти сутки я провела с ним наедине больше времени, чем когда-либо. И он ни разу не попытался наказать, унизить, ударить. Стерпел, когда я называла его по имени.

Откуда такие резкие перемены во мне — понятно.

Но с чего вдруг так изменился он?

Будь очень осторожна сейчас, Рэлли. От того, что ты скажешь, зависит твоя дальнейшая участь.

Слащаво отозваться — нет, владыка, ну что вы? Не поверит. Он же не дурак…

Может, получится уйти от ответа? Если переключить его внимание на тех же федератов…

— Я говорила не про вас… — осторожно произнесла я, обернулась и осеклась.

Лицо демона словно заледенело, губы сжались, четче обозначились скулы. А взгляд черных глаз выдавал бешенство.

Я невольно отшатнулась.

— Я говорила не про вас, — тихо повторила я. — Я про федератов. Добровольно мы бы не согласились. Они не истязали нас, да, не издевались, не пытали… Они просто забирали нас себе и заставляли работать в лагерях и на полях — на определенный срок, чтобы потом новые подданные были благодарны им за освобождение. Они не требовали ничего сверх того, что обычно требует от женщины мужчина. Покорности, и только. Но я бы не смогла так жить. Поэтому я выбрала пустыню.