Чтение онлайн

– А... А как же тогда?..
– В Константине проснулось любопытство, но под угрюмым взглядом Буржуя он тут же осекся и забормотал: - То есть, я хотел сказать... В общем, неважно...

– Я все расскажу вам, Костя. И вам, и всем остальным. Как только сам узнаю. А почему вы один? Где Стефания?

– Ушла за травами. Сегодня же полнолуние, - пояснил Доктор.
– А меня вот за свои, с позволения сказать, конспекты усадила. Заладила: вчыся, вчыся, покы я жива. Только и разговоров...

– Болеет, что ли?
– поинтересовался Буржуй.

– Как же - болеет!
– с сарказмом произнес Костя.
– Она нас с вами переживет. Вы не волнуйтесь, я ей ничего не скажу, но хочу сразу предупредить: скрыть от нее что-либо трудно. Сами понимаете - ведьма!

– Ничего, доктор. Можете и не скрывать. Я не собираюсь вечно прятаться, - Буржуй встал с кушетки.
– Я, наверное, пойду.

– Посидите еще немного. Пожалуйста, - взмолился Костя.
– А то, если вы исчезнете так же, как появились, я буду думать, что сошел с ума и мне все это привиделось. Начитался тут всякого...

Но Буржуя теперь занимало не Костино душевное здоровье, а то, куда мог подеваться Толстый. Он оглянулся уже в дверях:

– Вы не сумасшедший, доктор. Это действительно я. И мы скоро увидимся.
– И Коваленко шагнул за порог.

Борихин возвращался домой до предела измотанный и злой. Усталость - это понятно: за всю его богатую событиями милицейскую жизнь таких деньков, как нынешний, - на пальцах одной руки пересчитать можно. А вот злость... Как ни защищал Борисыч Василия, а доводы Мовенко заронили все-таки сомнение в ментовскую душу. И теперь он злился за это на себя.

Пересекая двор, Борихин поднял глаза на собственное окно и замер. В окне горел свет. Позабыв об усталости, Борисыч взлетел по лестнице, вытащил из кобуры пистолет и очень осторожно приблизился к двери. Та была прикрыта, но не заперта. Рывком, чтобы не заскрипели петли, сыщик приоткрыл ее и проник в коридор. Прижимаясь к стене, прокрался к комнате и сквозь застекленную дверь заглянул внутрь. У стола стоял Василий и рылся в картотеке, где хранилось единственное дело - дело Буржуя.

Что-то перевернулось в душе старого мента. Он замер на секунду и тут же с нечленораздельным криком ввалился в комнату. Испуганный Василий выронил из рук бумаги, но больше ничего сделать не успел. Борихин повалил его на стол и ткнул стволом в лицо.

– Что, не ожидал, юный подонок?!
– осевшим от ярости голосом прохрипел сыщик.
– Сволочь!

– Шеф, - с трудом выдавил из себя полупридушенный парень, таращившийся на Борихина одним глазом. Второй, который начальник того и гляди мог выдавить стволом, Василий предусмотрительно зажмурил.
– Вы что - того? Да отпустите меня, в конце концов, больно же!

– Ничего, потерпишь, - с бешенством в голосе проревел Борисыч, вращая безумными от ярости глазами.
– Ну что, все нашел, чего искал? На кого работаешь, а?

Вася, понявший, что разговаривать с шефом в нынешнем его состоянии совершенно бесполезно, ребрами обеих ладоней резко ударил Борихина по пояснице, захватил руку с пистолетом, умело вывернул ее и провел бросок. Оружие осталось у него в руке, а шеф отлетел в дальний угол комнаты. Но тут же вскочил на ноги и с ненавистью уставился на помощника.

– Ну, стреляй!
– процедил Борихин презрительно.
– Давай, чего ждешь? Первый раз не получилось меня угробить - может, сейчас повезет.

– Вы что несете?!
– Василий оторопело смотрел на Борисыча.

– Надо было сразу тебя пристрелить!
– заорал сыщик.
– Всю жизнь я умных людей не слушал!

– Да что происходит?!
– тут уже и Вася поднял голос.
– Вы что, перебрали там со своим этим... однополчанином?! Пора скорую вызывать?!

– Чего не стреляешь? Ручонки дрожат?
– продолжал реветь сыщик, испепеляя парня налитыми кровью глазами.
– Смотри, промахнешься - голыми руками задушу.

– Да что происходит?!
– взмолился Василий.
– Может, объясните наконец?

– А ты, наивный, не понимаешь, да?

– С вами поймешь! Вваливаетесь со стволом... Кто ж, знал, что вы припадочный! Что вы так смотрите?

– А как, по-твоему, на предателей смотрят?

– Что? Это я предатель? Спасибо на добром слове, шеф. Вы и вправду - того. Не в себе...
– К Василию постепенно возвращалось самообладание, а с ним и чувство юмора.
– Давайте серьезно. Вы сами успокоитесь или действительно позвонить "03"? Пусть вам укольчик сделают.

– Хочешь серьезно? Пистолет отдай, - гаркнул Борисыч. Василий недоуменно посмотрел на пистолет в своей руке, о котором он в горячке совсем забыл, и без малейших колебаний бросил его на стол.

– Берите. Только, пожалуйста, не бросайтесь на меня. И так морда огнем горит.

Борихин не без некоторой настороженности подошел к столу, взял пистолет, повертел его в руках и все-таки сунул в кобуру. Насмешливо наблюдавший за этими маневрами Василий уже совсем спокойно поинтересовался:

– Теперь-то хоть скажете, что произошло? Или вы просто не в настроении?

– Что ты делал сегодня в машине?
– Борихин уставился на помощника тяжелым взглядом. Тот округлил глаза.

– В какой машине?

– В моей машине. А ты что, еще в какой-нибудь был?

– В смысле, когда вы к дружку на беседу отправились, а меня с собой не взяли?
– Борихин хмуро промолчал, но про себя отметил: это не он не взял, а Василий идти отказался. Тот продолжал: - А что я там мог делать, по-вашему? Сидел, скучал. Ментов рассматривал, если уж вам так интересно. Как они на "бобиках" подруливали. А что?

– А то. В это самое время кто-то повредил мне тормоз Очень умело, кстати говоря.

– Серьезно?!
– Вася только сейчас обратил внимание на заклеенную бровь шефа, и до него быстро и беспощадно дошел смысл сказанного. Парень даже отступил на шаг.
– Подождите, вы что же, думаете...

– А что прикажешь думать, если после этого ты наотрез отказался ехать со мной?! Вас на вашем юрфаке учили факты сопоставлять? А теперь ты втихаря роешься в моих бумагах, это тоже совпадение?

– Во-первых, в наших общих бумагах. А во-вторых, я, что ли, виноват, что вы трубку не берете?

– А ты, конечно, мне звонил...
– Борихин полез в карман за трубкой, которая фиксировала входящие звонки.

– Да раз двадцать!
– с жаром заверил его парень.
– мог понять, куда вы пропали.