Чтение онлайн

– Ну а теперь по-другому выйти должно. Понял?

– Как - по-другому?

– На работу тебе пора возвращаться, стажер. Хватит гулять.

Вася представил себе, как придет к Борихину и станет просить, унижаться... В ту же секунду у парня даже испуг пропал.

– Да вы что?!
– чуть ли не крикнул он.
– Как я вернусь? Как?!

– Твои проблемы.

– Да он меня на порог не пустит!

– Я же сказал: твои проблемы, - с нажимом произнес голос.
– На колени становись, об стенку головой бейся. Но чтоб уже сегодня ты был рядом с ним. А я - чтобы все знал. Понял?
– ствол пистолета с силой ткнулся Васе под ребро.

– Понял...
– прошелестел Вася.

ГЛАВА 9

Скамейка неподалеку от красивого многоэтажного кондоминимума Толстого представляла собой идеальное место для встреч: и до квартиры рукой подать, и оживленный бульвар рядом. Так что двое друзей, сидевших на ней, вряд ли могли привлечь чье-нибудь нежелательное внимание. Толстому удалось дотащить Буржуя именно до этой точки дальше идти тот наотрез отказался: время, мол, еще не пришло. Теперь оба сидели молча и думали о своем.

– Странно все получается, правда?
– вдруг начал Буржуй, словно размышляя вслух.

– Ты это о чем?
– поинтересовался Толстый, отрываясь от собственных дум.

– Ведь год - целый год!
– ничего не происходило. А теперь - одно за другим, опомниться не успеваешь. Словно он пройти должен был, этот год, когда мертвых тревожить нельзя.

Толстый заметно напрягся.

– Давай-давай, пугай лучшего друга.

– Кто тебя пугает!
– Сделав глоток из фляги, Буржуй машинально протянул ее другу, но тот только поморщился. С досадой и оттолкнул руку. Владимир смущенно спрятал флягу в карман и спросил виновато: - Что, так и не проходит?

– Как же - проходит! Нутром чую - навсегда это. Постаралась Баба Яга, - Толстый зло сплюнул в сторону.

– Я к ней тоже съезжу...
– решил Коваленко.

– По своей воле?
– великан округлил глаза.
– Ты что, Буржуй?

– А то. Откуда-то же она знает, что я жив.

– Вот именно! А откуда она знает, а? Я тебя спрашиваю!
– Толстый поднял вверх указательный палец.
– Ведьма - она и есть ведьма.

– А мне все равно: ведьма, черт, дьявол!
– упрямо мотнул головой Коваленко.
– Я хочу знать правду.

– Ага, она тебе расскажет правду!
– содрогнулся всем телом Толстый.
– Мало не покажется! Сами все раскопаем.

– Что-то долго копаем...
– с печальной иронией в голосе проговорил Буржуй.
– Кстати, что Борихин говорит?

– Ничего не говорит. Пропал он.

– Что значит пропал?
– удивился Коваленко.

– А то и значит, - вздохнул Толстый.
– Дома - глухо, мобильник молчит...

– Объявится - я сам с ним поговорю, - пообещал Буржуй.

– Вот именно. Лучше с ним, чем со всякой нечистью...
– и Толстый, стараясь сделать это незаметно, перекрестился.

В кармане у Буржуя зазвонил мобильный телефон. Как-то неохотно он достал его и нажал кнопку.

– Алло... Я узнал.

Но в недолгой паузе между двумя этими короткими фразами по лицу Буржуя пронесся шквал эмоций: неверие, удивление, ярость, ненависть, холодная решимость. В физиономии Толстого, который наблюдал за реакцией друга, как в зеркале отразились все эти чувства, а вдобавок к ним - явная встревоженность.

– Это он?
– тихо спросил великан, но ответ ему и не требовался.

– Нет, не там, - жестко сказал в трубку Буржуй.
– В любом другом месте. Ты слышал меня?
– однако в наушнике уже прозвучали короткие сигналы отбоя.

– Это Кудла?
– все-таки решил уточнить Толстый после долгой паузы.

– Да, - коротко ответил Буржуй.

– Возьмешь мою охрану.

– Никого я не возьму.

– А я говорю - возьмешь!

– А я говорю - нет!!!

Некоторое время они в упор смотрели друг на друга.

Первым отвел взгляд Толстый.

– Давай, ори на друга, - пробурчал он обиженно.
– Как же - босс вернулся!

Слегка смущенный, Буржуй обнял гиганта за плечи.

– Извини, Толстый. Я не ору. И вообще - какой я тебе босс? Я сам уже не знаю, кто я. Знаю только, что свое в, этой жизни отбоялся. А этой встречи год ждал...

Глаза Толстого блеснули, словно какая-то мысль закралась ему в голову. Он подозрительно быстро встал и слишком уж равнодушно проговорил:

– Ладно. Как знаешь.

Чуть отойдя от скамейки, Буржуй позвал:

– Толстый...

– Чего?
– оглянулся тот.

– Костоломов своих не вздумай посылать за мной, ладно? Ты же, небось, собрался?

– Вот еще!
– Толстый сделал очень большие и очень честные глаза. С чего ты взял?

Буржуй расхохотался:

– Врать так и не научился. Пока, друг.

Бледный, с заострившимися чертами лица, Борихин лежал на койке, уставив невидящий взгляд в потолок. Хлопнула дверь, и в помещение ворвался майор Мовенко в накинутом на китель белом халате.

– Ну что, супермен, ожил?
– громыхнул он деланно бодрым голосом, каким разговаривают с больными.

Борихин оторвался от раздумий и, покряхтывая от боли, приподнялся на локте. Одеяло чуть сползло, и стало видно, что торс сыщика туго перемотан эластичными бинтами.

– Да я пока вроде не умирал...
– проговорил он слабым голосом.

– Хоть первый раз в жизни меня, тупого мента, послушался - жилет надел, - Мовенко присел на стоящий у койки стул.
– Спасибо!

– Пожалуйста.

– Ребра, небось, трещат?
– сочувственно поинтересовался майор.

– Не знаю, не прислушивался, - морщась, Борихин погладил себя по груди.
– Но болят, зараза. Дай сигарету.

– Тебе нельзя.

– Да хватит выпендриваться!
– тут же повысил голос Борихин, но, видимо, такое напряжение не очень понравилось треснувшим ребрам, потому что сыщик тут же сбавил тон и скорее простонал, чем проговорил: - Курить охота...

– Держи, - Мовенко протянул пачку.
– Курить ему охота. А жить неохота, так?

– Чего ты заладил: жить, жить...
– Борихин с наслаждением затянулся и откинулся на подушку.
– Я, слава Богу, живой пока.

– Вот именно! Слава Богу и пока. Сделали бы контрольный в затылок - я бы твои мозги до сих пор с асфальта отдирал бы.

– Чего ты каркаешь?
– обиделся Борисыч.

– Я не каркаю, - майор сорвался со стула и заметался по палате. Я на твоих похоронах не хочу речь произносить, ясно тебе?
– Он подбежал к койке, навис над Борихиным и уставился на него гневным взглядом,