День рождения Буржуя - 2
Шрифт:
– Так точно, - тут глаза у Василия от удивления полезли на лоб: из дома Кудлы вышел Буржуй. Парень возбужденно зашипел в трубку: - Погодите, босс. У него были гости! Угадайте с трех раз!
В двери комнаты постучали. Вера, которая, напевая что-то, укладывала вещи в объемистый баул, не стала даже оборачиваться. Просто крикнула:
– Да, Вань, заходи.
– Там доктор пришел. Ну этот, странный такой, - сообщил заглянувший в комнату охранник.
Вера улыбнулась. Среди ее знакомых странных докторов было немного. Один. Она посмотрела за спину Ивана. Пусто....
– Погоди, ты что, не пустил его? Ну даешь, Иван! Это же Костя!
Когда доктор все-таки возник на пороге, Вера поняла все сомнения охранника и откровенно расхохоталась. Костя предстал перед ней в старом рабочем халате, накинутом поверх застиранной больничной пижамы, и босиком. На смех доктор совершенно не обиделся. С комичным трагизмом он выпучил глаза и почему-то шепотом спросил:
– Вера, вы можете меня спрятать?
– Здравствуйте, Костя!
– весело поздоровалась хозяйка.
– Что это с вами?
Константин подозрительно оглядел комнату, обнаружил стоявшего на пороге Ивана и бесцеремонно закрыл дверь перед самым его носом.
– Мне нужен приют, - поведал он после этого и с некоторой даже торжественностью добавил: - Но я - очень опасный гость, вы должны это знать...
– Хватит дурачиться. Костя, - фыркнула Вера.
– Садитесь.
– Не могу, - отказался доктор.
– Я очень грязный.
– Так сходите в ванную, я как раз закончу собираться.
– Вы уезжаете?
– как-то очень потерянно произнес Костя.
– Да, на дачу, - механически ответила Вера, но на доктора уже взглянула без улыбки: - Что-то действительно случилось? Странный вы сегодня! Хотите водки?
– Да!
– тут же согласился Константин, но потом слегка засмущался.
– То есть я не уверен, что следует. Но хочу! Наверное, я пока еще не настоящий народный целитель.
За столом, попивая водку и не забывая о закуске, доктор немного отошел и рассказал Вере о своих приключениях. Вера искренне охала в самых драматичных местах.
– Честно говоря, мне не следовало ничего вам рассказывать, заявил польщенный ее переживаниями Константин в конце своего повествования. Это все из-за водки, - он налил себе еще рюмку.
– Сами понимаете, в вашем положении...
– В каком положении, - удивилась Вера.
– Вы же понимаете, о чем я...
– Константин показал глазами на ее живот.
– В состоянии беременности подобные стрессы весьма нежелательны.
– Погодите, доктор!
– Вера была поражена до глубины души.
– А, собственно, откуда вы знаете?
– Ну, дорогуша, я как-никак профессиональный медик!
– Я о другом. Откуда вы знаете, что я беременна?
– Вижу, - коротко объявил занятый пережевыванием закуски Костя.
– Не говорите ерунды! Что можно увидеть в такой-то срок? Я даже не чувствую ничего.
– Простите, я, наверное, не совсем правильно выразился. Вижу - не совсем точное слово. Для меня самого это пока непривычное состояние. Дело в том, что с недавнего времени я... как бы это вам объяснить... чувствую, что ли, некоторые вещи, которые человек чувствовать не должен. Стефания....
– он помолчал, вспомнив о страшном конце ворожки, - предупреждала.
– Тогда как вы можете не знать, кто убил Стефанию?!
– пристально поглядела на доктора Вера.
– Не знаю...
– доктор застыл в мучительном раздумье.
– Я видел тогда только эти страшные черные маски...
– Я слышала, многие колд... народные целители даже по фотографии могут немало рассказать о незнакомом человеке, - Вера увела разговор от ужасной темы.
– Ну, это шарлатанство, - уверенно заявил Константин.
– Так, самые простые вещи сказать, конечно, можно, но серьезный контакт...
– он скептически поморщился.
Вера встала и вышла в соседнюю комнату, а через минуту вернулась с каким-то альбомом в руках.
– Посмотрите, - предложила она доктору.
– Что это?
– Дембельский альбом Толстого, - пояснила Вера.
– Он мне рассказывал о тех, с кем служил. Я, конечно, не все помню...
– Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Константин.
– Любопытно...
– он принялся разглядывать фотографии в альбоме.
– Довольно грубые физиономии, вы не находите?
– Вы прямо Ванга, доктор, - иронично проговорила хозяйка.
– Это, между прочим, солдаты-десантники, а не балетное училище.
– А вот насмехаетесь вы напрасно, - оскорбился новоявленная Ванга.
– Я честно признался, что мои навыки далеки от совершенства...
– и вдруг он забыл об обиде и стал возбужденно тыкать в одну из фотографий.
– А... вот этот человек?
– Что? Что - этот человек?
– Вера уставилась на доктора.
– Его нет, - удивленный своим открытием и тем, что абсолютно в этом убеждён, проговорил доктор.
– Он... Он умер, да? Вернее, погиб... Как-то очень страшно и нелепо...
Вера сильно побледнела.
– Он утонул во время пикника. Даже не утонул, а прыгнул в воду с тарзанки и сломал позвоночник. Как вы узнали, Костя?
– Не знаю...
– доктор и сам пребывал в полнейшей растерянности: раньше он такого не умел.
– Почувствовал... Энергетика совершенно другая...
– Костя, я прошу вас... Пожалуйста, соберитесь... Из всех этих ребят умерло только двое. Определите второго.
– Попробую, - согласился Костя.
– Хотя и не понимаю, почему это для вас так важно. Тем более, что сами вы это знаете... Так, эти живут и неплохо. У этого вообще всегда все будет в порядке. Так, может, этот... Тьфу, да это же Анатолий Анатольевич! Я его и не узнал сразу. Так, а вот и он! Ну конечно же! Правда, этот просто тяжело заболел - никаких следов несчастного случая. Скорее всего, что-то с кровью...
– Белая как мел Вера пошатнулась на стуле, и доктор наконец заметил, какое впечатление произвел. Он засуетился. Вы что, Вера? Вот я дурак - пугаю беременную женщину! Врач, называется. Верочка, успокойтесь, пожалуйста!
– Она немного обмякла, и он, заглянув ей в глаза с вниманием профессионала, позволил себе полюбопытствовать: - А что, эти люди, они были для вас...
– Да нет, дело совсем не в них...
Вере давно не давало покоя пророчество Стефании, о котором ей рассказал Толстый. Особенно часто она стала вспоминать о нем после того, как узнала, что забеременела. Решившись, Вера сняла со стены и положила перед доктором фотографию, на которой был снят Буржуй с Аминой и ребенком.
– Посмотрите, пожалуйста, - попросила она Константина.
– Ну, эту фотографию я знаю. Да какой знаю - это же я сам и фотографировал, вспомнил! Я еще боялся, что ничего не выйдет, а получилось очень даже ничего, правда?
– и доктор, отставив фотографию на длину вытянутой руки, принялся любоваться творением рук своих, но вдруг лицо его вытянулось, он вобрал голову в плечи и медленно перевел взгляд на Веру.