Чтение онлайн

Что касается ее эмоционального состояния, то Стелла сказала, что она счастливее, чем была раньше, поскольку стали издаваться ее произведения, но она считает, что никогда не никогда не будет действительно счастливой в таких чуждых ей по духу условиях.

– Мой дядя пытается быть близким по духу и всегда на моей стороне, когда может, - сказала она, - но я не думаю, что он действительно пытается много понять меня.

Стелла призналась в способности видеть что-то "в гипнозообразном состоянии, но сказала она, обычно это ничто не значит. Это похоже на сон, только я не совсем сплю". Она не показывала никаких признаков галлюцинаций, иллюзий или разочарований и допускала наличие навязчивых идей, страхов и принуждений не больше нормы у одинокого подростка, одаренного богатым воображением. Ее искренность в обсуждении этих вопросов говорила в ее пользу. Она обладала прекрасной наблюдательностью и могла делать остроумные выводы, когда она предпочитала это делать, однако ее начитанность была очень ограниченной, поскольку, как объясняла она, детям до шестнадцати лет вообще не разрешалось посещать раздел для взрослых в библиотеке. Поэтому Стелла была ограничена в книгах, которые она могла взять у друзей или попросить своего дядю достать для нее. Она была вне себя от радости, когда услышала, что в Окли она могла бы свободно брать книги из разделов для взрослых.

Когда ее спросили, что бы она упаковала, чтобы взять с собой - мысль д-ра Уэллеса заключалась в проверке с практической стороны ее характера Стелла быстро назвала необходимые предметы, описала свою одежду с точки зрения зимнего и летнего сезонов, поинтересовалась климатом там, куда она собиралась переехать, а затем предложила Питеру посмотреть ее платья, чтобы выбрать подходящее.

– Твоя тетя будет знать это, - ответил он.

– Пожалуйста, - попросила Стелла. Что-то новое появилось в ее глазах и следы волнения в ее лице. Впервые казалось, что она нервничает. Послушно доктор поднялся и последовал за ней.

Наверху, в ее комнате, закрыв дверь, Стелла повернулась к нему и горячо прошептала: "Вы не скажете?"

– Нет, - заверил он ее, заинтригованный.

– Она увидит их, если я упакую их. Пожалуйста, возьми их с собой сейчас?

– О! Рукописи?
– догадался он.

– Да, и записи. Отодвиньте быстро этот комод, прошу Вас - там есть свободная ниша под ним, если я достану ногтем. Вот.
– И она встала на колени, пошарила под полом и достала в завернутый в газету узел.

– Можно мне взглянуть?
– Питер развернул обертку и достал тонкую связку бумаг, скрепленных скрепкой, там была куча связок или больше.

– "Эфиопская грамматика мелких торговцев, с хрестоматией и глоссарием", - прочитал он благоговейно вполголоса.
– Могу я спросить, что такое хрестоматия?

– Это от греческого "хрестос" - пригодное для учебы, - ответила малышка.
– Это означает отрывки из книг на иностранном языке, с пометками, так что Вы это можете учить.

Она снова пошарила под половыми досками и достала второй узел и третий.

– Это все, - сказала она.
– Записи и несколько рукописных поэм. Положите их в этот портфель - это мой школьный портфель, но моя тетя подумает, что он Ваш. Она не очень - то много замечает.

Стелла показала на книги в маленьком книжном шкафу возле ее кровати.

– Это книги с рассказами и стихами, и все такое. Могу я взять книги?

– Твой дядя может их отправить для тебя.
– Ему были видны некоторые названия; три книги Стеллы были там. Ее стихи назывались "Веера звезд".

– Тс! Здесь моя тетя, - сказала Стелла, и Питер затолкал три связки бумаги в портфель, Стелла тем временем выхватила платье из шкафа и держала его перед ним.

– Тебе понадобятся несколько довольно теплых вещей для следующей зимы, и даже сейчас для холодных ночей, - говорил он, когда миссис Оутс открыла дверь.

– Я прослежу за этим, - сказала миссис Оутс.
– Я собираюсь сшить несколько девичьих платьев этим летом; Стеллины платья я отправлю ей так быстро, как только смогу закончить их.

Питер Уэллес, обдумывая вечером все эти вопросы в своем гостиничном номере, добавил строку на странице своих записей и раскрыл портфель.

"Разговорная грамматика индийского языка", - прочитал он. "Библейский иврит".
– "Введение в литературный китайский язык". "Арабский язык и грамматика". "Сборник англо-саксонских текстов для чтения". "Сборник современных персидских текстов для чтения". "Краткая грамматика классического греческого языка". Там были еще, но Питер почувствовал себя не в состоянии видеть их. Он развязал вторую связку. "История древнего Египта" Е.Невилла, - прочитал он, - "История Египта с давних времен до завоевания персами" Бристеда. Там были записи об Индии, Тибете, Вавилоне, Персии.

Питер больше не смотрел. С легким содроганием он сложил все записи обратно в портфель и решительно закрыл его. Стелла должна нести его всю дорогу через материк в своих собственных руках. Все эти страницы записей, сделанные старательным мелким почерком, должно быть стоили долгих часов тяжелого труда в тайне. Это были странные книги, которые она "просто хотела просмотреть", и которыми, возможно, "ни один ребенок не мог бы заинтересоваться". Это были исходные материалы для ее книг.

Питер посетил остальные конференции, для чего он и приехал. Он звонил Стелле ежедневно, но не видел ее снова. За телеграммой мисс Пейдж с сообщением о приезде ребенка последовало письмо с историей. Питер встречался с Джееем почти ежедневно и говорил с ним обо всем, что они делали и планировали делать, но он ничего не рассказал двум детям друг о друге.

Джей, дрожа от нетерпения услышать все, что д-р Уэллес расскажет ему о Тиме и Элси, добился обещания, что Питер и другие будут часто писать ему, но подумать о том, чтобы ходить в школу, он решительно отказался. Это, сказал он, невозможно и не стоит думать об этом.

В такси по дороге в аэропорт Стелла задала вопрос.

– Другие дети - они похожи на меня?

– Не очень - ответил Питер.
– Я надеюсь, что они тебе понравятся и ты как можно лучше подружишься с ними. Но я не думаю, что они в значительной степени разделят твои особые интересы.

Стелла, которая выглядела удивленной, изумилась еще больше.

– Что у нас общего?
– спросила она. Питер сделал ей знак помолчать, но в аэропорту он пошел с ней в такое место, где их нельзя было подслушать, и стал объяснять и предостерегать, что, как он понимал, она должна была получить.

– Мы пытаемся собрать вас всех вместе, потому что большинство из вас испытывает трудности в приспособлении к миру нормальных детей.

Естественно, что вкусы и интересы каждого ребенка являются личными и отличаются от вкусов и интересов других детей. Тим, Элси и ты различны, как только могут быть различны дети, за исключением того, что вы все обладаете исключительно высоким интеллектом. Вы должны приспособиться друг к другу, если постараетесь, и вы должны учиться друг у друга и обучать друг друга. Вероятно, что у вас всех имеется широкий круг интересов; хотя твои особые интересы отличаются, должно существовать множество всего, к чему ты можешь присоединиться.