Чтение онлайн

– Тогда твои бабушка и дедушка действительно решили путешествовать. Здорово!
– сказала Бет, которая много слышала о многих вещах.

– Да, они решили, что было очень хорошо для них иметь возможность позволить мне жить в этой прекрасной школе, чтобы они были свободны для путешествия, - сказал Тим, которому пришлось много поработать, чтобы добраться до этого конца.
– Приходи и посмотри моих кошек. В доме Джея смотреть нечего.

Дети пересекли боковой двор, где недавно посаженные кустарники размышляли над вопросом: жить или умереть, и при виде незнакомца внезапно остановились.

– Притворитесь тупыми!
– тихо проговорил Тим, твердо предупреждая. Репортер!

– Бежим, - позвала Элси и они все помчались через только-что проложенный участок дороги между двумя рядами зданий в дом Тима, где остальные шепотом предупредили Бет о том, что у них существует правило, которое строго запрещает посторонним узнавать что-нибудь об их достижениях или возможностях.

– Притворись, что коэффициент умственного развития у тебя только около 150, - объяснил Тим.
– Никому не говори, что ты когда-что что-то создала...

– Она не скажет, - сказала Элси.
– Она еще не сказала нам.

Они выжидательно посмотрели на Бет, которая сказала только:

– Я знаю. Я никому не скажу о псевдонимах или еще о чем-нибудь.

– Давайте прошмыгнем обратно и спрячемся, - сказала Стелла.
– Д-р Уэллес быстро избавится от того репортера. Никто не приехал кроме тебя; он ожидает увидеть большую толпу.

Очищенная земля вокруг домов предлагала скудное прикрытие, однако дети вскоре скрылись из виду среди зарослей эвкалипта, лаврового дерева, ядовитого дуба и прочей мелочи, которые росли на большей части земли, являющейся их территорией.

– Элси, у тебя приняли еще что-нибудь, - спросила Бет, когда они были в безопасности.

– Тот второй роман еще не продан, - сказала Элси, - но около половины коротких произведений, которые я послала, продаются. Конечно, я не посылаю то, что думаю не будет продано.

– Ты послала пьесу о Каталине?
– спросила Стелла.

– Нет. Она мне слишком нравится; я бы не вынесла, если бы ее вернули.

– Мы поставим ее здесь, - предложил Тим.
– Питер... д-р Уэллес... говорит, что мы должны кое-что делать сообща, а не только иметь личные планы.

– Он имеет в виду этот вид групповой деятельности?
– спросила Элси. Я думала, что он подразумевал что-то творческое, то, что создадим мы все.

– Мы должны сделать то, что можно показать общественности, рассудительно сказал Тим.
– Если мы попытаемся держать все под страшным секретом, то репортеры будут прятаться в платяных шкафах и забиваться в дымоходах. Как и планировалось, пусть себе думают, что могут гулять в любое время, заходить на занятия и все такое. Но при их приближении мы все должны притворяться тупыми.

– А если мы поставим пьесу, которую написала Элси, - сказала Бет, то тогда не узнают ли все об этом?

– А кто узнает, что это написала я, ты, дура?
– спросила Элси.
– Ты что, никогда не слышала о псевдонимах?

– Если она никогда не была опубликована, ты дура сама, - вернула Бет - и она остановилась, изумившись себе самой, так как никогда ее не обзывали и она не отвечала тем же, как равная с равной, за всю ее прежнюю жизнь, - то не покажется ли странным, что мы ее ставим?

– Черт возьми, об этом я и не подумал, - сказал Тим, пораженный. Мог бы прийти кто-нибудь, довольно умный.

Решение придумала Бет.

– А если напечатать ее где-нибудь на Востоке и дать объявление, посоветовала она.
– Вы могли бы даже продать несколько экземпляров таким образом. Это было бы недорого и ты могла бы иметь на нее авторское право и все такое. А потом школа могла бы увидеть объявление и купить несколько экземпляров и все бы пошло как надо.

– Хорошо, - воскликнула Элси.
– Я сделаю так.

– Но настоящие писатели никогда не публикуют свои произведения за свой собственный счет, запротестовал шокированный Тим.

– Тогда я сначала попытаюсь ее продать, - сказала Элси, - а если ее в течении года продать не удастся, мы можем опубликовать ее. Тем временем мы можем подготовиться к ее постановке здесь, когда захотим, после опубликования. (И вышло так, что небольшая экспериментальная школа на Западном побережье с труппой четырнадцатилетних любителей поставила "Каталину" на две недели раньше показа спектакля на Бродвее с Дональдом Гарриком в роли Цицерона и Сидни Сиддонз в заглавной роли).

– Этот звонок означает обед через полчаса, - сказала Элси.

– Моя тетя - повар, а мой дядя выполняет работы по саду. Давай, Бет, пошли мыть.

– У нас что, будут звонки и все такое?
– спросила Бет, выпрямляясь и вставая на ноги.
– Всякие такие правила, как в любой школе?

– Конечно, у нас есть правила, - сказал Тим.
– Врачи повесили список в каждой спальне. Мы должны питаться вовремя; нельзя уходить с территории после ужина без специального разрешения, или в любое время без записи в книге о том, куда ты идешь и когда думаешь вернуться. Все в таком духе.

– И неписанные правила тоже, например, о том, как притворяться тупыми и не задавать друг другу выведывающих вопросов, - сказала Стелла. Конечно, прекрасно, когда люди говорят то, что хотят - среди своих, конечно.

Бет никак не прореагировала на этот широкий намек, и они сделали три или четыре шага, прежде чем Тим весело произнес: "Мы должны заботиться о своих комнатах и домах, и о саде тоже. М-р и миссис Уотерсы не могут выполнять все, и мы не хотим, чтобы вокруг были другие люди, поэтому нам придется выполнять работу самим, не так ли? И Питер говорит, что это нам полезно.

– Я ничего не имею против такой работы, - сказала Бет.

– Бет, думаю, что после обеда тебе надо распаковать свои вещи, сказал Тим с легкой завистью.
– Девочки тебе помогут. Джей не собирается жить в моем доме; он будет со своими опекунами, Куртисами.

– Скоро приедут Макс И Фред, - посочувствовала Стелла.

– О, Тим, у тебя в глазах мыло, - сказала Элси, когда они приблизились к дому.

– Не жалейте полотенец!
– ответил Тим.
– Вот что мы говорили, когда надо мыться, Бет. Элсина тетя строго относится к мытью рук! Жуть!