Чтение онлайн

– Ваше Высочество, - проговорил он, откашлявшись.
– Вам не стоит...

– Из всей вашей семьи я принимаю наставления только от вашей матери, граф, - усмехнулась девушка.
– Так вы отказываетесь от меня?

– Я женат, - выдавил он из себя, попытавшись собрать мысли воедино. Неужели она хочет переспать с ним? Стать первым мужчиной принцессы - этого ещё не хватало! Это смерть. Хотя... Какие же красивые у неё волосы - пышные, тёмно-русые! Какие красивые глаза...

– Разве вам это доселе мешало?
– хищно улыбнулась Екатерина.

В её глазах читалось то, что в свое время заставило Кристофа возжелать свою невзрачную маленькую женушку до такой степени, что он практически изнасиловал её в их первую брачную ночь - сочетание невинности и любопытства, соблазна без явного желания соблазнить. "Она девица!" - напомнил он себе.
– "Она ничего не знает о любви, мужчинах, испугается меня и выставит виноватым..."

Като словно прочла эту мысль в его глазах и шепнула:

– Поверьте, для меня это не впервые.

Потом она, не встречая особого сопротивления со стороны Ливена, кинулась ему на шею и одарила страстным, уверенным поцелуем. Уста её были мягкими и ароматными, оставляя вкус земляники на его губах. Целоваться она прекрасно умела, и у графа даже голова закружилась от прилива желания. Оторвавшись от неё, он скользнул губами по её подбородку, горлу, шее, прикоснулся рукой к её левой груди, уместившейся ему в ладонь, сжал её, ощутив сквозь лёгкую ткань летнего платья жар тела девушки и биение её сердца.

– Хорошего помаленьку, - словно опомнившись, строго проговорила Екатерина.
– Отпустите меня.

– Нет уж, вы этого хотели, теперь получайте, - прошептал он, чувствуя, что не владеет собой. Его плоть чуть не разрывала ткань панталон, и желание придавало ему ярости, решительности и неумолимости.

– Отпустите меня, иначе я буду кричать, - прошипела она, отстраняя его руки.

– Как вам будет угодно, - одной рукой граф по-прежнему держал её запястье, другой - начал задирать юбки спереди. Внезапно чувствительный удар ногой в пах отрезвил его.

– Вы животное, - сказала без особого негодования, даже с некоторым восхищением Екатерина.
– Я-то думала, вы, граф, галантный кавалер, а оказывается-то вон оно что...

– Что я могу поделать, если вы, принцесса крови, ведёте себя как кухонная девка!
– возмущенно произнес Кристоф, всё ещё морщась от боли.

– А вы ведёте себя как неотёсанный мужик, - парировала девушка.
– Но, смею вас заверить, мужики и их господа испытывают одни и те же инстинкты. И я нынче в полной мере убедилась, что я вам тоже нравлюсь.

"А какие-то идиоты твердят, что он предпочитает мужчин", - усмехнулась она про себя.
– "Видели бы они его теперь".

– Не то слово, - сказал без улыбки Кристоф, хмуро глядя перед собой.
– Но на будущее, Ваше Высочество - ежели вы будете провоцировать других подобным же образом...

– Вы ревнуете?
– Екатерина поправила юбки, запахнула шаль на груди, пригладила рукой растрепавшиеся волосы.

– Я не ревную, я предупреждаю вас, - произнес граф.
– С мужчинами себя вести так опасно. Вы можете, - он покраснел, но всё же сказал, что хотел, - потерять таким образом честь.

– Кто сказал, что я её берегу? Какой вы смешной!
– заливчато рассмеялась Като.
– Знаете, мне предстоит сугубо династический брак с человеком, которого мне покажут на портрете, сильно льстящем оригиналу. И отъезд в какой-нибудь тихий немецкий городок, а потом серая жизнь в бесконечных беременностях, беспокойствах о целостности жалкой казны, штопанье чулок и переделки тех немногих платьев, которые мне достанутся. Поэтому пока я числюсь девицей, стараюсь брать всё от жизни.

– Я уже вижу, - усмехнулся её собеседник.
– Но уверен, вас не выдадут замуж за нищего курфюрста.

– Да, потому что я вообще не выйду замуж, - торжественно объявила Като.
– Я останусь здесь, в России. И буду помогать моему брату править страной.

– Вы справитесь?
– снисходительно спросил её Кристоф.

– Я уже справляюсь, граф, - прошептала она.
– Я всецело на вашей стороне в вашей борьбе с Чарторыйским. Кстати, почему вы его так возненавидели? Неужели вас всего лишь втянул князь Пётр, а вы пошли за ним?

Ливен вкратце изложил свои причины. Екатерину они, казалось, немало удивили.

– А я думала, что вы пытаетесь тем самым защитить свою мать, - призналась она.

– От чего?
– недоуменно посмотрел на неё граф.

– Вы, верно, слышали, что князь Адам состоял в интимной связи с правящей императрицей?
– Екатерина взяла его под руку и они пошли по тёмной аллее.
– После этой связи родилась девочка.

– Великая княжна Мария, да, - проговорил Кристоф.

– Великая княжна? – переспросила его Като.
– Какая она великая княжна? Она Мария Адамовна Чарторыйская, вот. Вылитая копия своего истинного отца. Ваша достопочтенная матушка, конечно, сказала, что Господь, мол, всемогущ...

– Он действительно всемогущ, - подтвердил Ливен, - Мало ли кто в роду был брюнетом - это может всплыть через поколения...

Граф вспомнил, что государя Петра Великого на всех портретах рисуют кареглазым брюнетом, равно как и герцогиню Курляндскую Анну, племянницу Петра, ставшую императрицей Всероссийской.

– Если даже мой отец, мистик и суевер, нашел этому более рациональное объяснение, то не всё так просто, - сказала Екатерина.
– От блондина-отца и блондинки-матери и в самом деле не может родиться ребёнок-брюнет - спросите у любого доктора, он вам подтвердит. Такое случается лишь в крайне редких случаях. Но это в сторону. Возникает другой вопрос - зачем Чарторыйский зачал этого ребёнка?

Кристоф посмотрел на неё как на сумасшедшую.

– Как понять "зачем"?
– переспросил он.
– Дети появляются на свет потому, что так хочет Господь.

– Эх, граф, вы немец, поэтому не знаете хорошую нашу пословицу: "На Бога надейся, сам не плошай", - притворно вздохнула великая княжна.
– Такие многоопытные мужчины, как князь, у которого, я думаю, моя belle-soeur была далеко не первой пассией, прекрасно знают, как оберегать своих любовниц от неких неприятностей...

Кристоф покраснел. Так она и это знает? Однако ж... Кто научил Екатерину всем этим премудростям? Наверняка, не его матушка.

– Итак, - продолжала принцесса.
– Адаму был очень нужен этот ребёнок. Желательно, мальчик. В этом случае семейка Чарторыйских связала бы моего брата по рукам и ногам, а объединение Польши было бы делом решённым. Да и смешать свою кровь с императорской - это вам не пустяки...

– Провидение распорядилось иначе, - вспомнил Кристоф.
– Родилась девочка и не прожила и года.

– Да, она умерла. Но ведь маленькие дети часто болеют и умирают, да?
– Като пронзительно посмотрела на него. Ему показалось, что принцесса знает о его потере. И дочь его звали так же, как эту несчастную великую княжну, виноватую лишь в том, что родилась с "неправильной" внешностью, вызвавшей кривотолки... Какое грустное совпадение! Он опустил глаза.