Чтение онлайн

В высоких деревянных воротах общины их встретили трое мужчин. Одеты они были в белые рубашки и бежевые штаны, головы покрывали соломенные шляпы.

— Добро пожаловать, рыбаки, — улыбаясь, сказал один из них, — глава обедает.

Пахари остались на воротах, а путники проследовали во внутренний двор. Ясмина с интересом рассматривала общину. Дома здесь тоже были белые, невысокие, только с кровлей, устеленной из длинных стеблей ржаной соломы, и тонкими, деревянными рамами на окнах, выкрашенными в яркие синие, оранжевые, зеленые цвета. По дорожкам бегали босоногие, в удлиненных легких рубашках малыши. За ними приглядывали женщины, одетые в белые платья и перевязанные широкими мягкими янтарными поясами. Под окнами и на земле между домами, там, где в рыбацкой общине росли деревья, кустарники и цветы, почва была занята огородами. С зеленых кустов свисали крупные перцы, по туго натянутым веревкам вились томаты, был тесно усажен пышный высокий горох. Если же по пути встречалось дерево, то оно было плодовым: яблоня, груша, абрикос, айва или слива.

Рыбаки проследовали через всю общину и остановились у тропы, ведущей к богатому, раскидистому саду. В самом его начале возвышалась просторная беседка из темного дерева, внутри которой стояли накрытые белыми скатертями длинные столы и занятые людьми узкие лавки. Артемис нашел глазами главу пахарей, тот тоже заметил гостей, отставил тяжелую кружку и направился к ним. Ранас был среднего роста, широкоплечий, его голову покрывали густые золотистые волосы, а руки и ноги, мускулистые, натруженные, выдавали работящего хозяина. Он носил широкие усы, плавными линиями уходящие к подбородку.

— Артемис, Демидий, — обнимал рыбаков, похлопывая по спине, — а это — не младший ли сын Валентия? — спросил, улыбнувшись.

— Так и есть, — ответил Артемис, — вы его видели совсем мальчишкой.

— Это Ясмина, дочь Миро, — представил Демидий, и девушка кротко улыбнулась.

— Ну что ж, сначала трапеза, потом дела. Присоединяйтесь, пожалуйста, — пригласил Ранас к столу.

Старших рыбаков посадили за центральный стол. Ясмина обедала рядом с Гратием. Перед девушкой стояла тарелка с ароматной овощной похлебкой. Не смотри на нее сотня любопытных глаз, она проглотила бы еду за секунду. Но приходилось аккуратно набирать ложкой и медленно пережевывать бульон с большими кубиками картошки, моркови и лука. На столе стояли овальные глубокие блюда с резанным вареным мясом. Гратий уже пару раз набрал полные пригоршни и бросил кусочки в суп. Еще на обед подавали горячий хлеб и клюквенный морс.

Ощущая на себе чужие взгляды, Ясмина невольно осматривалась. Жители сидели за столами вперемешку: старики и молодые, девушки и парни, малыши и мужчины. Они с аппетитом обедали, переговаривались и были заняты своими тарелками, но все равно постоянно посматривали на гостей. Прямо напротив Ясмины сидел молодой пахарь. Его голову покрывали золотые кудри, а по лицу рассыпались мелкие веснушки.

— Никогда не видел таких белокурых девиц, — вдруг сказал он, и люди вокруг замолчали, с еще большим любопытством поглядывая на гостей. Ясмина залилась краской. Гратий, сквозь смешок, ответил:

— Она у нас одна такая — редкая рыба.

Девушка бросила на рыбака гневный взгляд. Тот в ответ довольно ухмыльнулся, откусывая хрустящую краюшку хлеба.

— Будто поцелованная луной, — задумчиво протянул пахарь, не уловив насмешки.

Ясмина подняла глаза. Жители смотрели на нее с интересом, но по — доброму. Она улыбнулась и ответила:

— Может быть, в других общинах или в городе я встречу похожих на меня людей…

— Ах вот зачем ты без разрешения влезла в повозку?! Глупая мышка ищет сородичей! — дразнился Гратий. — А еще зовешь себя рыбачкой! — добавил укоризненно.

Ясмина дрожала от злости. Глаза наполнились слезами. Ей так хотелось схватить спутавшиеся волосы обидчика и со всей силы стукнуть о стол его задранный нос. Но они были в гостях, а Гратий и так вел себя слишком привольно. "Позорит рыбаков", — сердилась Ясмина.

На шум обернулся Артемис. Увидев перепалку своего молодняка и изумленные, растерянные лица пахарей, он привстал и громко сказал:

— Спасибо, Ранас, — рыбак слегка поклонился. — Спасибо жителям за гостеприимство.

— Всегда — пожалуйста, — отвечал глава, тоже поднимаясь с лавки, — теперь пройдем ко мне.

В доме Ранаса гости разместились в небольшой комнате. Стульев хватило только старшим, поэтому Ясмина и Гратий стояли позади их деревянных спинок, у стены. Глава смотрел в окно, сложив руки за спиной, и рассказывал:

— Это произошло неделю назад. Сборщики вновь явились за податью. В который уже раз за этот месяц? И сам не припомню… — Он обернулся от окна и занял мягкое хозяйское кресло. — Я ведь ездил к Королю Ромару. Лично говорил, что подать собирается не по уговору. Слушал от него про нужду и обстоятельства. И что вы думаете? Еще пыль за моей лошадью не улеглась на тропе, а сборщики постучались в ворота. Я отказал им, а ночью вспыхнули колосья. — Глаза Ранаса сверкнули злостью. — Три поля с пшеницей! Уже готовые к покосу. С рассветом люди должны были заняться ими. Сколько труда уничтожено, — с горечью говорил глава. — Только благодаря сноровке жителей и безветренной погоде мы справились с огнем. Так что, Артемис, община пахарей с вами. Щедрый Бог Земли видит — терпения нашего больше нет.

Рыбак подал Ранасу светло-коричневый свиток, перевязанный грубой бечевкой, и сказал твердым, решительным голосом:

— Валентий подготовил условия. Если все главы подпишут, мы доставим послание Новому Королю. И будем молиться, чтобы у него еще осталась хоть капля здравомыслия.

Пахарь развернул папирус, на котором аккуратными тонкими буквами было выведено обращение к королю. Пробегая глазами по строчкам, он читал о неподъемных податях, о разбое сборщиков и ущербе общин, о трудностях простых людей, живущих тяжелой работой. Они просили короля снизить налоги и подати, упразднить сборщиков, чтобы, как в прежние времена, каждая община сама доставляла товары в город. Просили закрепить порядок на бумаге, чтобы ни главы, ни корона не могли нарушить его. До этого момента ими объявлялся отказ от подношений дворцу. Ранас внимательно дочитал послание и размашисто подписался под ним.

Рыбаки, покинув дом главы, двигались к большой тропе, разделяющей общину пахарей на две стороны. Ранас уговаривал гостей остаться на ночь, но Артемис был непоколебим.

— Нет, — отвечал он. — Мы успеем пройти половину пути до мастеров. Заночуем опять в лесу. Время не ждет.

— Тогда попрошу, чтобы собрали вам еды в дорогу. И пусть Демидия осмотрит наш лекарь, — сказал глава.

Когда они подошли к широкой наезженной дороге, на ней показались огромные мощные буйволы. Животные, высоко поднимая пыль, двигались цепочкой — тропу мог занять только один такой зверь. На первом из них восседал молодой пахарь, тот самый, из беседки — златовласый и усыпанный веснушками. В руках он держал веревку, служившую поводьями и соединяющую через большие черные ноздри изогнутые, полутораметровые рога буйвола.

— Это мой сын, — улыбаясь, сказал Ранас, с гордостью смотря на всадника, — ему всего пятнадцать, а он так ловко управляется с этими гигантскими животными!

Рыбаки восторженно раскрыли рты.

— Он и сам велик вышел! — заметил Демидий, удивляясь высокому росту и могучей комплекции пахаря.

Ранас согласно качал головой, довольно смотря сыну вслед.

Ясмина разглядывала невиданных раньше зверей. Они медленно проходили мимо на крепких, сильных ногах. Их тела покрывала густая, жесткая шерсть темного окраса. Удлиненные уши под тяжестью рогов опускались вниз, а черные, большие глаза были близко посажены.

— Видите этот роговой щит? — Ранас указал на область лба, где у быков срастались рога.

— Он очень толстый и крепкий. Может выдержать даже удар молота. И кожа у буйволов грубая, надежно защищает от повреждений.

Артемис понимающе взглянул на главу:

Подготавливаете животных?

— Этим занимается мой сын. Вместо того чтобы сеять и косить, он учит буйволов защищать общину, — вздохнул Ранас и добавил, — раньше мы использовали их только в поле. Другой нужды не было. Помоги нам, Щедрый Бог Земли.