Чтение онлайн

— Если бы у меня была такая власть, дочка! Если бы у меня была такая власть, в Синяках было бы полно народу.

Ансельм наклонился к нему через стол:

— Верно говоришь, Хейкки: что ты теперь можешь? Живешь одной ногой в могиле. Может, тебе кажется, что если твоей деревни уже нет, то и мир рухнул? Девочку тебе жалко? Потому что она на четверть крови Хеймо? А к девочке завалились колдуны вашего народа с разбойниками и спалили ее дом с домочадцами. Мы не просим тебя воевать с колдунами. Просто расскажи нам про Арво. Расскажи, как колдун твоего народа умудрился стать богом.

Хельга так и застыла. Вот, значит, что с домом! Вот почему отец уклонялся от расспросов!

Старик Хейкки пожевал губами, промычал что-то невнятное и наконец сказал:

— Арво-о? Вы-то толковали о каком-то Арзране. Арво-то да, известный… огнепьяница. Только он уже три века как сгинул.

— Огнепьяница? — переспросил Ансельм.

— А то. Любил огненные жертвы. Кончил плохо — да, как раз после того, как решил стать богом. — Хейкки посмотрел на Хельгу: — Ты видела Арво? Говорила с ним?

— Нет. Но он занял наш дом, погубил наших людей. Мне пришлось бежать от него.

— Сядь, — сказал Хейкки так, словно это он — хозяин дома. И Хельга послушалась, села на лавку между отцом и Ансельмом. Отец приобнял ее так, словно хотел оградить от всех сидящих за столом.

Хейкки сказал лагману:

— Следи за дочерью. Не давай колдуну подобраться к ней. — Потом обернулся к Ларсу: — Вот уж не думал, что доживу до такого. Колдун Арво вернулся. Да легче поверить в… — и неожиданно умолк.

— Мне не нужно твоих указаний, старик, — проворчал лагман. — Дочь чудом спаслась, и уж конечно я буду ее беречь. Скажи, что ты знаешь об Арво? Чем он опасен Хельге? Почему именно ей?

Хейкки молчал, смотрел исподлобья на лагмана и Хельгу, жевал губами. Тогда заговорил Ансельм:

— Мой долг сделать так, чтобы этот колдун, Арво он там или Арзран, больше не вредил людям. Ни здесь, ни за морем. Расскажи мне о нем, жрец. Расскажи что знаешь. Может, я придумаю, как с ним справиться.

Хейкки перевел на него взгляд сощуренных глаз:

— Рассчитываешь справиться с Арво? Ты? А кто ты такой? Откуда появился?

— Мы доверяем господину Ансельму, — сказал лагман — пожалуй, даже слишком быстро и твердо, словно спешил пресечь любые возражения. — Если бы не он, мы погибли бы.

Ансельм легко, одной рукой поднял большой кувшин с пивом и наполнил свою кружку и кружку старика Хейкки.

— Я пришел из-за моря по следам Арво. И я не успокоюсь, пока не лишу Арво возможности вредить людям. Любым людям, понимаешь? Что до моих сил… — Ансельм обернулся на Сегестуса. — Когда-то я мог многое. Теперь — не знаю.

Хейкки заглянул в свою кружку и отставил ее подальше, давая понять, что важный разговор лучше вести на трезвую голову.

— Понимаю. Для тебя всё равно, что дети Старого народа, что потомки ольмийских переселенцев. Ну, хорошо. Арво — тот самый колдун, что решил возродить Эйлями. Задолго до того, как первый ольмиец высадился на берега Скогара, мой народ был почти уничтожен чужаками с Западных островов. Наша матушка Эйлями, богиня жизни, решила увести оставшихся в леса и поделиться с ними своей силой. Ведь сила божества копится за счет народа. Однако огромной ее силы не хватило на всех, и Эйлями исчезла, ушла из мира. Многие из одаренных ею погибли: сила разорвала их плоть, как поднявшаяся по весне вода — плотину, и пролилась в леса. Те же, кто оказался крепче, живут до сих пор. Это не люди, не боги и не звери. Это не духи. Нельзя уподоблять их и колдунам, берущим силу без благословения божества. После гибели богини Старый народ стал потихоньку вымирать. Ведь наши жрецы только через нее общались с остальными богами и духами. Теперь они стали для нас недоступны. Мы оказались брошены в этом мире одни, без помощи и надежды.

— Но ведь ты жрец? — спросил Ансельм. — Чей? Раз у вас нет богов?

— Вряд ли ты поймешь. О таких делах я поговорил бы, может быть, с твоим жрецом. А может, и с ним не стал бы. Это наши дела, наши беды. Что вам до них?

— Насколько я понимаю, жрецы вашего народа умеют разговаривать с лесными. Просят у них помощи, а кое в чем, наверное, и сами помогают. Верно?

— Да. У любого народа есть свои мертвые. А у нас есть мертвые, а есть ушедшие в леса. Я… хм… помогаю и тем и другим. Ладно. — Жрец притянул к себе кружку и опорожнил ее залпом. — Так вот. Те из нас, кто держался своих обычаев, почитали род Хеймо. Хеймо был вождем и жрецом богини Эйлями. Он ушел за ней в леса, но дети его остались людьми. Много поколений желали вернуть связь с богами. И вот однажды отец Арво, прямой потомок Хеймо, уважаемый человек, жрец, получил обещание, что дети его выведут лесных к людям, воссоединят остатки старого народа, выгонят чужаков. Он уверял, что обещание дал ему сам Хеймо. Поэтому Арво воспитывали как будущего вождя, человека великой судьбы. В день совершеннолетия родичи представили его лесным. Все были воодушевлены — все ждали, что вот сейчас случится великий поворот в жизни народа.

Хеймо явился на зов, посмотрел на Арво и сказал: «Нет, не то. Нужна девочка». И с этими словами исчез, и больше уже не появлялся, как его ни звали. После этого Арво ушел в леса. Долгие годы он учился работать с силой, но не брал ее в себя, а заключал в предметы и колдовал при помощи амулетов и рукотворных богов. Колдун может загнать силу, например, в камень или деревянного истукана. Истукана кормят жертвами, а потом управляют им. Арво достиг большого могущества. Он мог лечить болезни и управлять стихиями.

Арво удалось найти общий язык с лесными. Он сказал Хеймо: тебе нужна девочка? Госпожа? Богиня? Будет тебе богиня, и как раз твоего рода. Он нашел подходящую девицу, дочь властителя из Ольми и женщины рода Хеймо. Задурил девочке голову: обещал, что она станет богиней, супругой Хеймо, спасительницей целого народа. Арво решил, что Хеймо даст девочке силу лесных, сам же он соберет для нее силу, разлитую по лесам. После такого подарка девочка высосет леса досуха и станет богиней Скогара. Новопоселенцев же он стравил между собой с расчетом принести самого успешного из них в жертву новой богине. Арво чуть не уничтожил Скогар, добиваясь своего. Люди говорят, он хотел свести под корень новопоселенцев, чтобы Старый народ, вновь обретя богиню, без препятствий мог расселиться на опустевших землях.

Однако Арво не завершил обряд с девочкой. Смертная оболочка выдержала огромное количество силы, но не выдержал разум. Девочка убежала в лес, не богиней — полоумной колдуньей, по силе мало уступающей какому-нибудь младшему божеству. Она причинила людям много бед, но потом пропала, и о ней забыли.

— Разве Авро не понимал, что девочке не удержать в себе столько силы? — спросил Сегестус.

— Считалось, что человек рода Хеймо способен принимать силу без последствий. В свое время так и получилось: большая часть лесных именно родичи Хеймо. Но, видимо, Арво упустил что-то важное, обхаживая девочку. И проиграл. Его ненавидели все. В конце концов, загнанный в угол, он забыл об осторожности и стал тянуть силу в себя. Я думал, его убили. А он, значит, просто бежал из Скогара?

— Как видишь, — сказал Ансельм. — А что случилось с той девочкой?

— С девочкой… С Асдис-то?

— С кем?

— Девочку ту, которую напоили силой, звали Асдис, дочь Хальвдана.

— Но это ольмийское имя, — удивился Ансельм.

— Я же говорю: отец ее был из ольмийских переселенцев. А мать из наших, она взяла себе ольмийское имя, когда вышла замуж. И детям дала такие имена. Связавшись с Арво, Асдис стала опасной колдуньей. Ее боялись, особенно мужчины. Их она поедом ела, живьем жрала. А женщинам, говорят, помогала. Потом ее перестали занимать дела людей. Она стала ближе к… к третьей стороне. К не живым и не мертвым. К лесным. В последнее время ее видели у озера Чистое. Это в паре переходов отсюда, вниз по реке Каменке.