Чтение онлайн

Энди проснулся оттого, что кто-то настойчиво пускал солнечные зайчики ему в глаза.

– Чертов Тайтус, - прорычал он, поворачиваясь на другой бок, но спать уже расхотелось. Однако вставать не хотелось еще больше. Жмуря глаза, белокурый вамп осмотрел комнату. Его товарищи по постели отсутствовали, зато у кровати стоял Люпен, и именно он пускал зайчики с помощью своих диговских непрозрачных очков.

– Прекрати, - буркнул вамп; Люпен перестал забавляться и присел на подоконник.

В комнату ввалились рыболовы, удочки были немилосердно брошены в угол.

– Ну, как?
– спросил Энди.

– Никак, - ответил Алекс.
– Скукотища... А теперь я буду досыпать...

Он стянул с себя куртку и бухнулся на кровать рядом с Энди.

– Пойду справлюсь насчет завтрака, так сказать, - Джадж ушел, осторожно прикрыв за собой дверь. Люпен тихо мурлыкал себе под нос <Мари, Мари...>, пока Энди не огрызнулся:

– Заткнись...

Диг замолчал. Возвратился жутко ухмыляющийся Джадж. Алекс приподнял голову с кровати и спросил:

– Чему ты так радуешься?

– В жизни каждого нормального человека есть только три главные вещи: вдоволь и всласть пожрать, потрахаться и выспаться.

– Что ты имеешь в виду?
– спросил Алекс.

– И чем тогда человек отличается от животного?
– спросил Энди и получил в ответ:

– Ничем.

Диг почесал кончик носа, выглядывающий из-под очков, и с какой-то горечью произнес:

– Тогда я и не человек...

– Я имел в виду то, что завтрак уже дожидается нашей честной компании, - сказал Джадж.
– Энди, не поднимешься ли ты за лейтенантом?

?????

– Почему бы и нет, - ворчал Энди, карабкаясь вверх по скрипучей до невозможности лестнице. У двери лейтенанта он остановился, немного подумал и неожиданно отчеканил, непроизвольно вытянувшись в струнку:

– Господин лейтенант, разрешите доложить!

Дверь не открылась, но зато из-за нее раздался непривычно подобревший голос Хантера:

– Валяйте.

– Разрешите пригласить вас на церемонию принятия пищи!

– Разрешаю, - смилостивился лейтенант.
– Вольно. Но мне почему-то не хочется завтракать. Не мог бы ты принести мне чего-нибудь такого... солененького... огурчиков, помидорчиков...

– Слушаюсь!
– на лице Энди возникла издевательская улыбка, чего не мог видеть лейтенант через дюймовый слой дерева.
– Разрешите выполнять?

– Валяй. Неплохо бы еще кофейку...

Конечно, Энди и не собирался обслуживать Хантера, он просто передал его пожелания Набби, добавив от себя несколько инструкций по правилам общения с лейтенантом: нужно было все время стоять по стойке смирно, все время спрашивать <Разрешите выполнять>, и прочая подобная чепуха, без которой не обходилась сверхсовременная, оборудованная по последнему слову техники (хотя полстраны лежало в радиоактивных руинах) армия Республики.

Когда вампы, Джадж и диг приступили к чаепитию, в столовую вошел Какус. На лице толстяка горел неестественный румянец, а щеки его неприятно тряслись.

– Вчера наш почтальон женился на девушке из соседнего города, привез ее сюда, ночь они провели на том берегу озера, а сегодня поплыли на лодке назад, - начал он скороговоркой, но у него не хватило воздуха в легких, и столь блистательный образец красноречия заглох. С трудом переведя дыхание, он закончил:

– Короче, на них напало подводное чудовище и утащило новобрачную под воду. У почтальона - нервное расстройство, а мэр вызвал по телефону солдат для уничтожения монстра!

– Да, мы были на озере, когда это произошло, ловили рыбу и все видели своими глазами и ушами, - как можно более скучающим голосом сказал Алекс.

– Как, вы ловили рыбу?!
– у Какуса от удивления глаза чуть не вывалились из глазниц.

– Ну да, рыбу. Только ничего не удалось поймать.

– Вам никогда не удалось бы там ничего поймать. Воды нашего озера мертвы уже лет десять, и ничего, кроме лягушек и парахолерного вибриона, в них не водится. И еще этого монстра, - вспомнил Какус.
– Эту воду и пить-то нельзя!

Алекс почему-то захлебнулся чаем.

– Нет-нет, для приготовления пищи мы используем привозную воду.

В холле застучали тяжелые кованые ботинки. Это были чисто солдатские ботинки, и от этого звука вампы осторожно отставили в сторону чашки. Чья-то грубая рука нещадно задергала шнурок звонка.

– Эй, хозяин!
– донеслось из холла. Какус вскочил со стула, вытер руки о передник и поспешил навстречу к нежданным гостям.

У стойки стояло четверо солдат, у двоих из них руки предупредительно лежали на разрядниках. У каждого на груди блестела серебряная эмблема полевой жандармерии. На лице хозяина появилась самое угодливое, подхалимное выражение, которое только можно представить.

– Чем могу служить, господа жандармы? Набби, чертова дура, принеси господам жандармам пива!

Старший из жандармов, с нашивками капрала, долго рассматривал государственный флаг, но ничего не надумал и приступил к исполнению своих служебных обязанностей:

– Не видели ли вы каких-либо подозрительных лиц?

– Кончено, видел, - с готовностью отозвался Какус. Вампы, слышавшие весь диалог слово в слово, тихо отодвинули свои стулья от стола, Энди с тоской посмотрел в окно.
– Позавчера весь вечер вокруг города гоняла банда трайкеров... А месяц назад в моей гостинице умер какой-то подозрительный тип без документов, и мне пришлось хоронить его за свой счет.

– Все?

– Все!

– Вкусное пиво... А дай-ка нам свою учетную книгу. А сам посмотри нашу, с цветными картинками.

Один из жандармов протянул Какусу толстый альбом, на каждой странице которого была фотография особо опасного преступника, занимающегося антинародной деятельностью.

– <Враги народа>, - прочитал Какус вслух на обложке.

– Если увидишь знакомое лицо, то...
– капрал замолчал, с подозрением вглядываясь в каракули Какуса в учетной книге. Хозяин гостиницы старательно листал альбом, внимательно рассматривая каждую фотографию.

– У, какая злобная морда!

– Это вамп по фамилии Шоу. Опасный террорист, гнусный пасквилянт и жестокий убийца. Ты его видел?

– Нет, ни разу в жизни!
– клятвенно заверил Какус.
– Меня поразили его дикие глаза... А это кто?

– Это - его сообщник, тоже вамп. Его фамилия... черт, ребята, как его фамилия?

– Нам бы еще пивка, - прогундосил один из жандармов.
– А фамилия его... черт, Год, что ли...

– Да-да, я вспомнил, Эндрю Год. Тоже мерзкий писака, сикофант и ренегат.