Дитя огня
Шрифт:
Управляющий отступил к задней стене. За его спиной была дверь, но он, казалось, забыл о её существовании. Если у него и было оружие, то он забыл и об этом тоже.
— Я... я. — вот все, что он мог сказать.
— Где это сообщение? — Спросила Аннализ. её голос повысился — Оно принадлежит мне.
— У меня его нет — взвизгнул менеджер.
— У кого оно есть? — Прошипела Аннализ — Кто его забрал? Это был Эйбл Кац? Чарльз Хаммер?
— Что? Нет!
— Это был Эммет Дюбуа — сказал я. Менеджер посмотрел на меня, и его страх внезапно удвоился — Сообщение было от поляка, который останавливался здесь, верно? И как раз перед тем, как его убили, шеф Дюбуа заходил сюда и забрал записку. Верно? Или это произошло сразу после того, как его убили?
— Я ничего не могу вам сказать — сказал мужчина — Вы не понимаете.
— Я понимаю — заверил я его — Вы боитесь за свою жизнь, верно? Сколько вы платите Дюбуа каждый месяц?
— Я не могу — сказал он — Я не могу говорить об этом.
— Назови мне цифру. Это все, что я хочу. Сколько?
Он посмотрел на Аннализу. Он, конечно, боялся нас, но хотел рассказать. Мы все хотим рассказать. Мы все хотим поделиться своими обидами и распространить сплетни. Дюбуа здорово напугал его, но мы с Аннализ были единственным оправданием, в котором нуждался этот маленький парень.
— Сто долларов — сказал он.
— Все в порядке. Скажите, Эммет получил это сообщение от вас до того, как мистер Лем был убит, или после?
— Вы сказали, что сумма, это все что вам нужно. Вы сказали...
— Это все, чего я хотел. Она — я кивнул в сторону Аннализ — хочет чего-то большего.
Он вздохнул.
— Раньше — сказал он.
— Я так и подумал — сказал я ему — Не волнуйся, никому не нужно знать, что мы услышали это от тебя.
Аннализ скрестила руки на груди.
— Что было в сообщении?
— Я не читал его — сказал менеджер почти умоляющим голосом — Я просто положил в конверт, как просил иностранец, и отложил для вас. Я даже не знал, что это важно, пока Эммет не пришел и не спросил об этом. Клянусь.
— Все в порядке — сказал я — Все в порядке. Аннализ, мы переедем в новое мессто?
— Нет, не переедем — сказала она.
Я положил мясо на край стола менеджера. Красный сок просочился сквозь разорванную бумагу для разделки мяса на стопку бумаг.
— Ну что ж — сказал я маленькому парню — похоже, тебе придется поработать на нас некоторое время. Давайте пройдем в подсобку.
Его пришлось немного уговорить, но в конце концов я провел его через дверь в его служебный кабинет. Как я и подозревал, у него на стойке регистрации была установлена скрытая камера. Я взял видеокассету, задаваясь вопросом, были ли на одной из этих кассет и братья Дюбуа. Тайник с видеозаписями взяток был бы хорошей страховкой, если бы у него хватило ума правильно разыграть свои карты.
Но мы были здесь из-за огня и погибших детей. Мы были здесь из-за Чарли Третьего. Дюбуа меня совершенно не касался.
— Послушай — сказал я, сунув видеокассету под мышку — Это сообщение было важным. Важнее, чем ты думаешь, и ты подвергаешь опасности многих людей, передавая это дело шефу Дюбуа.
— Тогда кто вы? ФБР?
— Конечно, нет. И не задавайте больше этот вопрос. Мы останемся здесь еще на несколько дней, а потом двинемся дальше. Не высовывайся, и все будет в порядке. Понимаешь?
Мы вернулись в приемную. Он посмотрел на свой разгромленный стол и застонал.
— Что я скажу своей жене?
— Скажите ей, что сюда зашли двое людей с сомнительной репутацией и вышли из себя — сказал я — Постарайся держаться как можно ближе к правде. Ты не очень-то умеешь врать.
Мы с Аннализ вышли на улицу. Она проверила фургон. Все, что братья Дюбуа выбросили на парковку, было небрежно брошено обратно внутрь.
Мы пошли в мою комнату. Я достал свой призрачный нож из щели в полу и положил его в карман. Это было приятное ощущение.
Я выложил говядину на стол и развернул ее. Я отрезал длинную полоску мяса, а затем нарезал её на мелкие кусочки. Аннализ начала подбирать их пальцами и проглатывать.
— Как ты узнал, что Дюбуа забрал сообщение? — Спросила Аннализа — И какая разница, когда он это получил?
— Когда шеф спросил меня о Кэроли Леме, я решил, что он как-то связан с тобой, хотя никогда раньше о нем не слышал. Он останавливался в этом мотеле, верно?
Анна-Лиза кивнула, продолжая жевать.
Я приготовил мясо на скорую руку.
— Не очень хорошо. Поскольку мы все живем в одном месте, такому человеку, как Дюбуа, слишком легко нас соединить. В любом случае, Лем мертв, и Дюбуа должен провести расследование или, по крайней мере, сделать вид, что он это расследует.
— Думаешь, он убил Кэроли? — спросила она с набитым ртом.
— Я не могу точно сказать, но готов поспорить, что это он. Что Кэроли здесь делал?
Она ответила мне не сразу. Она отправила в рот еще один кусок сырой говядины и принялась жевать.
Я вздохнул.
— Я могу догадаться, но было бы лучше, если бы ты просто сказала мне. Он был еще одним из твоих деревянных человечков?
— Нет — быстро ответила она — Ты мой деревянный человек. У меня никогда не было другого.
— Хорошо — сказал я. Я все еще не знал, что такое деревянный человечек — Тогда что он делал? Осматривал город?
— В значительной степени — ответила она — В Обществе недостаточно специалистов, чтобы проверять каждое странное сообщение, поэтому у нас есть следователи, которые все проверяют. Хаммер-Бей... — Она замолчала. Затем она съела кусок говядины. С большинством людей можно было бы позволить тишине затянуться, и они в конце концов почувствовали бы необходимость заполнить ее. Но Аннализ не была общительной. Она привыкла к долгим паузам.
— Так как насчет Хаммер-Бей?
— Мы уже исследовали Хаммер-Бей раньше — сказала она — Мы никогда не находили причин для принятия каких-либо мер, но у нас здесь были люди.
— Что заставило вас отправить их?
— На этот раз это был успех компании по производству игрушек. "Компания по производству игрушек нарушает все правила, чтобы добиться успеха" так, кажется, назывался заголовок. У меня в фургоне есть вырезка — Она подцепила кусок говядины и проглотила его — В конечном итоге мы расследуем множество подобных случаев, компании, которые должны были потерпеть крах, но вместо этого зарабатывают кучу денег. Люди, которые быстро богатеют. Люди, которые выигрывают в лотереи.