Дитя огня
Шрифт:
Нож отодвинулся от моего горла. Призрачный нож сделал свое дело над бывшим морским пехотинцем. Я поймал заклинание и тут же бросил его.
Джорджи был застигнут врасплох, но не сильно. Призрачный нож попал именно туда, куда я хотел, перерезав верхнюю часть спускового крючка как раз в тот момент, когда он начал нажимать на него. Пистолет не выстрелил, и секунду спустя я услышал, как курок ударился о пол фургона.
За то время, пока сломанный курок падал, я призвал заклинание обратно и полоснул им по ноге Джорджи. На его штанине образовался длинный разрез, но крови в нем не было.
Я повернулся к бывшему морскому пехотинцу. Он осунулся, вся жизненная сила покинула его. Ради безопасности я еще раз вонзил призрачный нож ему в руку. Казалось, никогда не имело значения, куда призрачный нож ударит живого человека, эффект всегда был один и тот же.
Джорджи и бывший морской пехотинец сползли на пол, словно теряя сознание. Третий мужчина бросился на меня, приставив свой охотничий нож к моему горлу.
Я метнул в него призрачный нож и отбил удар защищенной частью предплечья. Заклинание исчезло в его груди. Сила покинула его, но удар ножом все еще был очень мощным. Я не рассчитал время для своего удара и почувствовал, как кончик лезвия рассек мое незащищенное предплечье.
Третий мужчина упал на меня. Я снова потянулся за призрачным ножом. Если бы заклинание прошло сквозь стену движущегося автомобиля, я бы очень быстро оказался в квартале от него. Я не собирался оставлять свое единственное настоящее оружие.
— Какого черта? — сказал водитель.
Я закрыл глаза.
Призрачный нож влетел обратно в фургон, прорезав щель в стене и впустив полоску света.
Фургон вильнул вправо и остановился. Третий мужчина упал на меня сверху, сбив на пол. Я оказался зажатым под ним.
Водитель поднялся со своего места. Я услышал, как он открыл бардачок. Я не пытался высвободиться. У меня не было времени. Я переложил призрачный нож из зажатой левой руки в свободную правую. Водитель повернулся ко мне с пистолетом в руке. Это был другой пистолет 38-го калибра.
Если бы я не лежал под одним из его друзей, у него было бы достаточно времени, чтобы застрелить меня. Мы были на расстоянии выстрела, но у него не было возможности выстрелить. Я метнул в него свое заклинание.
Он попытался отбить призрачный нож, но промахнулся. Оно вошло чуть выше его пупка, и как только оно исчезло, я снова потянулся к нему. Заклинание бумерангом вернулось ко мне, пройдя сквозь водителя во второй раз. Он упал.
Я поймал его. Я никогда раньше не пробовал этот трюк. Мне понравилось.
Я оттолкнул от себя мужчину и с трудом поднялся на колени. Все четверо еще не спали, но глаза у них были затуманены и вялые. Я забрал оба ножа, револьвер Джорджи и водителя тоже. Оба пистолета были идентичны тому, который я забрал у Флойда возле бара. Возможно, строители в Хаммер-Бей покупали их оптом.
Джорджи поднял на меня блестящие, приятные глаза.
— Извини за то, как я с тобой обошелся — сказал он — Не знаю, почему я был так груб.
— Да, да — сказал я. Призрачный нож не только лишал человека силы, но и подавлял ярость и агрессию. Временно.
Я осмотрел порезы на шее и левом бицепсе. Тот, что на шее, был всего лишь царапиной. Кровотечение уже прекратилось. На тот, что на руке, нужно было наложить пару швов, и он был слишком близко к плечевой артерии.
Я забрал их бумажники. У них четверых было при себе в общей сложности тридцать семь долларов. Так принято в эпоху дебетовых карт. Я также забрал деньги, которые Флойд заплатил мне. На этот раз я не стал утруждать себя проверкой документов.
— Ладно, клоуны — сказал я им. Они все уставились на меня влажными, покорными глазами. Я прицелился в них из пистолета 38-го калибра — Встаньте на колени у боковой двери.
Они так и сделали.
— Положите руки на пол. Поставьте их рядом друг с другом.
Они толкались и подталкивали друг друга, пытаясь занять правильное положение.
— Я прошу прощения за все это — сказал бывший морской пехотинец. Мы просто...
— Заткнись — сказал я. Я сунул призрачный нож в карман и подобрал вышедший из строя револьвер. Я сдвинул затвор вперед и высыпал патроны на пол. Затем я поднял деревяшку Аннализ и положил её в карман — Где ключи?
Заговорил водитель. В замке зажигания.
— Что вы, ребята, должны были со мной сделать?
— Отвезти вас в клуб керлинга — ответил водитель — чтобы Филлис могла с вами поговорить.
— Филлис?
— Филлис Хенстрик. Она управляет этим местом и "Хенстрик констракшн".
— Почему она хочет поговорить со мной?
— Она не сказала — ответил водитель. Он присел на корточки рядом с остальными, как маленький ягненок. Все они уставились на дуло пистолета в моей руке. Они не могли отвести глаз.
— Я думаю — сказала Джорджи — что это было связано со слухом, который она слышала о том, что Чарльз Хаммер отправляет работу за границу.
Конечно, я так и подумал.
— Ладно, ребята — сказал я им. Мой голос был тихим — Жить или умереть?
Джорджи сразу все понял.
— Жить — сказал он. Остальные согласились.
— Отлично — сказал я им — Надеюсь, я пробуду в городе всего пару дней и больше не хочу никого из вас видеть. Поэтому я собираюсь оформить страховку. Не двигайтесь с места. Если кто-нибудь из вас отдернет руки, я буду считать, что вы изменили свой ответ. Я повернул револьвер и держал его как дубинку.
— Пожалуйста — сказал бывший морской пехотинец — Пожалуйста, не надо.
— Это будет больно — сказал я, не скрывая своего гнева — — но не так сильно, как пуля в живот.
Я ударил их рукоятью револьвера по тыльной стороне ладоней, целясь в костяшки указательных пальцев.
Это был не самый умный ход, но самым разумным было бы убить их всех. Я не хотел, чтобы завтра они стреляли в меня из движущегося автомобиля. Я должен был как-то вывести их из игры, и я должен был научить их и тех, кто дергал их за ниточки, не связываться со мной. Сломать им руки было проще простого по сравнению с тем, что я должен был сделать.
Они ругались и хныкали, как отруганные мальчишки. Когда с этим было покончено, я открыл боковую дверь.
— Занятия в школе на сегодня закончились — сказал я и пнул Джорджи в открытую дверь.
Он вывалился на тротуар, и трое других поползли за ним на коленях и локтях. Они скорчились на тротуаре, щурясь от моросящего дождя и скрестив руки на груди, совсем как я у бара Сары. Я захлопнул дверцу.
Ключи действительно были в замке зажигания. Я положил пистолеты на колени, завел машину и влился в поток машин.