Чтение онлайн

Мужчина в золотых одеждах настолько сосредоточился на своих мыслях, что даже не заметил, как пламя свечей застыло. В зале появился высокий мужчина с двумя лицами. Двуликий всегда являлся перед ним в образе старца. Второго лика своего покровителя император никогда не видел.

— Господин! — Император опустился на колени.

Двуликий не стал его останавливать. Когда-то он сам выбрал этого мужчину и поручил ему беречь свое сокровище.

— Останься в храме на три ночи, — приказал Двуликий. — Твоей супруге нужно отдохнуть. А сыну закончить дела.

Хань-Шэн

В павильоне княгини горела одинокая свеча. Хань-Шэн зажег ее специально, чтобы видеть лицо княгини. Мин-Сю спала. Что ей снилось, Хань не знал, но догадывался, что что-то не очень приятное. Ресницы дрожали, она время от времени всхлипывала. Рука, лежащая на животе, сжималась в кулак.

Мужчина дрожащей рукой погладил ее по щеке, в надежде успокоить. Так всегда делала мать, когда ему снились кошмары. В детстве это было лучшим лекарством от тревог и страхов. Сжимая руку княгини, мыслями Хань вернулся в далекое прошлое. В тот день, когда отказался от брака с дочерью генерала Вэй.

Это случилось в военном лагере, еще когда Мин-Сю жила в доме отца, и свахи только-только начинали присматриваться к молодой госпоже. Заполучить в жены дочь генерала мечтали многие. Особенно князья. Готовы были закрыть глаза на купеческое происхождение матери Мин-Сю, ведь единственная дочь генерала могла принести в дом мужа не только огромное наследство, но и военную поддержку. Хань-Шэн, пользуюсь статусом и положением, тоже присматривался к ней. Не просто присматривался. Она ему нравилась. Вот только разговор с братом девушки как-то быстро охладил его пыл.

— Твоя сестра — отличная партия для одного из князей, — сказал князь молодому Сяо, во время прогулки.

— Отец ни за что не отдаст сестру во дворец.

— Почему?

— Моя сестра, единственная дочь семьи, она нежна и избалована. Мин-Сю не выдержит конкуренции в гареме, а у отца не будет возможности ее поддержать. Семья не хочет рисковать.

— Твоя сестра будет под защитой императора.

— Князь, вы же лучше всех знаете, что ни один мужчина не сможет защитить женщину во внутреннем дворе.

Хань знал, что Сяо был прав. Он сам неоднократно наблюдал, как Благородная Супруга разоблачала интриги, спасая себя и его. Как статус любимицы императора давал ей не только блага, но и подкидывал огромное количество неприятностей. Этих слов брата Мин-Сю хватило, чтобы оставить попытки претендовать на руку Мин-Сю. Это решение Хань-Шэн считал своей первой ошибкой. А потом случилась вторая.

Через несколько месяцев, после того как Мин-Сю вошла в дом маркиза, генерал Вэй начал беспокоиться о положении дочери. Она не присылала писем, и все вести, которые он получал о дочери, были написаны рукой ее супруга. Тогда генерал воспользовался добрыми взаимоотношениями с князем и попросил его лично передать письмо девушке. Только князь не отправился в поместье маркиза, как обещал генералу. И даже Ляна не отправил. Письмо доставил обычный посыльный. Только передал его не госпоже маркизе, а маркизу. Хань узнал об этом уже перед злополучным банкетом и не успел ничего исправить.

На банкете к его столу поднесли яд. Князь не помнил, что происходило в момент отравления. Он даже не понял, в какой момент это отравление произошло. Только обрывки воспоминаний остались в сознании: крики жертвы, звук рвущейся ткани, безумная, ни с чем не сравнимая боль, с которой невозможно было справиться.

Он пришел в сознание только через несколько недель, уже в столице. Но тогда, полностью избавиться от яда у него не получилось. Тело удалось сохранить чудом, а вот разум — нет. Постепенно яд сводил его с ума. К лету князь Хань-Шэн превратился в сумасшедшего.

Благородной Супруге и императору пришлось закрыть его в дальнем поместье, приставить верных слуг и годами искать лекарей, чтобы хоть как-то облегчить страдания сына. Все это держалось в строжайшем секрете. Но теперь Хань знал, что так в прошлой жизни его вывели из гонки за престол. И не только его.

Наследный принц в ту ночь лишился не только любимой женщины, но и поддержки дома гогуна. Генерал Вэй, спустя несколько лет, был обвинен в измене и убит вместе с семьей. Северные границы ослабли. Шпионы начали действовать наглее, разрушая стабильность изнутри. На фоне тяжелой зимы и стараниями маркиза Фэн-Жуна, в уезде, которым должен был управлять Хань, вспыхнули волнения.

Император отправил наследника погасить бунт и предупредить надвигающийся голод в уезде. Но по дороге принц попал в засаду. Отец отправил на поиски пропавшего наследника людей. Охрана дворца ослабла. Второй князь устроил кровавый переворот, убив императора, императрицу и Благородную Супругу, которая пыталась спасти мужа.

За Хань-Шэном тоже пришли. Он тогда не знал о том, что произошло в столице. Безумного князя вытащили ночью из постели в одном белье. Холодный ветер пронизывал до костей, но он ничего не понимал. Все было как в тумане. Слабоумный не мог адекватно осознавать происходящего или защищаться. Он и не пытался. Что произошло, он понял только тогда, когда меч пронзил его сердце. И тогда разум князя снова стал ясным.

О том, что произошло в прошлой жизни, князь вспомнил только после того, как Мин-Сю спасла его от яда. Воспоминания пронеслись болезненной вспышкой беспомощности и отчаяния. А потом он начал осознавать, что происходит.

Это было по-настоящему неприятное чувство, понимать, что и в этот раз он был на волосок от провала. Что если бы слуга, управляющий повозкой, случайно не заблудился и не оказался рядом с поместьем Фэн-Жуна, то, скорее всего, точно так же как и в прошлой жизни, он отправил бы письмо генерала посыльным. И история могла повториться вновь.

Хань сглотнул ком. В прошлой жизни он не знал, что происходило с Мин-Сю в доме Фэн-Жуна. Никто не знал. Хозяин особняка славился если не добротой, то справедливостью и щедростью. Ни у кого не могло возникнуть мысли, что законная супруга терпит побои и унижения.

По щеке покатилась горячая слеза. Теперь Хань точно знал, что в прошлой жизни они с маркизой умерли одновременно. Она терпела многолетние мучения, а он сгорал от безумия. Вот только спросить, помнит ли она прошлое, Хань-Шэн не решался.

Он задул свечу и осторожно лег с ней рядом. Женщина не проснулась, но доверчиво прижалась к нему всем телом. Дыхание ее стало ровным и глубоким. Словно она ему доверяла. И у него больше не было права это доверие предать.

Сюэ-Жэнь

Новость о том, что маркиз пришел в себя и уже несколько ночей подряд проводит с наложницей Цин, шокировала Сюэ. Она узнала об этом за ужином. Растерянная служанка ворвалась в павильон и упала на колени перед хозяйкой.