Чтение онлайн

Признаться, мне было невероятно любопытно наблюдать за свадебными обрядами этого мира. Но больше всего меня удивляло то, насколько они были похожи на наши, славянские. Неужели богиня Лада здесь — не просто совпадение, а прямое указание на то, что люди этого мира почитали наших древних богов? Ведь традиции были узнаваемы! Семейный очаг мы до сих пор зажигаем, а про перевязывание ножек стола мне еще бабушка рассказывала.

Асмир, вздохнув, нашел ближайший массивный стол и с видом человека, совершающего абсурдный, но необходимый ритуал, перевязал его ножки лентой. На миг наши взгляды встретились, и я прочитала в его глазах всю накопленную усталость и раздражение от этой фарсовой ситуации. — Что теперь? — спросил он, отряхивая руки. — Теперь идите к дому невесты. В нашем случае — к этому стулу. И закройте двери, да покрепче! Свататься принято за закрытыми дверями. — Кажется, весь ритуал сватовства сводится к тому, чтобы никто не сбежал, — пробормотал он и защелкнул щеколду на двери. — И дальше? — спросил он, уже без особой надежды. — Представьте, что перед вами сидит самая прекрасная женщина на свете. Согласитесь, Ирина и правда прекрасна! И вы, конечно же, готовы на все. Вы немного взволнованы, но должны получить разрешение на брак. Для начала вам нужно понять настрой семьи. А для этого начните отвлеченный разговор. Спросите, например… про кур. Или про товар. Асмир нахмурился. Я тоже, признаться, не совсем поняла последнюю часть. — Как у вас… ммм… куры? — выдавил он, глядя куда-то мимо меня. — Ирина! Прошу вас, ответьте, — обратился ко мне Басман. — Обычно невеста, конечно, молчит, но сегодня вы сами будете представлять свою семью. Отвечайте от их лица. — Куры… э-э-э… — я задумалась. Я кур тут вообще не видела. Хотя вчера на обед… — Вчера на обед жареных давали. На мой взгляд, повару необходимо добавлять меньше масла при жарке, это, конечно, вкусно. Но все же не очень полезно. — Ну… я передам? — Асмир повернулся к Басману. — Хотя я готов прямо сейчас побежать на кухню с диетическими рекомендациями. Если весь чудесный обряд продолжат без меня… — Ирина, как договорились, опускайте глаза! Вы же скромная невеста. Вам нужно играть скромность, — напомнил жрец, снова проигнорировав Асмира. — Я просто запуталась, — призналась я, — когда я становлюсь невестой, а когда — отцом невесты. — Вы должны чувствовать эту тонкую грань! — вдохновленно сказал Басман и посмотрел на Асмира. — Я чувствую себя пока столом с перевязанными ножками, — тут же сказал дракон, и на меня начал накатывать смех. Держитесь, Ирина Витальевна, держитесь!

— Асмир, спросите теперь про товар, — продолжил Басман. Он действительно сохранял просто удивительное хладнокровие во всей этой постановке. — Товар? Какой еще товар? — Ну… тот самый! У вас купец, у них — товар. Поймите дух! Ситуация становилась все более абсурдной и забавной, и удерживать серьезное выражение лица было невероятно трудно. — Да у вас товар, а у нас… купец, — уже почти без интонации произнес Асмир, явно считая каждую секунду до конца этого испытания. — Ну, Ирина, вам нужно ответить про товар, — подсказал Басман. — Да, у нас товар есть, — выдавила я, прикусывая губу, чтобы не рассмеяться. Теперь я понимала, почему невесты должны были молчать и опускать глаза. Не то чтобы из скромности, а просто чтобы не заржать в лицо бедному жениху, который умирал со стыда. — Теперь, господин дракон, вам необходимо себя расхвалить. Так, чтобы понравиться Ирине и ее семье! — Расхвалить, — произнес Асмир с такой мученической интонацией, словно его просили в одиночку передвинуть гору. — Именно! Давайте, не стесняйтесь! Расскажите Ирине и ее предкам, какой вы хороший молодец. Что в вас есть особенного? — У меня есть деньги, — тут же нашелся Асмир. — Еще, — подстегнул Басман. — Ну… — Асмир замер, словно дальше денег аргументы для сватовства у него заготовлены не были. Наверное, в его кругах этого обычно хватало. — Я сильный. — Еще. — Да куда еще?! — Ну давайте же, скажите что-то, что могло бы понравиться Ирине и ее семье! — Разве этого недостаточно? Я что, лошадь на ярмарке? «У меня зубы хорошие, в стойле не брыкаюсь»! А еще я не храплю, что важно для здорового сна драгоценной супруги. Последняя фраза была явно обращена ко мне. Прозрачный намек на вчерашнюю ночь и мои требования. Я не выдержала и рассмеялась, прикрыв рот рукой. — Простите, это очень сложно сдержать, — сказала я, утирая выступившие от смеха слезы. — Нет, это хорошо! Очень хорошо! — обрадовался Басман. — Если жених невесту рассмешил, значит, он ей нравится! А если нравится, значит, она сама может перед родителями за него попросить. Скажите, Ирина, как будто бы просите матушку и батеньку: что вам нравится в Асмире?

Я подняла глаза и посмотрела на дракона. Он выглядел нервным и… немного потерянным. Я знала его всего день, но, пожалуй, несколько вещей, которые мне в нем нравились, я могла назвать. — Асмир — добрый хозяин, — начала я искренне. — Он оплатил лечение для ребенка служанки. Он умеет смешно шутить, даже когда сам того не хочет. Он не может себя расхвалить, потому что скромный молодой человек, а скромность всегда украшает. Вчера я поняла, что он умеет слушать и искать компромиссы. Он умеет просить прощения, а значит, он сильный человек. И умеет прощать. Я уверена, что Асмир хороший человек, ведь так о нем отзываются все слуги в доме. А еще… — я позволила себе маленькую улыбку, — он очень красивый мужчина, который явно уделяет внимание своему физическому здоровью.

Я честно перечислила все, что успела заметить. В силу своего прежнего возраста я научилась говорить людям добрые слова прямо и без смущения. Быть искренней — не стыдно. Но вот Асмира мои слова, кажется, смутили. Он стоял, слегка оторопев, и выглядел совершенно растерянным. Действительно скромный парень под всей этой броней сарказма и власти.

— Прекрасно! — воскликнул Басман, нарушая странную, теплую атмосферу, повисшую между нами. Асмир тут же, будто спохватившись, отвел взгляд. — Думаю, после такой похвалы от невесты родители бы непременно согласились! Как вы считаете, Ирина, Асмир бы понравился им? — Обязательно бы понравился, — ответила я, не лукавя. Будь я молодой, а такой статный красавец-дракон жил в нашем мире… он бы на меня, простую деревенскую девушку, вряд ли посмотрел. Но если бы уж посмотрел — родителям он пришелся бы по душе точно. Папа бы с радостью пошутил с ним над всеми брачными обрядами. А мама оценила бы его помощь Марии. Чего еще нужно? Как бы они сказали — «Главное, чтоб тебе нравился!»

— Вот и замечательно! — снова обрадовался Басман, бросив одобрительный взгляд на идол Лады. — Переходим к следующему этапу сватовства! — Еще есть этапы? — с неподдельным, уже почти отчаянным раздражением спросил Асмир. — И это называется «ускоренная программа»? — Конечно! — серьезно ответил Басман. — Очень ускоренная, без родителей, друзей и гостей. Но не расслабляйтесь! Асмир тяжело вздохнул, и было видно, что он и не расслаблялся. — Господин Асмир, будьте веселее! Вы же за невестой пришли! Улыбайтесь! — подбодрил его жрец. Дракон выдавил из себя подобие улыбки. Оно было настолько неестественным и напряженным, что больше было похоже на оскал. — Посмотрите на Ирину, какая она довольная сидит! Берите пример со своей невесты! И не зря. Ведь сейчас, после удачного сватовства, будут гуляния в честь вашей помолвки! — радостно объявил жрец.

Асмир

Все происходящее напоминало плохо спланированный, нелепый спектакль. Мы были актерами с отвратительной игрой, а Лада, восседающая напротив в виде идола, — единственным зрителем. Ее спокойное, высеченное из дерева лицо, казалось, заливалось беззвучным смехом от наших жалких потуг. Хотя каждый раз, когда я бросал на него взгляд, выражение оставалось тем же — застывшим и безразличным. Но внутри я чувствовал, как богиня-мать хохочет, наблюдая за нами с того света.

На столе стояла тарелка с кашей. По словам Басмана, после сватовства положено есть именно ее, с медом — как символ прощания с отчим домом. Нелепость зашкаливала.

— Не любишь кашу? — тихо спросила Катрина. Или Ирина. Кто она там. — Я не ребенок, а взрослый мужчина, чтобы питаться этим, — фыркнул я, одарив тарелку презрительным взглядом. — А на гарнир ты что обычно ешь? — не унималась она. — Мясо. — А к мясу? — Хлеб. Иногда картофель. — Какой-то нездоровый рацион, — покачала головой Катрина-Ирина-Рина, пусть будет Рина, так проще. — В каше очень много полезного. Для пищеварения, волос, кожи… — По-твоему, мне нужны длинные волосы? — не удержался я от вопроса. — Волосы может и не нужны, — парировала она, не отрываясь от своей порции, — но работа пищеварительной системы, регулярный стул — основа хорошего самочувствия и настроения.

«Работа пищеварительной системы»? Сначала я удивился странной формулировке, но, поняв смысл, почувствовал, как ложка замирает у меня в руке. Регулярный стул? Она обсуждает регулярный стул при жрице и идоле богини?

— Как я вижу, с трапезой вы закончили, — Рина с улыбкой оставила пустую тарелку, а я наконец отодвинул ненавистную кашу. — Тогда перейдем к веселью! Будем петь и танцевать!

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как усталость давит на плечи. Великолепно. Теперь еще и плясать на потеху богине. Мало мы ее развлекли.

— Ну же, ну же, поднимайтесь! — задорно подгонял нас жрец. — Будем танцевать! Боги светлые… ну за что? Я встал, бросая взгляд на Рину. В отличие от меня, фиктивная супруга пребывала в прекрасном настроении и чуть ли не прыгала на месте, напоминая мне в этот раз мою дочь Викторию. Та тоже вот так припрыгивала перед получением подарка.

— А что будем танцевать? — спросила Рина с искренним интересом. — Да что угодно! — развел руками Басман. — Главное — весело и от души! — А можно я весело и от души просто постою на месте? — спросил я с надеждой, но меня просто проигнорировали. — А давайте… — глаза Рины вспыхнули озорным огоньком, и в них было что-то цепляющее, живое, заставляющее забыть о всей этой нелепости. Странно, но что-то в этой женщине неудержимо притягивало мое внимание. Ее смех — звонкий, непритворный, какой я не слышал, кажется, никогда. И эти глаза… Зеленые… — Давайте вальс! — с восторгом выпалила она. — Нет, — тут же отрезал я, но она уже схватила меня за руку.

От ее прикосновения внутри проснулось что-то горячее, почти хищное. Инстинктивное. Должно быть, у меня слишком давно не было женщины, иначе сложно дать объяснение такой яркой реакции тела.

— Не бойся, я поведу! — засмеялась она, и в ее голосе звучал вызов. — Порадуй уж бабулю! — Бабулю? — не понял я. — Э-э-э, я говорю — улюлю! Музыку нам! — скомандовала она жрецу, и через мгновение по залу поплыли первые такты плавной мелодии.

И подумать только — она действительно повела меня в танце. Женщина! Меня, дракона, которого боялись на поле боя. Ее рука уверенно лежала на моем плече, а пальцы другой обхватили мою ладонь. Женщина будет вести меня в танце. Ну уж нет. Вальс так вальс, но только на моих правилах.

Ирина

Я обожала танцы! Как здорово, что и в этом мире знали что такое прекрасный, красивый вальс!

Асмир, конечно, не хотел танцевать, но я живо подхватила его за руку. Я уже была не в том возрасте, когда краснеешь, как юная девчушка. В моем возрасте я могла сама приглашать кавалера, и в этом не было ничего постыдного!

Первые такты вальса подхватили нас, и я с радостью погрузилась в привычный ритм. Ноги сами вспомнили легкие, скользящие шаги. Я повела, и Асмир на секунду поддался, позволив себя вести, и это было невероятно — вести в танце такую мощную фигуру. Но всего на несколько тактов.