Чтение онлайн

Наконец, после двух чашек горячего напитка, настало время приниматься за дело. Заставить себя оказалось сложно, так и подмывало отложить всё на утро - не люблю входить в новую работу под вечер, голова уже не такая свежая. Я боролась с собой час, а затем сдалась и решила посетить Библиотеку. Новая должность - новые возможности.

Дом книг развернулся новым, захватывающим измерением. Башни знания, уходящие в заоблачную высоту. Тонны пыльного, пожелтевшего ресурса.

Здание библиотеки представляло собой высокую башню с огромной винтовой лестницей. Сотрудникам Илина предоставлялся доступ на первые три витка спирали. В небольших нишах у общедоступной литературы обычно сидели десятки ученых. Обложки книг носили отпечатки пальцев и времени. Несмотря на неписанный регламент у стоек с книгами всегда слышался приглушенный шум голосов, дыхания, ног.

Совсем другая библиотека открылась с новым уровнем допуска. Уже после сороковой ступени в башне воцарилась мертвенная тишина. После сотой - в углах появились робкие кружева паутин, прикосновения к книжным полкам стали отпечатываться в слое пыли.

На сто двадцатом этаже я выбрала тонкую брошюрку наудачу. Судьба в очередной раз решила прочитать мораль, осудить воспоминания, показать кривое зеркало. Книга была про джезраа.

Оказалось, что двух плодов мифического дерева в месяц достаточно, чтобы предотвратить цингу. В голодные годы джезраа спас сотни жизней. Тогда же выяснилось, что в радиусе трех метров джезраа способен восстанавливать ресурс в случае перетраты - когда обратный эффект начинает проявляться на физическом уровне: плохое самочувствие, потеря сознания, учащенное сердцебиение и т.п. Джезраа восстанавливает ресурс до нуля, но для дерева это даром не проходит. Одно - два излечения - и дерево не плодоносит год. "А вот про это тренер не говорил", - вспомнилась лекция на заднем дворе. Мелькнула надежда, что смогу найти в книге объяснение мрачного феномена, спасшего меня во время убийства. Но нет, таинственным эффектом обладало только живое дерево. Ни амулеты, ни статуэтки, ни мебель из джезраа целительными свойствами не обладала. Да и не делал никто предметы быта из легендарного дерева.

В голодные годы, утверждал неизвестный автор пыльной брошюры, джезраа был присвоен статус "дерева мира". Как водопой в засуху. Того, кто совершит преступление под джезраа и заставит дерево потратить живительные силы, могли и повесить без суда и следствия. Ведь излечение одной жертвы обойдется в год неурожая, сотни унесенных цингой жизней.

Это было давно. За последним убийством под джезраа на центральной площади Нелоуджа последовал кровавый переворот и переход власти в руки Института. С тех пор в массовом сознании закрепилась еще одна примета - "преступление под джезраа - смена власти".

Я закрыла брошюру, вернула на пыльную полку и поморщилась. Неприятное чувство скрутило желудок. Никого я не убивала под джезраа, по крайней мере в этой жизни. Небольшое считывание информации, и то - персональной. Абсолютно безвредное преступление. К тому же под приметой имелась вполне рациональная основа, завязанная на историческом опыте и свойствах плодовитости дерева. Даже если допустить, что наша шалость привела к неурожайному году для джезраа на площади - и то не страшно. Вроде, с посевами было все стабильно.

Глава 55

Спалось плохо. Впрочем, на статичной кровати редко приходят приятные сны. Иногда кажется, что кошмары просто не успевают догнать движущиеся фургоны. Но стоит остановиться, и недосмотренные ужасы нагоняют, разбредаются по лабиринтам мозга, разъедают часы покоя.

Мне снился сумасшедший профессор. Он искал меня, разинув челюсти и обнажая кривые гнилые зубы. Изо рта капала слюна, смешанная с кровью, оставалась вязкими, прозрачными, с красными прожилками каплями на бетонном полу коридора.

Я пряталась за старым зеркалом в женской уборной института, но видела каждое движение ищущих глаз. Хотелось телепортироваться к Киму, но было нельзя. В моей крови тоже бурлила зараза, и сумасшедший профессор ждал своего времени.

В последний час перед рассветом следовало выйти и поцеловать преследователя. Во сне мы были связаны одной ненавистью.

Я встала рано, с мутными от недосыпа глазами, побрела на работу. Дело всегда приносило успокоение.

Сварила кофе, раскрыла настежь окно, впустила влажную утреннюю прохладу. Поежилась и открыла папку с бумагами. Почти сразу же заглянула Нирайя - уточнила, всего ли мне хватает.

Челка у ассистентки выглядела вконец засаленной и сбитой, глаза упорно убегали в угол комнаты. Пришла странная мысль - причина вчерашней неприязни может крыться не во мне. Нирайю что-то очень сильно беспокоит. Может, исследование закончить не удается. Или опасается, что я ее подсижу? Формализм и аккуратность у девушки на высоте, как у настоящей карьеристки.

Или чего-то боится.

Я дружелюбно подтвердила, что все на месте; Нирайя тут же скрылась в коридоре. В глаза она так и не посмотрела.

Что ж, больше откладывать некуда. Пора работать. Я разложила перед собой пять стандартных листов. Четыре были исписаны одинаковым, мелким неровным почерком с большими выдающимися петлями на отдельных буквах. Вероятно, системы уравнений писал Керон, торопился и изрядно нервничал. Я мельком подумала, что опытный графолог, пожалуй, мог бы составить довольно подробный и нелицеприятный портрет по этим записям.

А вот пятый лист оказался заполнен другим человеком, другими чернилами и в другое время. Заполнен не слишком плотно, и на чистом пространстве было видно, что поверх него на другом листе что-то уверенно чертили, продавливая бумагу. Чернила слегка потускнели - не сильно, но на фоне четырех новых листов различие бросалось в глаза. В содержание вникать по-прежнему не хотелось, и поэтому я встала, подошла к окну и приложила к стеклу этот самый пятый отличающийся лист, не особо задумываясь, что и зачем я надеюсь увидеть.

На просвет проступили какие-то линии. То ли схема, то ли рисунок. Ресурса было много, и поэтому я взяла чистый лист и сделала полную копию изображения. Не самое простое действие для обычного человека, но для подмастерья из цеха по рисованию кукол - проще, чем вскипятить чашку чая.

Выбрала из карандашей самый мягкий и стала аккуратно заштриховывать оригинал. В таком виде схема проступила яснее, правая сторона листа проступила почти без помех. Казалось, что рисовали то ли креветку, то ли какое-то насекомое, таракана или сверчка. Я пригляделась и поняла, что все-таки сверчка - кожистые передние крылья, слуховые органы на голенях передней пары ног, задние ноги прыгательные. "Интересно, откуда я знаю так много о сверчках?" - автоматически подумала я.
– Точно. Учебник по энтомологии, чтобы заставить цвести джезраа. Неприятный холодок пробежал по спине от непрошенной мысли. Сверчки, джезраа, утекающий ресурс - всё это липко и тягостно переплелось за пределами сознания, легло на ночной кошмар. Не люблю совпадения. В такие моменты всегда кажется, что кто-то стоит за кулисами и тщательно режиссирует спектакль, чтобы все развешанные по стенам ружья выстрелили вовремя и точно.

Выделенные срочные задачи поддались на удивление легко. За неполный рабочий день я ухитрилась понять все три системы, помеченные оранжевым. Нашлось решение для одной каверзной трижды обведенной задачки. Перепроверка прошла без осечек, точность вышла вполне сносная. Песок в глазах после бессонной ночи не вымывался даже плодотворной работой и крепким горьким чаем.

С Нирайей я связываться не стала, хотя шести еще не было, и заместительница человека-шкафа скорее всего еще работала. Теребила сбившуюся набок челку, хмурилась и отводила глаза в невыносимо секретном кероновском запертом кабинете.

Я устала ужасно, погружение в новую задачу требует много сил. К тому же из головы никак не шли мысли про дурацкого непонятного сверчка. Чем-то это насекомое меня беспокоило, пахло нехорошим полуразложившимся совпадением, но я никак не могла вспомнить, чем именно. Я решила перепроверить все завтра, на свежую голову, и только тогда сообщить о результатах. Сейчас можно насладиться заслуженным отдыхом.

Глава 56

Я толкнула тяжелую дверь Института, и в лицо ударил было свежий осенний ветер, но тут же сменился стоячим воздухом закрытого кабинета.