Дороги Малого Льва
Шрифт:
Беднягу Герца заботливо напоили каким-то горьким настоем. Он долго потом
отплевывался и ворчал.
– Ты же хотел выпить?
– смеялся Льюис, - вот и получил!
– Вы у меня сейчас оба получите...
– Да ладно тебе! Зато мы узнали про Уридуса.
– Да я узнал бы то же самое в любой корчме за кружкой пива!
– А кто тебе мешает? Почему ты здесь до сих пор да еще всякую дрянь глотаешь?
– Знаешь что, Лью!..
Им было весело. Они смеялись, все еще полагая, что попали всего лишь в игру, в
которой правила устанавливают сами.
В корчме, за кружкой пива им рассказали, что Врата Бессмертия находятся далеко, в
Львиных горах, там есть ущелье Грома, вот в него-то и надо попасть, если, конечно, у них
есть пропускная грамота.
– А кому дают?
– наивно распахнув свои голубые глаза, спросил Рыжий.
– 325 -
– Тебе дадут, - ответили ему пьяные собеседники, - тебе, - они кивнули на Льюиса, -
тоже...
– а тебе вряд ли, - сказали они Кондору.
– Почему?
– удивился он.
– Они-то львы, а ты нет.
Вообще-то, он был лев, самый что ни на есть золотой, но судили славные
собутыльники чисто по внешним признакам. Черноглазый, узколицый Кондор слишком
походил на их сородича из Нерафа.
– А нам никак нельзя?
– поинтересовался он, изображая огорчение.
– Говорят, среди наших тоже есть достойные, - ответили ему насмешливо, - но это
знает только Уридус, вечная ему жизнь... и чирий на задницу... Да ты не переживай,
парень. В сырой землице спокойно, никто не пристает! Все туда ляжем места хватит. И
грамота не нужна! Охота была вечно небо коптить! Давай лучше выпьем.
– А если смерти нет?
– спросил Льюис на всякий случай.
– Как это нет?
– заржали собутыльники, - во дурной! Ты что, покойников никогда не
видел?
– А что!, - перебил всех один тощий парень, - я когда с крыши упал, то смотрю на себя
сверху, вижу - лежу на траве, и жена рядом бегает. Кричит чего-то. А я-то лежу. И сверху на
себя смотрю.
В ответ был только хохот.
– Все! Этому не наливать больше!
Герц хохотал вместе с ними. Льюису было весело. Только Кондор оставался
серьезным, его вообще трудно было сбить с толку.
– У нас не так много времени, - напомнил он, - кончайте пьянствовать.
– Завидует, - кивнул Герц, - ему вечной жизни не положено! На-ка лучше, глотни с
горя!
Льюис понял, что бравого шеорского царя не остановишь. Он взял его под один
локоть, Кондор - под другой. Так им удалось вывести его на чистый воздух.
– Да я не пьян совсем, - уверял Герц, - что мне будет с пива-то? Придуряюсь больше.
– Оно и видно.
– А веселые ребята, правда? Смерти не боятся!
– Боятся, - сказал Кондор серьезно, - потому и пьют.
Вообще, город Благорадостный не производил впечатления счастливого. Бедные
переселенцы, изгнанные с родины ледниками, уныло обживали чужие земли и готовились
к смерти, вечной и страшной темноте в холодной могиле. У них отняли родину, отняли
веру, отняли надежду, отняли чувство единения с этим миром, с этой живой и разумной
вселенной, где ничего не происходит просто так, случайно и зря. Даже дома их были
построены одинаково, скучно, без души.
Нерафяне завидовали золотым львам. Но тех тоже обманули. Вместо вечной жизни
подсунули вечное пребывание в одной ее стадии, в телесном воплощении, которое рано
или поздно себя исчерпывает, и наступает та же скука и пустота. Эту пустоту Льюис видел
в глазах Ибрагора.
– Не будем терять времени, - сказал он, - в столице нам делать нечего. Прыгаем сразу в
ущелье Грома.
***********************************************
Дорога к ущелью была хорошо утоптана. Тысячи золотых львов прошли по ней туда-
обратно много раз. Пока еще Врата Вечной Жизни выпускали своих пленников, не
подозревающих о том, что они пленники.
Дождь кончился. Солнце позолотило осеннюю листву. Внизу, огибая разноцветные
валуны, текла быстрая речушка, в нее скатывались тонкие струйки водопадов. Красота
была просто волшебная.
Потом впереди показалась черная, словно закопченная конструкция, шпилем
устремленная не вверх, а в бок. Скоро стало очевидно, что это космический корабль,
– 326 -
неудачно или аварийно приземлившийся на крутой склон. Близко подойти к нему не
удалось. Запретная территория была обнесена частоколом и охранялась, а пропускных
грамот у гостей из будущего не было. Они спрятались в кустарнике по другую сторону
речушки.
– Ну, все ясно, - сказал Герц бодро, - кто-то плюхнулся в ущелье и наводит тут свои
порядки.
Собственно, этого и следовало ожидать. Не могли древние васки управлять временем,
они даже электричества не знали.
– Кто?
– задумался Льюис, - лаклоты, ивринги или еще кто-то?
Герц пожал плечами.
– Зачем лаклотам, которые облетели всю вселенную, губить каких-то золотых львов?
–
с сомнением сказал он, - не мелковато ли при таких масштабах? Ивринги больше подходят,
время - это по их части... но так мелочиться?
– Пойми, - взглянул на него Кондор, - среди них тоже могут быть Оборотни. Если
верить словам Эрибута, они были и лаклотами, и иврингами, и черт знает кем еще за
миллионы лет. Они существуют в любых доступных формах.
– Ага. И пакостят.
– Выживают.
Льюис смотрел за частокол. Охрана явно была местного происхождения, вооруженная
мечами и луками. Жили они в домах-сарайчиках, готовили пищу на костре, одеты были в
кожу и шкуры. А охраняли, по всей видимости, два черных столба, врытых в землю на
расстоянии двух метров друг от друга. Столбы чисто символически отделяли границу этого
времени от параллельного. Сами же ворота наверняка создавались полями звездолета, не