Чтение онлайн

нравилось.

– Какое-то странное у тебя поздравление, Одиль.

– Другого не будет!
– заявила она, - ты говорил, что хочешь жить со мной. А сам

привел в дом эту старую жрицу! И посмотри, что она сделала с твоим домом!

Он, конечно, не ожидал, что эта пигалица будет настаивать на каких-то правах да еще в

такой невежливой форме.

– Ты в своем уме, детка?
– спросил он удивленно.

– В своем!
– вспыхнула она, - и я тебе не детка!

– Да? А кто же ты?

– Я?!

Ему вдруг стало не по себе от ее разгневанного, пылающего возмущением взгляда.

– Я - единственная женщина, которая тебя любит по-настоящему!

– Что?

– Женись-женись на этой старой колдунье! Все равно никакого житья у тебя с ней не

будет!

С этими словами Одиль развернулась и выбежала из зала, тонкая, неуклюжая, вся

какая-то изломанная в своих порывистых движениях. Черное узкое платье только

подчеркивало это.

– Ну что?
– подошел к нему Ольгерд, - получил поздравление?

– Да-а, - покачал головой Руэрто, - полная каша у нее в голове!

– Заметил наконец?

– Ей очень хочется поиграть во взрослую женщину. И раздуть трагедию из пустяка.

Пятилетний ребенок мечтает о взрослых страстях. Надеюсь, у нее это скоро пройдет.

– Думаешь?
– усмехнулся Ольгерд, - а я уже не надеюсь.

Пора было садиться к столу, но главные гости еще не явились. Гева периодически

выходила встречать своих васков в сад, но они что-то не торопились.

Руэрто снова огляделся: не снится ли ему все это? Неужели это его свадьба? Люстры

горели ярко, цветов было море. Гости, нарядные и довольные, все чаще поглядывали на

стол.

Конс что-то втолковывал Лецию. Тот, разумеется, не мог с ним согласиться и качал

головой. Кера о чем-то расспрашивал близнецов Герца, Антик танцевал с Флоренсией, а

Эдгар - со своей очаровательной блондинкой в голубом платье. Аггерцед восседал на своем

же подарке - бочке шеорского пива - и вдохновенно что-то рассказывал Фальгу. Черный

биолог увлеченно слушал, выпучив свои желтые глазищи.

Анастелла стояла с Льюисом в тихом уголке между статуй. Руэрто поначалу даже не

узнал ее. Девочка-одуванчик превратилась во взрослую, скучноватую женщину с

отсутствующим взглядом. Даже платье на ней было какое-то скучное. Правда, Льюис,

похоже, так не считал. Он пригласил ее танцевать и обнял очень нежно.

Все это было давным-давно: зависть к чужой любви, желание что-то доказать,

страстный поцелуй ее невинных губ, потом страх, что это может быть серьезно и навсегда.

А потом необъяснимое, почти животное чувство к Оливии, которое затмило ему все.

Анастелле не повезло. Мать и тут помешала ему жениться.

«Неужели я все-таки женюсь?» - снова удивился он, - «и она мне помешать уже не

сможет! А если она и захочет это сделать, то ей придется иметь дело с Гевой. Это ей не

бедная служанка и не хрупкая Анастелла. Это старшая жрица Термиры!»

Любимая жена наконец появилась. Она вошла в зал из сада в сопровождении своих

васков. Те все-таки прибыли на праздник из своего зазеркалья, несмотря на все трудности

– 169 -

перехода. Их ждали, и ждали с волнением: все-таки бывшие хозяева планеты! Золотые

львы! И вот свершилось.

Руэрто направился к дверям. Леций тоже.

Золотых львов было двое. Величавые, высокие, в длинных золотых одеждах и в

горячем «белом солнце», они явно знали себе цену. Прыгуны были им в лучшем случае

ровней. Прыгунам и правда таких гостей принимать еще не приходилось.

– Это мой супруг, - по-аппирски сказала Гева, - Руэрто Нрис Индендра. А это - наш

правитель, Леций Лакон Индендра.

Васки, видимо, сразу оценили энергетический потенциал обоих и удовлетворенно

кивнули.

– Я Ибрагор Справедливый, - представился белобородый, - правитель васков. Рад

встрече с нашими потомками.

– Вы говорите по-аппирски, - заметил Леций.

– Это не сложно. Мы наблюдаем за вами давно.

Руэрто не знал, как Леций сей возмутительный факт проглотил, но раз он пошел на

контакт, то со многим уже смирился. Васки существовали, они не вымерли, а только

попали во временной тупик. Отмахиваться от этого было бессмысленно.

– Я Истас Златогривый, - сказал второй лев, рыжебородый и кучерявый, -

телохранитель правителя.

– Прошу, - Руэрто показал рукой на стол, - мы ждали только вас.

– Что ж, - улыбнулся белобородый, - мы с удовольствием выпьем за счастье нашей

прекрасной Гевы.

Гости стали рассаживаться, каждому было приготовлено свое место. Васки сидели

справа от невесты, Леций с Ингердой - слева от жениха. Ольгерд же со своей строптивой

дочерью оказался в противоположном конце стола. Даже оттуда долетали ее испепеляющие

взгляды.

– Я устала от нее, - наконец шепнула ему Гева.

– От кого?

– От этой уродинки со злыми глазами.

– Это ребенок, которому всего пять лет, Гева.

– И который бросает на тебя такие жадные взгляды! Да если бы любая моя жрица

посмотрела на тебя так хоть раз, знаешь, чтобы я с ней сделала?

– Говорю же, это всего лишь великорослое дитя. Не обращай внимания, дорогая.

Жена оказалась еще ревнивее, чем он предполагал. Впрочем, это совершенно его не

огорчало. Он поцеловал ее в висок и продолжил светскую беседу с Ибрагором. Все шло

своим чередом: тосты, шутки, подача новых блюд, особенно блистал Герц, понабравшись у

своих рургов и дуплогов застольных изречений.

А потом случилось нечто непредвиденное. Позолоченные двери распахнулись. Из них

появилась и нагло прошла прямо к столу высокая дама в белом брючном костюме. В руках