Дороги Малого Льва
Шрифт:
у нее была большая коробка с тортом. В полной, изумленной тишине она ослепительно
улыбнулась.
– Я не опоздала?
Этот пижон Грэф был так самоуверен, что посмел явиться на свадьбу! Руэрто его не
приглашал и еще сто лет бы не видел... но высоким гостям ни к чему было
демонстрировать местные склоки в первую же встречу. Леций под столом наступил ему на
ногу. Пришлось скорчить вежливую мину.
– Вы, как всегда, оригинальны, мадам Рохини.
– Разве я могла пропустить такое действо! И разве я могла не преподнести твоей жене
скромный подарочек?
Он ненавидел Грэфа, даже не понимая толком, за что. За то, что тот использовал Сию
в своих интригах, за то что был любовником его Оливии, за то что потом самолично убил
ее, а теперь влез в точно такое же тело и сам как будто стал ею. У Руэрто вдруг мурашки
пробежали по спине, ему показалось, что это все-таки Сия явилась к нему на свадьбу,
– 170 -
чтобы все испортить. Он не мог спокойно видеть это лицо, эти торфяные омуты глаз и эти
крутые брови над ними.
– Вообще-то не помню, чтобы я тебя приглашал, - сказал он с неприязнью.
– О!
– довольно улыбнулся Грэф, - ко мне вы тоже однажды явились без приглашения.
Это ответный визит. У вас ведь так принято?
Возразить было нечего. Явились к нему без приглашения. Жаль, что не убили.
Ибрагор почему-то поднялся. Гева тоже. На лицах у них было не только изумление, но
и ненависть.
– Как?!
– вымолвил правитель васков, - и она здесь? Вы в союзе с этой женщиной,
безумцы?!
– Что такое?
– уставился на него Грэф, - меня опять с кем-то путают?
– Мы слишком хорошо ее знаем, - сказала Гева, - это царица Нормаах, та, что погубила
наш народ!
– Да ты что, голубушка? Сейчас какой век на дворе?
– Прекрати, Нормаах! Или ты забыла меня? Я то тебя прекрасно помню!
– Это не царица, - Руэрто взял жену за руку, - это один... одна авантюристка, которую
мы давно знаем. Я потом тебе объясню.
– Везет же мне! - усмехнулся Грэф, - то за Сию принимают, то за царицу! Я не
собираюсь отвечать за чужие грехи, нет уж, извините!
– Тогда вы просто копия царицы, - хмуро сказал Ибрагор.
– Разумеется, копия. И у меня таких еще восемнадцать штук в лаборатории. Тело - это
только скафандр, не правда ли?
– Шокировать ты умеешь, - сказал Леций в полной и напряженной тишине, - а у нас и
без тебя хватает сюрпризов. Надеюсь, это последний?
– Я никого не собиралась шокировать, - ослепительно улыбнулась мадам Рохини, -
просто хотела вручить подарок невесте. От всего сердца!
Качая бедрами, она подошла к Геве. Та стояла, все еще глядя на незваную гостью с
великим подозрением.
– Я хочу, чтобы этот день вам запомнился, моя дорогая. Вы любите растения, не так
ли?
Гева несколько смягчилась. Она любила растения.
– И любите цветы, - продолжил Грэф вдохновенно, - все женщины любят цветы. Я без
букета только потому, что мой букет в этой коробке. Надеюсь, он вам понравится. Эй!
Погасите свет!
Новые служанки Гевы послушались его безоговорочно. Руэрто решил строго
объяснить им потом, кто в доме хозяин. Но свет уже погас. И коробка для торта
раскрылась.
Дальше оставалось только ахнуть. По залу разлилось волшебство! Это было не перо
Жар-птицы, это было целое маленькое деревце из Сияющей рощи, оно светилось и
переливалось всеми цветами радуги, как будто дышало светом.
Потрясенная Гева взяла деревце в свои руки.
– Оно... живое?
– Конечно.
– Но это невозможно!
– Для меня нет ничего невозможного, дорогая Гева. Особенно, когда дело касается
красивой женщины...
Пижоном был, пижоном и остался! Шокировать он никого не хотел! Как же!
– Спасибо, мадам Рохини! Я посажу его в зимнем саду.
Руэрто встал и самолично включил свет. Тогда он увидел потрясенные лица остальных
женщин. Мужчины же были просто уничтожены! Прыгуны редко чего не могли достать, но
планету с Сияющей рощей они так и не нашли. Грэф сделал свое черное дело - восхитил
женщин и раздразнил мужчин. За этим, видно, и явился.
Древние гости были потрясены не меньше.
– 171 -
– Я давно живу на свете, - сказал Ибрагор, - но такого еще не видел. Где растет сие
дивное дерево?
– Далеко, - усмехнулся Грэф, - очень далеко.
– Мадам Прыгунья?
– Могу и это, - небрежно и кокетливо пожал он плечиком.
После такого подарка выгонять его было уже просто неприлично. Гева велела
принести гостье стул.
Грэф с видом победителя сел между Льюисом и Одиль. Льюис был доволен, а Одиль,
судя по синему пламени вокруг нее, возмущена до предела. И она была, кажется,
единственной женщиной, у которой этот тип не вызвал восторга.
*************************************************
– Па, почему ты такой хмурый?
– спросил Льюис виновато, - из-за Грэфа что ли?
– Ну что ты, - грустно посмотрел на него Ольгерд, - пусть выделывается, сколько хочет.
– Он очень хотел познакомиться с васками, а его никто не пригласил.
– С какой стати его приглашать?
– Хотя бы с той, что он сам васк. И озабочен их судьбой.
– Да-да, помню, - Ольгерд кивнул, - хотел поселить их на Пьелле, а нас уничтожить в
Магусте.
– Это было раньше.
– Конечно. Теперь он придумает для них что-нибудь другое.
– Но их ведь надо спасать из этого Тупика.
– Зачем? Они там, как я понял, бессмертны.
– Ничего ты не понял, папа, - с отчаянием сказал Льюис, - ты думаешь все время о
чем-то своем.
– Да?
– Ты хоть замечаешь, что происходит? Праздник у нас, всем весело. И все женятся: и
Руэрто, и Эдгар.
– Да-да, - вздохнул Ольгерд, - все женятся... надеюсь, ты еще не собрался?