Чтение онлайн

– Да меня и второе касается. Или третье? Про девочку – какой это номер?

– Второй. Отвечать сейчас не обязательно, но когда-нибудь придется.

– А вдруг тебе не понравится ответ? – Я скосила голову. – Что тогда?

– Ли-ин. – Как тогда, на постоялом дворе, Марек присел передо мной на корточки. – Ты представляешь, какая это сумасшедшая сила – искренность? Когда ты можешь говорить обо всем, зная, что тебя поймут?

– Но эта же сила больно бьет… в случае лжи?

– Очень, – серьезно подтвердил Марек. – Но иначе ничего не получится. Точнее, получится драконы знают что. Лин, я примерно знаю, кто ты и что ты. Я могу представить, каково тебе сейчас. Я твой друг. Что бы ни случилось.

– Примерно? Он улыбнулся.

– Точнее, чем ты думаешь. Держи, – он протянул мне ключ из белого металла. – Комнаты рядом с моими. В отличие от Квентина, у тебя будет собственная ванная. Первый урок завтра во внутреннем дворе, с десятым ударом колокола. Погоняй их часа два.

– Договорились, – кивнула я. – Только… еще одно. Посоветуй, чем занять голову? Чтобы, – я махнула рукой на ограду вдали, – этого в ней не было.

– А ты садись на берег и попробуй докинуть камешек вон до того дерева, – он указал на противоположный берег реки, где тянулась к воде ива. – Справишься?

– Раз плюнуть, – ошарашенно пробормотала я. – Подумаешь, сорок метров!

– Меньше. Не суть. Представляешь, поднимет на тебя руку маг, а ты его по запястью камешком?

– Может быть, сразу запастись арбалетом? Чтобы наверняка?

– Заметит, – Марек покачал головой. – И поставит огненный щит. А вот камешек – очень даже.

Следующий день прошел словно во сне. И шутки на занятии, и темная резная кровать с белоснежными подушками, и медные трубы в ванной. В голове по-прежнему было пусто, но время от времени по телу прокатывалась теплая волна. Будто частичка меня бесстрастно сообщала: твоя, жизнь, Лин, изменилась к лучшему. Прими к сведению, пожалуйста.

Я и приняла. Но что-то мешало считать Галавер, новую комнату и новую должность своими. Все казалось временным, как долгий отдых. Как школьные каникулы.

Я размахнулась и закинула камешек далеко в реку. Значит, скоро что-нибудь изменится. А пока поиграем в блинчики на воде.

У реки, под тополями, невысокий холмик и ложбинка образовали нишу, в которой я и устроилась. Ива на другом берегу оставалась недостижимой целью, но дважды мне удалось потревожить соседние с ней кусты. О том, что плоские камешки у воды грозили закончиться, а число блинчиков-подпрыгиваний увеличилось с шести до восьми, я решила Мареку не рассказывать.

– Развлекаешься? – раздался голос сверху.

– Так легче не думается, – отозвалась я. – Квентин, это ты?

– Его бледная тень, – Квентин обошел холмик, уселся рядом, и в воде зарябило его отражение. – Марек тебя тоже до седьмого огня гоняет?

– И не думает, – я обернулась к нему. – Со вчерашнего дня его не видела. Он обещал интересное расследование, но, похоже, решил ни с кем не делиться.

– Какое?

– Не спрашивай: я даже имен не знаю. Два трупа, золото не тронули. Лучше расскажи, чему ты учишься у Эйлин.

Квентин глубоко вздохнул.

– Ну…

К тому времени, как он закончил рассказывать, я построила на краю берега пирамиду из плоских камешков. Желтоватая вода плескалась в нижних ярусах.

– …И мы все умрем? – спросила я.

– Ты когда-нибудь в этом сомневалась?

– Если честно, – я задумалась на секунду, – то да. Помнишь, как мы сидели у костра?

– Смерти не было, – Квентин кивнул. – Но Эйлин считает иначе. Я сегодня все утро думал: правда это о высокой воде или преувеличение, чтобы подхлестнуть нерадивых студентов? Но легенды, де Верг, та женщина в дилижансе – все говорят одно и то же.

– Ты так странно произнес его имя… С Анри что-то не так?

– Мы чуть не поубивали друг друга, – Квентин дернул плечом. – Такое не забывается. Я не хочу сейчас о нем говорить, хорошо?

– М-мм. – Я аккуратно толкнула пирамидку левой пяткой. Верхушка плавно съехала в реку, образовав прямую дорожку под водой.

– Представляешь затопленный Галавер?

– Ничего не представляю, – я покачала головой. – Помнишь, как ты рассказывал мне о новой картине мира? Некоторые события в нее просто не вставить. Так и остается часть холста незакрашенной.

Квентин опустил взгляд. Быстро обнял меня за плечи – и быстро отстранился.

– Да нет, я знаю, что мне повезло, – через силу улыбнулась я. – Фехтовать, разгадывать тайны, быть в центре событий, среди новых друзей… Кто его знает, может, даже удастся спасти мир раз-другой.

– Было бы неплохо, – улыбнулся Квентин.

– Вот-вот. Но это же не то! Не здесь, не сейчас и не так! С какого перепугу Корлину понадобилось заезжать в Темь? Почему ты маг, а я нет?

Последняя фраза вырвалась криком.

– Я не… – Квентин осекся. – Не знаю. Не могу сказать.

– Еще бы ты мог, – пробормотала я и тут же устыдилась. – Извини.

– Я бы хотел родиться сто лет назад. В другом времени. В другой жизни. Не всегда получаешь то, что хочешь. – Квентин коснулся моего рукава, указывая на крякв невдалеке. – Пойдем к уткам подкрадемся? Те две сидят у самого берега.

Утка с селезнем действительно грелись на воде у невысокой травы, поджав головы. На лице Квентина сиял неподдельный интерес, и мне расхотелось думать о воротах.

– Дремлют, – прошептала я. – Чур, не будить!

Мягко пружиня по траве, мы двинулись в сторону сонной парочки. Из-за облака вышло солнце, вода заискрилась, но тем двоим все было нипочем. Я уже начала надеяться, что история с ежом не повторится, но, когда до них оставалось три шага, утки снялись с места. Селезень негодующе потряс хвостом, и я скоро поняла причину его возмущения: под водой в ряд стояли бревна, на которых те спали.

– Лентяи! – ахнула я. – Хорошо устроились!

С безопасного расстояния требовательно крякнула утка.

– Увы, – развел руками Квентин. – Хлеба нет.

– Ну вот, согнали их с насиженного места. – Я сделала шаг назад. Утки, покружив по воде, вернулись, но мы уже не подходили ближе.

– Как школяры в Галавере, – проговорил Квентин. – Жить в комнате с соседом, бродить по городу, гулять с друзьями, время от времени забегать на занятия. Все равны, все свои. Беззаботные, едят и развлекаются вволю, учатся в меру. И они же – часть целого, будущее ордена. Я им завидую.

– Уткам?

– Да и уткам тоже… – пробормотал Квентин, наблюдая, как одна из них, шумно хлопая крыльями, пронеслась над водой.