Чтение онлайн

– Не женщина, а ходячий контраст, – прокомментировал Берроуз.

– Тебе что-то не нравится?

– Напротив, – он поморщился, пригубив джмерг. – Холодный.

– Что холодный, что горячий, как по мне – никакой разницы. Горькая дрянь.

– Ты сейчас говоришь о моих вкусах.

– Со вкусами у тебя все в порядке. А вот горечь отлично скрывает всякие яды.

Берроуз перестал быть расслабленным, мгновенно превращаясь в жесткого дракона, которого она уже видела на пикнике.

– Так что можешь вылить остатки в цветок и налить себе новый. Там встроенный подогревающий артефакт, а горничным я скажу, что растение засохло из-за солнца.

– Очень смешно.

– Не смешно, – согласилась она. – В моем доме тебе бояться нечего, но я не знаю, кого еще могут к тебе отправить, и зачем.

– Расстроишься, если меня не станет?

– Конечно. Секс с тобой мне очень, очень зашел.

Он хищно посмотрел на нее, а потом отставил чашку в сторону и опрокинул ее на спину прямо на диване. И Амильена не стала сопротивляться.

Максимиллиан Ларо

– Это ваша комната. Располагайтесь. Вы можете обустроить ее как захотите. – Он пропустил Марию Драконову вперед, но та застыла в коридоре, как будто до сих пор не верила, что она на свободе. Женщина похудела и осунулась, и лишь отдаленно напоминала ту Марию, которую Макс знал когда-то, до всего этого дерьма.

– Мам, проходи, – Алина коснулась ее руки.

– В ванной комнате есть все необходимое, – подтвердил Макс. – И даже кое-какая одежда в шкафу, я выбирал по памяти. Завтра мы сможем сходить к модистке, закажете все самое необходимое на первое время. Горничная у меня пока одна, и она не очень расторопная, но вы можете к ней обращаться по любому вопросу…

Договорить он не успел, потому что Мария Драконова разрыдалась и бросилась в комнату. Хлопнула дверь. Они с Алиной остались в коридоре вдвоем, и Макс посмотрел на нее растерянно.

– С ней все будет хорошо, – Алина кивнула. – Просто это ее способ пережить происходящее.

– Хорошо, – согласился Макс.

Последние дни и общение с Ведомством здорово его измотали, но у этого были и свои плюсы. Например, возможность вернуться в Академию. И Алина. Алина, которой больше ничего не угрожает… до тех пор, пока он будет сотрудничать с ВНР и предоставлять им информацию о тех, кто, по его мнению, не поддерживает власть Фергана. Или поддерживает тех, кто не поддерживает Фергана, и все такое прочее.

– У нас много агентов в Академии, – сообщили ему, – поэтому мы сразу узнаем, если вы о чем-то захотите умолчать, Максимиллиан, или намеренно исказить факты. В ваших же интересах так не делать. Алина и Мария Драконовы теперь непосредственно под вашей ответственностью, за них и их действия вы тоже отвечаете, как за свои.

– Не знаю, как ты это сделал, но спасибо, – Алина коснулась его руки, и Макс вернулся в реальность. – Серьезно, спасибо.

Он кивнул.

– Твоя комната дальше по коридору. Пойдем, я покажу.

– Моя? – Алина приподняла брови.

Макс вопросительно посмотрел на нее.

– Я думала… ну…

Он продолжал на нее смотреть, когда Алина наконец выпалила:

– Я думала, что мы будем спать вместе, Ларо!

То ли из-за переутомления, то ли из-за напряжения, то ли из-за всего вместе взятого за последний год, логическая цепочка в голове отказывалась складываться. Макс уставился на нее, пытаясь понять, что это только что было.

– Ты меня бросила, – напомнил он.

– Я думала, что это плата за то, что ты нас вытащил.

Макс не ответил, просто махнул рукой и пошел дальше по коридору. Алина бросилась за ним.

– Постой! Прости, я не это хотела сказать… я не о том, что с тобой можно спать только из благодарности… или по принуждению…

– Алина, лучше молчи, – попросил он.

– Макс, я правда не это хотела сказать, – она дотронулась до его плеча, – пожалуйста, прости.

– Неважно.

– Важно. Для меня это важно. Ты действительно нас спас, когда все остальные от нас отвернулись. Ты считаешь, это неважным?

– Я сделал это не ради благодарности и уж тем более, – он усмехнулся, – не для того, чтобы ты со мной спала.

– Я же попросила прощения! – топнула ногой Алина.

– Твоя комната, – он распахнул дверь. – Все то же самое, что я сказал твоей матери, актуально и для тебя.

Она вздохнула.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Он вернулся к себе, упал поверх покрывала и закинул руки за голову. Ближайшие дни – выходные, потом они смогут вернуться в Академию. Надо будет купить все самое необходимое, и…

– С вами хотят переговорить, Максимиллиан, – сообщил виритт, и он ответил:

– Да. Разумеется.

Совершенно не удивившись тому, что вызов из Ведомства, Макс набросил Cubrire Silencial и сел на постели.

– К началу новой учебной недели ждем от вас отчет, – сообщил все тот же мужчина, который приходил к нему поговорить лично. У них эта должность называлась «куратор» агента, по крайней мере, именно так он сам представился.

«Я буду вашим куратором».

Он же рассказал, что отчеты должны быть еженедельными, в них нужно будет отражать абсолютно все по списку, который Макс уже изучил от и до. Поэтому сейчас он искренне удивился:

– Отчет? Но я еще не был в Академии…

– Вы пригласили домой Алину и Марию Драконовых. Нам нужно знать, что они делают, о чем говорят, в идеале даже о чем думают. И еще. Завтра вам привезут посылку, изучите ее внимательно, зададите все необходимые вопросы. До связи.

Он отключился раньше, чем Макс успел спросить, когда ждать доставку, что в ней будет. Что в этой посылке такого важного, что они озаботились ей даже в день помолвки Фергана. А впрочем, возможно, это было и к лучшему – что разговор оказался недолгим, потому что усталость накрыла его всей своей тяжестью. Усталость и ощущение, что он вместо того, чтобы поступить правильно, сделал только хуже.

Это была последняя мысль перед тем, как он, не раздеваясь, провалился в сон.

Нэвьери Драгон

С того дня, как она в последний раз видела Люциана, прошла, кажется, целая вечность. Если раньше каждый день для нее начинался с того, что она бежала к окну, потом умываться, потом к ней приходили, чтобы помочь ей привести себя в порядок, то сейчас все было практически так же, за исключением одной маленькой детали.

Нэвьери ждала новостей и боялась их. Напрямую о Люциане говорить было нельзя, его имя – имя предателя (ведь как известно, в Даррании «Предавший да лишится истории»), было под запретом не только у горничных, но даже у нее. Ни разу за все время отец не пожелал с ней увидеться или поговорить, за исключением приема, на котором сегодня объявит Брильис своей будущей супругой. Нэв сообщили, что она будет на нем присутствовать.