Чтение онлайн

Да чтоб вас всех! Кричать хочется, а не могу. И духи под сердцем не отвечают, и шрапнель не работает, и вообще что–то не то с моим телом, слишком я… пустой?! Во мне ничего нет. Лечу призраком, проносясь сквозь стоящий сбоку стул. А точнее он через меня проходит.

Позади гогочет тварь, её мерзкий смех стремительно надвигается! Оборачиваюсь, а там черноволосая девка бледная и страшная в платье вуалевом, которое ничего и не скрывает. Сиськи тряпками висят до пупа, ляжки дряблые изъедены ямами, на лобке волос, что косички плети. Ноги от земли оторвала, поджав, как лягушка, и за мной полетела, будто сильный ветер её подгоняет.

Да отвали ты!

— Ма… ра… ма… ра! — Хрипит и приближается.

Сквозь стену пролетаю, выскакивая на балконный переход, по которому бегу уже без оглядки. Ах, да, не бегу, а лечу! Уже и ноги не работают, тоже тряпками висят. И получается, на честном слове я передвигаюсь силой мысли. Первобытный страх гонит от этой страшной бабы!! От смеха её, доносящегося издали, мурашки катаются по воображаемой шкуре.

Чую, нагоняет! И прыгаю вниз. Привычного и уверенного полёта со страховкой нет. Я просто падаю, сердце ухает, подбавляя адреналина. Оказавшись на небольшой площади, несусь дальше к углу здания, чтоб поскорее скрыться из виду. Справа потемневший дворец, где свет горит лишь из одного окна, в котором стоит мой клон и наблюдает за мной.

Скрываюсь поскорее за зданием. А там уже ждёт меня мой же труп с мечом в груди по самую рукоять. Подождите, а как он нагрудник Разлома так легко проткнул?!

От этой мысли меня словно током шибануло. А точнее осенило… идиота. Я ж сплю! Всё это лишь страшный сон, кошмар! Позади надвигается смех страшной бабы. Но он уже так не будоражит. Оборачиваюсь, чувствуя твердь под ногами и силу в руках. А тварь в вуали в десяти метрах стоит и скалится, рассматривая меня с интересом.

— Ну? Что дальше, красавица? — Говорю. И ведь удаётся сказать даже во сне.

— Я Ма… ра, — хрипит. — От меня не уйдёшь!!

Шёпот перерастает в крик. И тварь срываясь резко с места, несётся на меня призраком. Но я больше не отступаю, а мужественно принимаю удар.

Заполняя собой всё пространство, зелёная волна захлёстывает меня с головой. Сердце ухает в очередной раз, словно холодной водой окатило. Вскакиваю с постели, пробудившись. Через окно пробивается бледный свет, предзнаменовывающий восход. Какой же реалистичный кошмар мне приснился. И ведь не сразу это осознал.

Крик протяжный раздаётся! Да вы издеваетесь?!

А нет, не со двора. С коридора через открытую дверь донеслось. К духам взываю — отвечают с недоумением. Спали? Все спали, вот чёрт. Подскочив с кровати, спешу в коридор. А там бойцы склонились над лежащим на полу Ильёй.

— Он сам, он сам, — повторяет, как полоумный ещё один мой хлопец, сидящий рядом с руками по локти в крови.

Подскакиваю, мужики шарахаются от меня, как он монстра. Смотрят перепугано, будто это я его убил.

— Уходить надо, — воет командир. — Мне такое снилось!

— И мне!

— И мне…

— Так, замолчали все, — рычу.

На Илью смотрю с перерезанным горлом, трогаю пульс, а он уже холодный. Всё–таки расшатала эта Мара одного. Горло перерезано, как я видел во сне. Вот и «минус один», как в истории по десять негритят.

В проёме в начале коридора служанка появилась с двумя деревянными вёдрами. Встала столбом и смотрит впалыми глазами ошалело, не решаясь подойти к нам.

— Граф где? — Киваю ей.

Молчит, вижу, как потряхивает девку.

Удаётся найти Тихослава довольно быстро. Он со всем семейством преспокойно завтракает во вчерашнем зале. Вообще все сидят, как ни в чём не бывало.

— Ваше величество! — Восклицает радостно, подрываясь из–за стола. Поднимаются и другие.

Прошагав спешно до стола к графу, готов его прямо сейчас придушить. И даже не за смерть бойца, а просто за улыбающуюся рожу.

— Рассказывай, Тихослав. Как обещал, всё рассказывай, — требую и вижу, как меняются лица присутствующих. Они будто опомнились, от улыбок не остаётся и следа.

— Моя несчастная Совушка! — Восклицает сразу Варвара и начинает рыдать. — Верните мою дочь!

— Успокойся, только не в это прекрасное утро, и ни при таком дорогом госте, — выпалил ворчливо дедок.

На вид все сейчас более или менее адекватные. Но всё равно такое впечатление, будто вчера меня встречали совершенно другие люди. И они явно не помнят, что было вечером. Только синяк на лбу графини говорит о том, что она об стол приложилась. Если присмотреться при утреннем свете, щедро бьющим из окон, все они какие–то покоцанные. Даже дети, которые сейчас смотрят на меня щенячьи.

— Вы о чём? — Выпалил граф и чуть от меня не выхватил.

— А ну пошли, голубчик, — взял его под руку и потащил через арку на балконный переход. Придурок даже попытался сопротивляться поначалу. А жена что–то там вякнуть, но вмешалась родня. Там и трое моих бойцов подгребли, оставив двоих с телом товарища возиться.

Графа к перилам подвёл и встал перед ним, чтоб никуда не убежал.

— Разговор наш помнишь? — Наседаю. — Рассказывай, что за проклятье, и почему вы все с ума вечером сходите? А утром совершенно другие люди.

Глазки у того забегали.

— На меня смотри, — хватаю за грудки.

— Скоро Она сил наберётся и снова будет мучить нас, — заблеял.

— Про дочку забыл уже? — Корю. — Похоже, твоё письмо с мольбами о помощи писал кто–то другой.

— Я…я писал. Но уже нет надобности искать. Все видели её мёртвой, значит, так и есть, — выдал.

— Во сне? — Уточняю.

— Да. И коль так — Она забрала…

— Она — это кто? Мара?! — Пытаю, и подмывает подзатыльник залепить взрослому дядьке, который, услышав это имя, затрясся, как мокрый щенок на ветру.

— М… м… — кивает, а выговорить поначалу не может. — Мара.

— А теперь выкладывай всё, что знаешь. И, скотина, даже не думай утаивать. Я уже потерял человека за эту ночь. А был бы предупреждён…

— Потеряли бы больше, — перебил граф сварливо, но дальше уже чувственно: — сейчас, сейчас, мне только прийти в себя. Наши сны перепутались с явью, мы научились понимать и отличать быль. Но порой, Мара находит новые ловушки для нас, она очень хитрая и изобретательная, ухищряется, как может.