Чтение онлайн

— Конечно, — усмехнулся я.

Ловким и точным ударом Сашка срубила верхушку без особых усилий. И рассмеялась счастливо, как ребёнок.

— Вот это меч! Всем мечам меч! — Заахала и мне уже с дикой жадностью в глазах: — говори, что за него хочешь? Любую цену назови.

— Он не продаётся, сестрица, — обрубил сразу.

— Да какая она тебе сестрица, — возмутился рыжий, подступаясь.

— Накупался уже, братец? — Поиздевался я в ответ.

— А ну–ка дай, — протянул тот лапу, и Сашка спокойно ему меч передала. — Был твой, стал мой. Возражения, городской?

Напомнил мне школьного хулигана, который еду у дохлых пацанов отбирал.

— Очеслав, уймись, — возмутился Звенимир. — Прибереги дурь для половских собак. А Ярослава не задирай понапрасну.

— А ты, братец, не лезь, — покривился рыжий и мне кивнул. — Ну что скажешь? Сможешь отобрать?

Княжна смотрит на меня пытливо. Вижу же, что готова вмешаться, если до драки дойдёт. Но самой интересно, как реагировать буду.

— Крепко держишь? — Поинтересовался я спокойно.

— А ты проверь, — провоцирует дальше.

Но я просто призываю его мысленно, используя браслет. Из руки вырывается крайне неожиданно и влетает в мою ладонь.

Все в шоке. Верзила рот раскрыл.

— Ого! — Восклицает Сашка. — Вот это приём так приём!

— Ах ты, зараза! — Рычит Очеслав и на меня идёт, похоже, драться.

— Всё, полно, — придерживает его княжна за локоть. — Проиграл ты, как ни крути. Он же сумел отобрать.

— Ух, баба за тебя впряглась, смотри мне, городской, — фыркнул рыжий и пошёл в кусты плакать. А точнее портки свои стирать.

Белотур вылез из пруда.

— А у меня отберёшь? — Выпалил второй дуралей, потирая ладоши.

— Всё, поигрались детишки и хватит, — бросил я строго и вернул клинок в ножны со стуком.

— Я с тобой ещё не закончил! — Прогремел рыжий из–за кустов.

— И я! — Бросил Белотул и к другу двинул, виляя задом подкаченным в штанах в облипку.

Княжна мотнула головой с укором и обратно присела, локоть на коленку поставила да головушку подпёрла. Глядит на меня изучающе.

— Продай меч, не жмись, — снова заладила.

— Неа.

— Любая цена, только назови.

— У тебя столько нет.

— Я наследница княжества, золото и каменья у меня водятся. Тысячу монет даю, что скажешь?

— Полно, Сашка! — Снова орут верзилы. — Завтра отберём и так подарим!

— Две тысячи золотых и сундук самоцветов в придачу, — продолжает девушка торг, не обращая внимания на своих долбодятлов.

— Не, — стою на своём.

— Тебе такой зачем? — Уговаривает. — В городе размахивать? Я с ним столько дел наворочу. Продай, Ярослав.

— О, ну хоть по имени назвала, уже прогресс, — улыбаюсь.

— Ну хорошо, коль так, — фыркнула, поднялась и тоже пошла в кустики, но не те, где два верзилы милуются.

Звенимир один за костром остался, на меня посмотрел с укором. Дождался, когда Сашка удалится, и зашептал мне воровато:

— Княжна баба умная, но амбиций через край, как у мужика. Если что в голову взбрело, не успокоится.

— Что с ней не так? Зачем в ратники подалась? — Перевожу тему на более мне интересную.

— Хлебнула она горюшка в юности, — начал командир, вздыхая. — Двух братьев потеряла, которых любила беззаветно. А когда половцы впервые за долгое время на нас позарились, она княжичем перед ними предстала, шлемом лицо закрыв, чтоб они не сомневались в стойкости рода княжьего. Поэтому в народе она так и осталась княжичем Сашкой. И все так кличут.

— Понятно. А от волхва ей что нужно?

— А вот это, братец, уже не твоего ума дела, — выдал Звенимир, сразу переменившись.

— Ой, да пожалуйста, — отмахиваюсь.

И думаю, даже если и дожидается их последний мудрец, не факт, что прихоти станет выполнять. Пошлёт куда подальше. Ну а если захочет ликвидировать? На этих идиотов мне плевать. А вот княжну придётся защищать. И теперь вопрос встаёт — я на курорте или всё же ждёт меня нехилая встряска?!

— Чего задумался? — Заворчал командир. — Недоброе замыслил?

— Надоели уже, — фыркнул на него, поднялся и купаться пошёл.

— Ещё один обидчивый попался, — раздалось уже в спину негромкое.

Тёплая летняя ночь, дикая лагуна среди скал, чистая водица, лунный полумрак на фоне потрескивающих угольков — всё располагает расслабить булки. Пусть думают ростовские удальцы о безопасности. Я ж городской неженка, мне париться не надо.

Помню, в какую сторону княжна пошла, иду в противоположную, огибая густой кустарник, где два голубка засели.

— Вон потащился, — шепчутся, меня заметив. — Мыться, небось? А чего ему мыться и так благоухает, как барышня.

— Точно тебе говорю, купаться пошёл, — возрадовался рыжий, когда я, выбрав удобный бережок неподалёку от них, стал скидывать снарягу.

— Хочешь меч стащить? — Охнул белобрысый.

— И меч, и ту вещицу, что его приманивает. Дождёмся, когда нырнёт, да пошарим аккуратно.

И это русские витязи, аж противно стало. Нет, конечно, в семье не без уродов. Но зачем же так подло поступать? Или у них мозги все отшибло из–за обожания своей ненаглядной княжны?

Кстати, вижу её! Аж дух перехватило от такого пикантного зрелища. Она ж полностью разделась! Спасибо Светлячку Морозовой.

Девушка переусердствовала, обойдя пруд по кругу и оказавшись на противоположном берегу прямо напротив меня. Хоть и метрах в сорока, но сразу не заметил её, ибо очень уж тихо стала в воду заходить. Да и кустики камыша поначалу сбили с панталыку.

Вероятно, решив, что мрак скроет наготу, Сашка совершенно не парилась, что кто–то может подсмотреть за ней. Знала бы она, что ночным зрением да ещё с кратной зоркостью я отлично её рассмотрел! Сперва, она погрузилась по пояс, затем и вовсе опустилась в воду по самую шею.

Успел разглядеть треугольник белых волос между ног, оценил женственные и в то же время мощные бёдра, не сильно выпирающий, но тугой бицепс, очень выраженные кубики пресса на узеньком животике, ну и, конечно же, красивую тугую грудь нестандартной формы. Вот не подумал бы, что у такой ловкачки она может быть весьма крупной. Это не свисающие бидоны или торчащие скалы, это холмы, раздавшиеся в диаметре, при том, что соски совсем крохотные. Похоже, она её перематывает, когда в доспехи облачается. Заметны следы перетяжки. Бедные Сашкины сиси!