Чтение онлайн

– Мой собственный десятник убивает подчиненного, чтобы освободить языческого колдуна!
– раздраженно произнес Вещий Лисей.
– Невозможно! Единственная улика против Неро - это плащ. Вспомни, в каком ужасном состоянии мы были после допроса. Можно было забыть что угодно. И если Неро действительно позабыл плащ еще утром, этот плащ мог достаться другому человеку. Например... Кожану! Кожан легко мог присвоить заморскую вещь! Ведь мог?

– Еще как мог, - кивнул Зверко.
– Но тогда... каким образом плащ оказался на середине лестницы? Получается, что Кожаня выходил из камеры наверх?

Князь Лисей вскочил с лавки:

– Правильно! Схватка была не внизу, а на середине лестницы!

Скрипя доспехами, он поспешно приблизился к телу катафракта.

– Посмотри, какая рана в груди Сергиоса! Удар нанесен как бы сверху вниз, под углом, видишь? Вошел под самой ключицей, а погрузился гораздо ниже...

– М-да. Так не проколешь в обычной схватке. Должно быть, убийца сидел верхом на лошади...
– осклабился Зверко.

– Убийца не сидел на лошади. Убийца просто стоял на несколько ступеней выше Сергиоса!
– тонко улыбнулся Лисей.
– Предположим, что зомбированный Кожан, обрубив цепи Плескуна, постучал в дверь. Сергиос спустился, открыл замок ключом. Не заметив неладного, он пропустил Кожана вперед себя на лестницу. Кожан поднялся до середины, а потом... внезапно развернувшись... ударил Сергиоса сверху!
– Князь Лисей резко крутанулся и пробил тонкой рукой воздух, будто проколов невидимого противника шпагой.

– Неглупо, - согласился наследник.

– А потом... Кожан вытер плащом свой окровавленный меч.
– Вещий князь указал на тяжелый и чудовищно длинный клинок ореславской ковки, зажатый в мертвой руке Кожана.

Бросился к лавке, схватил смятый греческий плащ, быстро развернул...

– Так я и думал. Пятна характерные: узкие кровавые полосы расходятся лучами в стороны, звездообразно... Кровь не просочилась из раны... Он правда вытер клинок, Даня.

– Довольно глупая идея: вытирать кровь собственным плащом, усмехнулся наследник.

– Не забывай, что это плащ Неро! Наверное, Кожан сообразил, что греческий плащ на месте преступления скорее запутает следствие...

– Однако... Как можно видеть, Кожаня плоховато протер лезвие, заметил Зверко.
– Весь клинок в кровище.

– Наверное, это уже другая кровь. Кожан дрался еще с кем-то, уже после смерти Сергиоса, - неуверенно произнес Лисей. Он помолчал немного, потом обернул растерянное лицо: - Может быть... убив Сергиоса на лестнице, Кожан снова спустился в камеру, и здесь... Плескун спровоцировал его на самоубийство? Охранник прянул на собственный меч?

– Ага, - кивнул наследник.
– А перед этим сам себе ссадил бровь и вырвал половину бороды. Смешно.

– Значит, Кожана успел ударить Сергиос. Еще на лестнице! И вырвать клок волос из бороды. Видишь, у Сергиоса тоже меч в крови! Все-таки была схватка!

– Предлагаю другой вариант, - серьезно сказал наследник.
– Итак, Кожан внезапно и подло ударил Сергиоса на лестнице. Но после этого сознание Кожана резко прояснилось. Чары почти развеялись, это бывает. Смерть союзника-грека отрезвила моего мужичка, и он ужаснулся. Кинулся обратно в камеру, чтобы честно захомутать Плескуна обратно. А Плескун-то уже освобожден от кандалов! Ведь глупый Кожаня собственноручно обрубил цепи еще до убийства Сергиоса... И вот, вбегая в камеру, Кожаня... напарывается на удар мечом!

– Каким мечом?
– иронично поинтересовался Лисей.
– Откуда у Плескуна меч?

– От верблюда!
– Зверко блеснул желтым взглядом.
– От мертвого Сергиоса. Смотри: после удара бедолага Сергиос скатился вниз по лестнице к самому порогу камеры. Скатился вместе с собственным мечом, который так и остался в ножнах на поясе! Плескун этот меч выхватил - и всадил в Кожана. Понял идею?

– То есть... мертвое тело скатилось под ноги Плескуну раньше, чем Кожан опомнился и спустился по темной лестнице!
– выдохнул потрясенный князь.
– Плескун встретил Кожана во всеоружии... А потом карлик вложил меч, обагренный кровью Кожана, - обратно в мертвую руку Сергиоса!

Князь сжал кулаки и возбужденно прошелся взад-вперед вдоль стены. Резко обернулся:

– Коварный старик! Неужели так тонко рассчитал алгоритм действий?!

– Одного не пойму, - вздохнул Зверко.
– Зачем Плескуну хитрить? Зачем вкладывать меч в руку Сергиоса, как будто это Сергиос убил Кожана? К чему эта инсценировка? Пачкать железки в крови, вкладывать в руки мертвякам... Почему не убежал сразу, не теряя времени?

– Потому что он профессионал, - серьезно сказал князь.
– Мастер наваждений. Он просто не умеет иначе. Это страсть, мания...

– Он мудрил не от хорошей жизни.
– Зверко мотнул головой.
– Плескун что-то скрывал. Почему-то гномик не хочет, чтобы мы знали, как все было на самом деле...

– А все из-за того, что горбуну развязали рот...
– поморщился вещий князь.
– Напрасно Кожан снял с него повязку. Лучше бы пленник просидел весь день голодным...

Он рассеянно подошел к плошке, по-прежнему стоящей в углу. Пожал плечами:

– М-да... Плескун даже не притронулся. Как только ему развязали рот, он стал говорить! Сразу начал свою атаку...

Наследник Зверко, сидевший на лавке у противоположной стены, нехотя поднял голову:

– Что там такое?

– В смысле?

– Ну, в плошке. Что там?

– Еда.

– Я понимаю. Что именно?

– Какая разница.
– Алексиос раздраженно всплеснул руками.
– Каша или щи, откуда я знаю. Бурда какая-то...

– Ну так посмотри, - тихо сказал Данила.
– Раз уж ты там стоишь...

Высокий князь Лисей Вещий поморщился, нагнулся и взял плошку в руки.

Взял - и замер...

– Что?!
– Зверко вскочил на ноги. Лисей не ответил. Так и не разогнувшись, стоит и держит миску с тюремным завтраком.

– По меньшей мере жареные скорпионы. Или драконье сало, - раздраженно пробормотал Зверко, подступая на шаг.
– Ну скажи наконец! Что за еда-то?!

Кажется, князь Лисей немного оттаял. Глаза загадочно блеснули.

– Милый Даня...
– прошептал он.
– Не важно, какая именно еда. Важно, что она... теплая.

– Теплая?!
– Наследник прыгнул вперед, выхватил миску, поспешно погрузил пальцы в темноватое месиво...
– Точно. Даже остыть не успела.

– Хе-хе, - произнес князь, медленно закладывая руки за спину.
– Эту миску не могли принести пять часов назад... Кто-то четвертый был здесь совсем недавно. И принес еду раньше установленного срока!

– Не Плескун, не Сергиос, не Кожаня...
– пробормотал Зверко, машинально облизывая жирные пальцы.

Теперь понятно, зачем Плескун хитрил. Он... скрывал от нас Четвертого.

– Точнее - Четвертую, - поправил Зверко с прежней странной улыбкой.

– Не понял?..

– Девка. Подружка твоего катафракта. Князь Лисей прищелкнул пальцами: