Чтение онлайн

– Ты хочешь сказать, все эти причитания "о мой повелитель!" - это было всерьез? Гм. Знаешь, честно говоря, у меня тоже было странное чувство... что карлик не врет. Не хотел тебе говорить.

– Вот-вот.

– Может быть, он почувствовал, что у тебя на пальце Змеиное Жало? И воспринял это как свидетельство? Решил, что ты и есть Чурила?

– По твоему, он никогда не видел настоящего Чурилу в лицо?

Вещий Лисей вздохнул.

– Знаешь, Дань... я сейчас, наверное, скажу страшную глупость... А что, если никакого Чурилы нет в природе?

– В смысле?

– Все вокруг шумят, что Чурила идет на Русь - а на самом деле никто не идет. Просто у Сварога элементарный расчет: внешняя угроза спровоцирует на разбухание нашу собственную, внутреннюю русскую гадость...

– Ты хочешь сказать, что я - разбух?

– Не обижайся. Давай взглянем трезво. Кто мы такие? Мы нездешние. Мы взялись невесть откуда, из будущего. А что, если мы - это и есть Чурила? Что, если Русь инстинктивно отреагировала на наше вторжение из будущего, создав народную легенду о таинственном чужестранце без лица, который грядет на Русь, чтобы ее завоевать и подчинить себе? Смотри: чужестранец-агрессор весьма силен, хитер и очарователен, он подчиняет себе людей... Не про нас ли сказано? Разве мы не считаем себя на голову выше аборигенов...

– Гм, фигня какая.
– Зверко хотел было сплюнуть, но передумал. Редкая и страшная фигня.

– Пойми, я ничего не хочу доказывать, я просто решаюсь довести логический ряд до абсурда: а что, если мы - это коллективный Чурила? Сапог Чурилы - у Мстислава. Перстень Чурилы, Змеиное Жало, - у тебя. Скоро, может быть, у меня тоже обнаружится что-нибудь Чурилино. Я уже ничему не удивлюсь...

– Значит, приход Чурилы на Русь - это не наезд одного конкретного ублюдка?

– Это наезд явления, Дань. Приход Чурилы - это процесс. Процесс очуривания, окуривания, очарования Руси. Сварог превращает всех нас в маленьких Чурилок. Он заставляет нас хитрить, ссориться, подличать, даже убивать!

– Стало быть, по-твоему, я и есть образцовый мобилизованный чурилка? Очарованный столь качественно, что даже Плескун принимает меня за своего начальника...

– Я ничего не утверждаю. Я размышляю...

– Да вранье все. Просто парни хотят отвлечь нас от дела. А наше дело засадить в табло конкретному негодяю, который движется с поганого Востока с черным камушком за пазухой. Вот и все. Остальное - интеллигентские разговоры, холостая философия.

– Ты думаешь, Плескун просто пытался сбить с толку? Отвлечь нас от главного дела?
– Князь Лисей помолчал.
– А смотри как забавно сходится: и Берубой ведь говорил, что Чурила - славянин, наследник Властовский...

– Опять на меня тень кидаешь?

– Я не кидаю, Дань. Просто... ты сам провозгласил себя наследником Властовским Понимаешь, получается, что Берубой косвенно подтвердил версию Плескуна, будто ты - настоящий, замаскированный Чурила. Смешно, правда?

– Вот уж Берубой точно врал. Врал, чтобы накатить на психику Плескуна!
– Зверко не выдержал и пружинисто вскочил.
– Уверен, что это была ложь. Ну как Чурила может быть сыном князя Всеволода?! Это смешно. Берубой пытался одурить Плескуна. Это была провокация, но она не сработала. Потому что у Плескуна оказалась более сильная и яркая ложь...

– Ложь...

– Конечно, ложь.
– Наследник подхватил с травы тяжелую рубаху, резко встряхнул в руке.
– Это был поединок двух пропагандистов экстра-класса. Берубой предупреждал: нельзя верить ни единому слову.

– Но если Плескун говорил только неправду, тогда... почему Стенька не выходил на связь?
– Князь Лисей жестко сцепил руки за спиной.
– Бедняга Берубой не смог опровергнуть, что связь с Траяном прервалась... Автоответчик Траяна отвечал бедному семарглу, будто хозяин отдыхает. Согласись, это подозрительно. Стенька отдыхает во время допроса вражеского жреца!

– Мне нечего сказать, - промычал наследник, путаясь мокрой головой в недрах широкой рубахи. Наконец голова вылезла из расшитого ворота. Остается надеяться, что Стенька нажрался в стельку и отмокает. Это все-таки лучше, чем то, что наговорил Плескун. Помнишь, он каркнул о каком-то больном Дойчине...

– Болен Дойчин, - кивнул вещий князь.
– Известный былинный персонаж. Немец, идейный вдохновитель тотального натиска ледяных рыцарей на Русь. Большой колдун, алхимик, технолог. Гроссмейстер ордена.

– Ну вот, теперь немцы какие-то возникли, - хмыкнул Зверко, поглаживая мокрый затылок пятерней.
– У всех свои интересы. Как все запущено на Руси...

– Запущено и запутано.
– Князь Лисей потер бледными пальцами переносицу.
– Но самая большая загадка - это дети покойного князя Всеволода Властовского. Сколько их? Я давно сбился со счета.

– По-моему, все просто. Два пацана и девочка.

– Ну, с девочкой все ясно. Рута - единственная в своем роде...

– Гм.

– ...А вот с пацанами сложнее. По легенде, двух сыновей Всеволода приютил Траян. Стало быть, это Берубой и Мечитур. Однако есть еще некий Михаиле Потык, которого тоже считают наследником властовского трона. Далее: по одной из версий, незаконнорожденным сыном Всеволода является известный персонаж по имени Чурила. И наконец, на престол претендует наследник Зверко...

– Все гораздо проще.
– Наследник медленно поднял взгляд.
– Сыновей было двое. Потык и Зверко. Потык мертв. А Зверко - это я.

– Дань, прекрати. Ты Каширин, а не сын князя Всеволода. Я понимаю, ты притворяешься наследником для славян. Это твое решение, твоя ответственность. Но мне-то не ври...

– Не понимаю тебя, князь Алеша.
– Белые зубы оскалились в прохладной улыбке.
– О каком Каширине ты говоришь. Каширина больше нет. И никогда не будет.

Он помолчал, сплюнул на камни:

– Да и не было.

Князь Лисей молча смотрел на воду. Темная рыбина, лениво перебирая плавниками, стояла на мелководье под берегом. Будто подслушивала.

– В конце концов, сейчас мы все узнаем, - добавил Зверко, затягивая пояс на портах.
– Надо еще раз допросить гномика. Только теперь не надо лясы точить. У меня другой метод.

– Бить - неправильно, - глуховато сказал Лисей.

– Еще как правильно, - возразил Зверко.
– Но не очень приятно. Поэтому я буду действовать круче. Хватит прохлаждаться, время зомбировать колдунов. Верни мне, пожалуйста, черное колечко...

* * *

Вниз, вниз, в тесный каменный мешок, будто в гулкий Аслудок подземного Индрик-зверя.