Чтение онлайн

– Высокий князь... Что с тобой?

Вместо ответа я подскочил и... порывисто обнял его за плечи:

– Отлично, любезный! Я в полном порядке! Все просто чудесно!

И расхохотался от души. Вбежал внутрь, в матовый желтый сумрак, под колеблющиеся своды шатра. Плеснул пьяного меда в кубок, резко обернулся:

– Ступайте на холм, где катапульты. Разбудите наследника. Передайте, что я разгадал загадку.

Через минуту Данька ворвался в шатер - злобно-веселый, шумный, красный:

– Не даешь поспать! Ну, рассказывай!

– Все очень просто, Даня.
– Я поджал обагренные губы в лукавой улыбке.
– Тонкий золотой ключик на малиновом кушаке - стройная белокурая барышня, носящая изящный поясок розового цвета. Или розовую ленту в косе. Схоронилась в светлом тереме, залезла под кровать и плачет. Кто на ней женится - тот и будет властелином славянства. Вот тебе и "возлюбленный ключ" от города!

И я рассказал загадку про ключик.

– А. почему коса на улице?
– нахмурился Каширин.

– Не понимаешь?
– удивился я.
– Здесь у них ключи очень длинные, не то что в Москве. Бородка находится внутри скважины - в "тесной горнице". А чивьецо - снаружи, то есть как бы уже "на улице".

– Это понятно, - раздраженно мигнул Данька.
– Но почему у реальной девки-то коса на улице? В окно, что ли, она ее высунула? Неужто такая длинная коса?

– Вряд ли.
– Я немного растерялся.
– Может быть, коса - не коса, а... коса? В смысле - которой косят? Или, скажем, коса - это... символ смерти?

Задумчиво похмыкивая, почесывая крепкий затылок, Данька не спеша подошел к одной из лавок, расставленных вдоль стенок шатра. На этой лавке были еще утром разложены вещественные доказательства Плескуновых злодеяний - волшебная дребедень, обнаруженная в недрах его заплечного мешка-горба. Поверх расстеленных чистеньких рушничков темнели удивительно грязные вещи: дохлые пауки, нетопыри, мертвые волосы и засушенные гады.

– Смерть с косой уже на улице, - пробормотал я.
– Девке что-то угрожает, поэтому и под кровать забилась? Так, что ли?

Молчание. Каширин грузно склонился над вещами, не отвечает.

– Данила?

– Слышь, князь Алеша... Подь-ка сюда.

Я отставил кубок на шаткий столик, приблизился.

– Гляди. Это вот... что такое?
– Каширин показал скрюченным пальцем на нечто желтое, мутно-золотистое, похожее на растрепавшийся обрубок нетолстого каната.

– Ф-фу...
– Я поморщился.
– Парик какой-то.

Данька протянул руку - осторожно, как спящую змею, взял и приподнял над скамейкой длинную связку спутанных женских волос - светлую девичью косу, грязную и пыльную, захватанную чужими руками, в каких-то сорных чешуйках и мертвых муравьях.

– Это не парик, - сказал Данька.
– Коса девичья. Отрублена, видать.

– Даня! А что, если...

– Во-во. Небось неспроста ее Плескун в рюкзаке таскает. Так и получается: девица дома сидит, в тесном тереме. А коса ее - отдельно, на улице. Ишь хитрец... рукоятку от ключа уже нащупал, при себе таскает!

– Узнать бы, Даня, чья это коса.

– А сейчас мы у дурачка спросим.

Мигом привели Плескуна - все это время он сидел поблизости, у самого входа в шатер. Как обычно, прибежал следом за Данькой - как собачка. И внутрь пролез бы за обожаемым хозяином, да охрана не пропускала.

– Чья это коса, Плескун?

Пуская пену, заикаясь и кашляя, отвечает:

– Коса... м-м... кх! Метанки-полуденицы, хозяин.

– Кто такая?

– Приемная дочь... кхе-кх! Дочь боярина Катомы, хозяин.

– Откуда коса у тебя?

– Отрубил сию косу княжич Рогволод-посвист... м-м... в знак владения м-м... Метанкою, хозяин. Кхех! От Рогволода ко мне попала, хозяин.

– Ну точно.
– Я щелкнул пальцами.
– Эту косицу я видел на древке! Во время битвы за алыберские ладьи! Вспомнил теперь. Видишь, Даня: не просто коса, а разбойничий стяг. Теперь отвечай нам, Плескун, зачем ты ее при себе носишь? С какой целью?

Молчит сумасшедший чародей. Будто не слышит меня: улыбается Даньке, заламывает сухие руки с желтыми ногтями и жмурится от обожания.

– Данила, спроси его, - поморщился я.

– Отвечай, сволочь!
– негромко рявкнул Каширин.
– Зачем косу в мешке таскаешь?

– По велению... кха! Самого Сварога, хозяин.

– По его личному распоряжению? Зачем?

– Не знаю, хозяин. M-м... Белено при себе иметь... М-м... Для скорой надобности.

– Гм, - сказал я.
– Непростая, должно быть, вещица.

– Да и девка непростая, - заметил Данила.
– Дочь самого посадника!

Я пригубил из кубка: осторожно уязвил язык пряной горечью, покалывающей и терпкой. Подумав, молвил:

– Вот что, любезный Данила. Кажется, мы вплотную приблизились к разгадке ребуса. Белокурая дочка властовского посадника, чья золотая коса находится отдельно от хозяйки, сидит в тесном тереме, забилась под кровать и плачет... Эта девушка и есть золотой ключик. Добившись ее любви, можно стать тестем Катомы и - фактически - новым хозяином Властова.

– Думаешь, Чурила задумал ее окрутить?

– Именно. Путь к власти через любовь! От коханства к коганству, через женское тело к престолу. Кажется, логично. Чурила хочет очаровать Метанку, чтобы...

– Или выкрасть.

– Прошу прощения?

– Выкрасть!
– твердо повторил Данька.
– Плескун что-то вякал о планах похищения заложников...

– Уфф...
– Мне стало почти жарко от волнения.
– Горячо, Данька, очень горячо... Чувствую - мы у цели!

– Отвечай, гнида!
– Наследник Данька обернулся к бритому чародею. Какие Сварог замышляет похищения? Меня интересуют люди, а не вещественные ценности. Говори!

– О хозяин... О, я поведаю с радостью, хозяин!
– поспешно забормотал новоиспеченный зомби.
– Все как есть, хозяин! Известно мне... м-м... про восемь замыслов...

– Восемь!
– В легком ужасе я всплеснул руками.

– Первый замысел, прозвищем "Туесок", о похищении... кхеххх-кха! Двух или трех девок из племени яричей... м-м... у деревни Изгибица. M-м... Замыслено для возмущения яричей против соседнего народа - боровичей, хозяин. Девки пойдут по ягоды, нужно... кха! устроить засаду. Срок исполнения - лешая седмица, накануне юной луны... м-м... при шестой звезде налево от Спиц, в третий час ехидны...