Чтение онлайн

– Хозяин! Разбойники! Напали на твой загородный лагерь!

– Ну и хрен с ним. Лито, закрой за дурачком дверь.

Лито вытолкал глупого "жаба" в коридор, и снова стало тихо. Впрочем, мое литое, хромированное спокойствие дало трещину. Разбойники напали на лагерь? Какой лагерь имеется в виду? Надеюсь, не любимый бункер "У кактуса"? Тот самый, где я так люблю проводить рабочие совещания с секретаршами, горничными и переводчицами?

– Лито, ты слышал?
– взревел я, вылетая из кресла (треск половиц, пыль взметнулась).
– Там же целых десять бочек "Опорьевского"! В подвальчике, помнишь?!

– Надо ехать, атаман, - серьезно сказал Лито.

– Телегу к подъезду!
– рыкнул я. Ну, тля! Щас этим разбойникам не повезет. Они узнают, как обижать скромного беззащитного скомороха!

Через минуту мы уже летели по проспекту на спортивной телеге с мигалками.

– Я выцарапаю им уши, - хрипел Лито.

– Я оторву им глаза, - шипел Язвень.

– Я отгрызу им задницу!
– визжала Ластя, дергаясь на заднем сиденье. Девочка тоже любила "Опорьевское".

Народ в ужасе разбегался, издали заслышав рев нашей сирены (сегодня в роли сирены выступал Гнедан). Я улыбался, задыхаясь от встречного ветра: терема, домики, заборчики свистели мимо с безбашенной скоростью; в стороны разлетались лихо посшибанные собаки, куры и старушки - щедро наскипидаренные лошади летели впереди собственного визга. Следом едва поспевала охрана на паре "квадратных" - черных повозок, запряженных четверками вороных чудовищ.

Изрядно пошумев, кавалькада вынеслась из престижного района Студеной горы, пропахала огненный след по мостовым,, помпезного Овручича, шуганула пешеходов в ремесленном Кариче, выломала пару шлагбаумов в зазаборенной, фортифицированной Напреди - и наконец, вылетев на простор пригородных полей, устремилась к Холмистой Плешине.

Ух ты! Вот они, гады, появились на горизонте - гнусное множество каких-то оборванных разбойников! Ряхи славянские, недобрые... Тусуются вокруг моего бункера, бегают с копьями, оцепили вершину холма, срубили любимый кактус! Вот гады. Чует мое чуткое сердце, быть большой драке...

Передняя телега нашего кортежа круто вылетела на склон холма, с визгом затормозила - "боевые жабы" с гиканьем посыпались в траву, выхватывая заблестевшие железяки. Вражеские негодяи тоже засуетились - заметались из угла в угол, собираясь в боевые порядки, вытягивая стрелы из колчанов. Человек пятьдесят, не меньше. А сколько у меня охранников? Десять? Отлично, значит мы их замочим!

Я решительно спрыгнул с телеги и, вальяжно почесывая задницу сквозь полосатые штаны, с хозяйским видом двинулся вперед, навстречу опасности.

– Эй, козлы!!! Вы че, в натуре, казни хотите? А ну, Гнедан, подай-ка мою любимую дубину...

– Патрон, не ходите туда, - с идиотской улыбкой сказал подбежавший Гнедан.
– Их много, они нам попы оторвут.

– Да?
– растерялся я.
– А что же делать? Там, в бункере, - десять бочек "Опорьевского"...

– А! Ну тогда ладно!
– понимающе кивнул Гнед, протягивая дубину.

Я вздохнул и скомандовал своим:

– Мужики! Наше пиво в опасности! Гранаты к бою!

"Боевые жабы" радостно заревели, расхватывая бутыли с зажигательной смесью. Перед боем я всегда разрешаю своим отважным берсеркам хлебнуть из заранее заготовленных бутылей "Перпендикулярного" лосьона. Чтоб ловчее разить врага - не в смысле перегаром, а в смысле чтоб насмерть.

Bay! Я не поверил своим заплывшим глазам: среди гадских захватчиков отчетливо нарисовалась знакомая наглая харя! Мерзкий тип! Тот самый козлище, который у меня сапоги пытался перехватить в Дымном Урочище! Помните белобрысого гада с исцарапанной спиной? Вот он, сволочь, - стоит в красной рубахе, глядит на меня злобными глазками и ловчей перехватывает в пальцах рукоять топора!

– Эй ты!
– гаркнул я, дурея от ратного пыла.
– А ну иди сюда, на честный бой! Щас мы с тобой, как Пересвет с Ослябей, сразимся.

Ну, думаю, нынче раззудится мое богатырское плечо. Давненько мы, Бисеровы, не крушили чужих позвоночников!

И вдруг... появился Старцев и все испортил. Растолкав передний ряд вражеских громил, он вышел вперед в модном импортном доспехе, поднял забрало и говорит:

– Здравствуй, Славик. Не надо убивать Стырьку, он свой. Это мы к тебе в гости приехали... Я только руками развел

– Ну, - говорю, - вы даете. И все пошли в бункер брататься.

* * *

– Дико рад видеть вас, парни, в моем комфортабельном бункере, - сказал я, с трудом приподнимаясь над праздничным столом и прилагая все силы к тому, чтобы не расплескать из дрожащего кубка.
– Первым делом предлагаю принять. За встречку, А потом будет дискотека по полной программе: сначала, как говорится, хали-гали, потом жуки-пуки, а в итоге - полные люли-пилюли. И холодное пиво в постель. Ура?

– Ура!
– хором сказали все.

Мы выпили, и Данька Каширин спросил:

– Ну, как у тебя дела?

– Ой, - отвечаю, - не спрашивай. Веду информационную войну на два фронта. Вот, кстати, могу развлечь вас новым рекламным роликом. Наш общий друг доктор Язвень только что подготовил свежий компромат.

Свет в подземном зале потух, и на стене засветился экран демонстрационного блюдца.

– Поразительно, - прозвучал в темноте голос Лехи Старцева.
– Этот Бисер даже в былинной Руси себе киношку обустроил...

Между тем на экране возникло изображение рыкающего тушканчика в вензелях с надписью "Лубочное Видео представляет". Под напряженную музыку величаво расцвела багровая надпись:

ВЗГЛЯД ПОД ПАРАНДЖУ

_Документальный фильм

об истинном облике Плены Кибалы_

_(Примечание: только для взрослых!

Фильм содержит детальное изображение

отвратительных предметов и явлений.)_

И началось. Поначалу зрители недоуменно пожимали плечами и сдержанно хихикали - особенно когда на экране возникла фигура женщины в черно-золотистой парандже с садовой лейкой в руках. Приблизительно пять минут женщина расхаживала среди цветочных клумбочек, рассеянно поливая цветики водицей Но вот зазвучал за кадром вкрадчивый голос Язвеня: _"Эти чудовищные кадры сняты скрытой камерой. Очевидец проник в личную резиденцию Плены Кибалы, чтобы посмотреть, как живет величайшая злая волшебница современности. Каково же было его удивление, омерзение и ужас, когда он своими глазами увидел Плену Кибалу... в цветнике! Нет, не в бестиарии, не в камере пыток, как можно и должно было предположить! Увы! Только на публике наша почтенная богиня ласкает аспидов и тарантулов. Но стоит ей остаться одной - и она окружает себя страшными разноцветными созданиями, источающими дурманящую вонь... Кто бы мог подумать такое?! Повелительница темных сил тайком разводит омерзительную флору - словно теплокровная деревенская самка! Эти кадры заставляют о многом задуматься. Что еще Плена Кибала скрывает от посторонних глаз?"_

Блестяще, думал я, жадно пожирая глазами изображение на экране. Смена кадра - и вот: женщина в парандже, воровато оглянувшись по сторонам, присаживается за обеденный стол, сплошь заставленный клевым дизайнерским хавчиком. Крупным планом - шокирующий план: серебряная вилка вонзается в сочный помидорчик. Помидорчик кроваво брызгает, хлюпает... Шлеп!
– на экране мигом возникает черный прямоугольничек цензуры, голос Язвеня поспешно сообщает: _"Мы не можем показать вам полностью этот кошмар. Нам бы не хотелось, чтобы у кого-то из зрителей не выдержало сердце Между тем приходится с горечью констатировать: наша повелительница Плена Кибала тайная вегетарианка. У себя дома она запирается одна в комнате и... оскверняет себя растительной пищей. Она жадно поглощает чудовищные блюда из овощей, неядовитых грибов и даже фруктов!"_

Да. Это был самый фантастический компромат в истории черного пи-ар. Время от времени я с удовлетворением поглядывал на Старцева, сидевшего рядом. Короткие сюжеты сменяли друг друга, и челюсть Старцева отвисала все ниже: глядите! Кибала спасает птенчика, выпавшего из гнезда! Перевязывает ему крылышко! Гладит бездомную собачонку! Сногсшибательный, мозгодробительный успех! Фильм уже закончился, слуги внесли факелы - а зрители сидели молча еще с минуту, глядя в погасший экран.

– Браво!
– выдохнул наконец Леха Старцев.
– Такого наваристого нонсенса я еще не видел.