Чтение онлайн

В Северо-Западной Индии, где культ Диониса был популярен после похода Александра Македонского, "индийский Дионис" соотносился с богом-отцом Шивой, Рудрой-Шивой, (Г.М. Бонгард-Левин, Г.Ф. Ильин. "Индия в древности". 1985). Ешё Мегасфен (IV-III вв. до н.э.) отождествлял Диониса с Шивой, в честь которого (как и Диониса) приносились челове-ческие жертвы (Вишвешвара). И Дионис, и Шива связаны с опьяняющими напитками. Так, в Индии празднества аскетов-шиваитов (агхори или агхорапантхи - "тот, кто следует по пути Шивы"), как и дионисии, носили оргиастический, экстатический характер фал-лических оргий (мистерий плодородия); Шива даже именовался главой безумных (состояние аффекта). Любопытно, что эти празднества сопровождались зажиганием огней и поминанием умерших (как компоненты отправления культа предков).

Итак, в образе Диониса, модифицированном патриархальными воззрениями праариев и их греческих потомков, все-таки высвечиваются основные свойства культа бога-отца.

4.7 Об облике дьявола.

Обратимся к одному из вопросов демонологии: попытаемся выявить истоки происхож-дения представления (основные иконографические признаки) о дьяволе, этом главном носи-теле духа зла (и его рогах). Заметим, что словесное изображение демонов в христианстве известно с IV в н.э. (Афанасий "Житие святого Антония"). Рисунки дьявола пояляются в раннехристианском искусстве с VI в., и лишь с IX в. они (рисунки) становятся обычным явлением в христианской иконографии (А.Е. Махов). Рога же делаются популярным атрибутом европейской "дьявольской" иконографии лишь с XI в. н.э. (А.Е. Махов). В эпоху Средневековья дьявол наиболее часто изображался как синкретическое существо: либо человекоподобным (со всевозможными рогами, копытами или лапами дракона, ушами или мордой осла, кабаньим рылом, браслетами из змей или змей, свисающих из ушей), либо зооморфным (как змея (дракон), козел, бык, осёл, конь, иногда лев или медведь).

Так, среди демонов Древнего Мира наиболее популярны шум.-акк. "злые демоны утук-ку" ("Семеро их! Семеро их в бездне! Семеро их! Ни мужчины они, ни женщины, в недрах подземной бездны взращены они!"), это: Алу, Ашаг (Асакку), Демме и Диммеа, Намтар, Удуг (Утукку) и Шарраби. Известно, что демон Алу представал в облике одноногого и одно-рукого прокаженного, покрытого гнойными язвами, а Намтар был весь в перьях и имел кры-лья. Женщина-демон Ламашту (см.ниже) - львиноголовое хтоническое существо. Известны также и семь хранителей загробного царства, - демоны-галла.

Весьма показательно содержание одного из угаритских мифов, в котором рассказано, что отец ханаанских богов Эл/Илу был весьма напуган "демоном с двумя рогами (вероятно, козла) и хвостом" (Хиллерс. 1522), т.е. существом с типичными атрибутами "современного европейского демона".

Как неоднократно упоминалось, у ханаанеев с двумя бычьими рогами (и в образе быка) нередко изображался и сам Илу, и Баал-Цафон. Бычьи рога, в частности, на изображениях шумеров, - эмблема, идентифицирующая божество, но не демона; хотя мифологически у богов и у демонов могли быть одни и те же родители (например, бог Ану). Бычий хвост же, в частности, являлся атрибутом царского одеяния фараона в особо торжественных случаях.

Так кого же мог "испугаться" могущественный владыка мира Эл/Илу, занесённый в страну с протоханаанейским (хатто-хурритским, см. "Земля Ханаанейская") населением амореями-номадами, "огнём и мечём" захвативших Ханаан? Уместно предположить, что бог Илу неожиданно встретился с не окончательно покорившимся автохтонным богом-отцом (главой местных богов) в облике козла (владыкой преисподней Хен/Кен). Как известно, в древности война людей (племён) - это война их богов; т.е. во время возникновения этого мифа народ Ханаана, по-видимому, всё ещё оказывал какое-то сопротивление (неповиновение) завоевателям-амореям.

Дьявол, как следует из средневековых легенд, - владыка преисподней (недр земли). От-сюда и основные цвета, традиционно соотносимые с ним, как с властелином "Геенны огненной", - чёрный и красный. Приведём некоторые мифологические характеристики дьявола. Так, "дьявол - удивительный мастер" (как Энки или Хусар), - пишет Филипп Меланхтон ("Свидетельства о Фаусте". 14). Дьявол (подобно владыке судеб Энки (как Азазелю)) способен предвидеть будущее (к примеру, грешники дантовского "Ада" хорошо осведомлены о будущем, поскольку получают, как и ведьмы, информацию от дьявола). Дьявол многолик, способен принимать разные обличья (параллель, например, к образу Диониса), а также вернуть здоровье. Итак, в свете сакральной символики абсолютно все выше приведённые внешние признаки (атрибуты внешности) облика и характеристики (способности) дьявола указывают на архаичного бога-отца, владыку земли и преисподней, как на прототип образа "врага рода человеческого" (отметим, что мотив борьбы хаоса и мрака (врага божия) со светом, упорядоченностью Вселенной (с волей Всевышнего), выразился и в популярном сюжете поединка божества со змеем (хтоническим чудовищем)).

Необходимо подчеркнуть, что, как отмечает E.П. Сандерс: "ангелология, демонология, вера в воскресение из мертвых и, отчасти, присутствующий в некоторых аспектах иудейской теологии дуализм, - все это явно указывает на персидское влияние" (Ibid, p.249). И всё это впитало в себя христианство (А.Е. Махов "Сад демонов". 1998): "христианская иконография дьявола вобрала в себя черты, восходящие", в основном, к мифологии евреев (и, в определённой степени, - древних греков).

Многие языческие божества ветхозаветных времён, особенно близкие предкам библей-ских евреям, были переосмыслены в свете монотеизма (адаптировавшего ряд эпифаний бо-гов "веры отцов"), и наиболее значимые из них (обиходные) дискредитированы и низвергну-ты "с горы Божией" (Иез. 28) в преисподнюю, т.е. переведены в разряд (обрели статус) демонов ада ("Отцы Авраама"). Яркий пример этого - трансформация доброго, благого духа-охранителя шум.-акк. Шедду в библейского чёрта (на иврите "чёрт" - "шед"). Даже великий египетский бог Амон был обращён в демона (заклинателями). С углублением монотеизма призошла и переоценка образа адаптированной патриархальными ариями и их потомками Великой богини. Так, "Великая мать богов" Кибела становится исключительно "великой матерью демонов", а затем она, в конечном итоге, сливается с фольклорной фигурой "чертовой бабушки". Заметим, что изображение Богородицы - практически, калька с образа Исиды с младенцем Гором (соотносилась Дева Мария также и с образами Иштар Иерусалимской (через "Суламифь", чьё имя - один из синонимов богини ("Отцы Авраама"), а также и с кельтской Бригит (см. ниже).

Характерно, что и библейский Сатан(а) не сразу попал в лагерь врагов Господа Бога, сделался дьяволом. Первоначально же он выступал как один из верных приближенных Бога, как один из его сыновей - членов Совета богов. "И был день, когда пришли сыны Божии предстать перед Господом [их отцом], между ними пришёл и Сатан [боги созваны, судя по дальнейшему повествованию, на заседание очередного Совета богов, долженствующего разрешать судьбы людей, и, в частности, Иова]" (Иов.1.6).

Слово ивр. "Сатан", помимо значений "противоречащий; противник (вредитель); искуситель"; означает также и "обвинитель (в суде)" (8.). Характерно, что и греческое "дьявол" ("diabolos") в переводе Ветхого Завета семидесятью толковниками тоже значит "обвинитель, очернитель (клеветник)". Если представить термин "diabolos" в виде выражения "dia bol(os)", где (os) - форма окончания слова, а "дья, диа" - "бог, божество", и в "бол" усматривать искажённое народной этимологией слово "бэл/баал" ("владыка, господин"), то тогда термин "дьявол" можно толковать как "божественный владыка", что соответствует первоначальному (до ниспровержения) статусу, в частности, богу (сыну Божьему) Сатане. Как отмечает А. Голан (57.), ещё в начале I тыс. до н.э. помнили, что "злой дух" - это "тоже бог". Любопытно, что "Сатанаэль" ("Божественный Сатан(а)") - имя дьявола, возникшее в Сирии в VIII-IX в. у потомков ранних христиан.

На Совете богов Сатан (первоначально в Танахе термин "сатан" использовался всего лишь в значении "обвинитель") высказывает сомнение в искренней и бескорыстной правед-ности Иова: "Разве не за мзду богобоязненен Иов?" (Иов.1.9,10). На расспросы же Господа "откуда ты пришёл", "ответил Сатана Господу, и сказал: я ходил по земле и обошёл её" (Иов.1.6,7;2.1,2). Следует заметить, что в мифологии царства Шумера и Аккада только Ша-маш и Наннар/Син (Солнце и Луна) "обходят" землю: первый - днём, а второй - ночью. И Син (при III династии Ура) и Шемеш - "обвинители", они оба вершат суд в преисподней, на земле и в небе (заметим, что в Библии Шемеш (судья богов и людей) сохранился, а Син/Цаваот (личный и родоплеменной бог колена "Иуда" (племя "Йосеф-эл")) - в тексте Та-наха вообще (под именем "телец Син") не упоминается и "всплывает" только в отделившемся от Иудеи царстве "Израиль", у десяти колен). Так, в "Книге Юбилеев" (апокриф, II в. до н.э. (49.) рассказывается, что Сатана с особой враждой относится к носителям сакральной власти в среде иудеев (т.е. к коhенам). По-видимому, с этим месопотамским лунным богом "веры отцов" ха-ибри, официальному иерусалимскому культу было исключительно трудно бороться, пришлось затратить массу времени и усилий, ибо уж очень глубоко проникло его почитание в сознание хаибри и их потомков (первосвященник Аарон, живя в Египте, был жрецом Сина, см. "Исход евреев из Египта").

Как известно, у библейских евреев существовал обычай побивать камнями идола бога Маркулиса: "Если возле Маркулиса лежат три камня..." (трактат "Авода Зара"). Об этом обычае свидетельствует и "Сангедрин", где говорится, что бросание камней в идола Марку-лиса является принятым способом поклонения данному божеству. Этот обычай бытовал и у арабов. Так, (М. Леман "Рабби Шмуэль а-Нагид". 2004), эмир Биха рассказывал рабби Йосе-фу о том, что (этот мусульманский, по мнению арабов) "обычай швырять камни [в идолов]... восходит к культу... Маркулиса... (поскольку) священнослужители... хотят, чтобы забылось имя Маркулиса, но правда-то в том, что это именно его (Маркулиса) культ" (обычай побива-ния камнями Маркулиса наблюдался примерно ещё в IV в. н.э. (т.е. в любом случае связан с иудаизмом)).

Высказано суждение (основанное на фонетике и наличии герм), что Маркулис - это римский Меркурий, аналог греческого Гермеса (Маркулис - Мерку-лис). Однако М. Леман упоминает, что в городе Ур-Касдим (в Уре Халдейском) сохранились развалины некогда огромного храма Маркулиса. Как представляется, маловероятно, чтобы потомки "черноголовых" империи III династии Ура (да и арамеи) когда-либо воздвигали подобный храм римскому Меркурию (имя "Маркул(ис)", представленное в шум.-акк. форме "Мар-гу-(е)л", где акк. "мар" - "господин", а шум. "гу" - "бык", может означать "Бог-бык - господин"). И тогда представляется, что имя "Маркулис" - один из синонимов тельца Сина, владыки Ура (и его, как исчадие ада Сатану, и побивали камнями).