Чтение онлайн

– А у Манго?

– У Манго этих качеств в избытке, - ответил Тео и снова сел на телефон.

– Подбрось меня в гостиницу к Бергинам, - сказал Джеймс.
– Я вчера забыл у них свой пиджак. Надо забрать его. Заодно узнаю, как там обстоят дела. Хочется надеяться, что они скоро уедут. Здесь им больше нечего делать. Или, может, им лучше задержаться? Вдруг Крессида вернется. Как ты считаешь?

Джеймс отлично понимал, что задает дурацкие вопросы, но не мог сдержать себя. Искорка надежды еще теплилась в его душе.

Тео внимательно на него посмотрел:

– Если честно - не знаю. Все может быть, но я просто не знаю, что и сказать тебе.

– Джеймс! Доброе утро!
– воскликнула Джулия, на которую Джеймс наткнулся в гостиничном холле. Тщательно причесанная и подкрашенная, она была похожа на фарфоровую куклу.
– Как дела?

– Хорошо, - кратко ответил Джеймс. Он слишком устал, чтобы вдаваться в подробности.

– Ты плохо выглядишь, - безжалостно констатировала Джулия.
– Есть какие-нибудь новости?

– Да, - ответил Джеймс и рассказал ей об их полете в Париж. Рассказывая, он старался не смотреть ей в глаза, а когда наконец поднял на нее взгляд, то увидел в глазах Джулии какое-то удовлетворение, которое сразу сменилось сочувствием.

– Бедный Оливер, - прошептала она.
– Мой бедный, бедный Оливер! Джеймс, мне так жаль вас с Мэгги. Представляю, через что вам пришлось пройти. Пережить такое…

– Мэгги еще ничего не знает, - ответил Джеймс, раздумывая над тем, что увидел в глазах Джулии.

Может, Мерлин был прав, говоря, что она что-то знает? Но этого не может быть. Тогда откуда же это удовлетворение? Почему она так довольна? Наверное, это просто одна из неожиданных человеческих реакций, как внезапный смех при сообщении о чьей-то смерти.

– Мэгги еще не знает?
– удивилась Джулия.

– Нет. Я дал ей вчера сильное успокоительное, и она до сих пор спит. Я все расскажу ей, когда вернусь домой.

– О, Джеймс, как все ужасно! Такая очаровательная девушка. Представляю, как ей было плохо, если она решилась на такой поступок.

– Спасибо на добром слове, - ответил Джеймс.

– Мы должны попытаться понять ее. Попытаться найти причину, которая побудила ее сделать это.

– Да, да, - согласился Джеймс.
– Но она поступила с нами крайне жестоко.

Ему сейчас совсем не хотелось защищать Крессиду. Попадись она под руку, он бы ее высек.

– Значит, у нее для этого были причины, - ответила Джулия.

– Я так не думаю, - сказал Джеймс.
– Где Оливер?

– Они с отцом ушли гулять.

– Я хотел ему все рассказать.

– Будет лучше, если я сама ему все расскажу. Он сейчас в ужасном состоянии. Мне кажется, я сумею найти подходящие слова, чтобы еще больше не травмировать его.

– Хорошо, - охотно согласился Джеймс, которого совсем не прельщала перспектива открыть Оливеру глаза на то, что он чуть было не женился на жестокой, лживой особе, которая, к несчастью, была его, Джеймса, дочерью.

– Ты можешь ехать домой, Джеймс. Ты нужен Мэгги больше, чем Оливеру. Бедняжка! Как я ее понимаю. Я сама мать и могу представить, что она сейчас чувствует. Если я вам чем-то могу помочь… - Джулия не договорила и бессильно опустилась в кресло, закрыв руками лицо.

– Джулия, пожалуйста… Мне так жаль… - бормотал растерявшийся Джеймс.

– Все хорошо, Джеймс.
– Джулия подняла на него глаза, полные слез.
– Не знаю, что это со мной вдруг случилось. Так глупо. Прости меня, Джеймс.

Джулия быстро ушла, а Джеймсу ничего не оставалось делать, как вернуться домой и рассказать Мэгги, какой ужасный поступок совершила ее горячо любимая дочь.

– Манго, возьми, пожалуйста, трубку, - сказала Белинда, одна из служащих по связям с общественностью.

Хорошенькая, очень общительная, с длинными ногами и длинными же светлыми волосами, она принадлежала к лондонской светской элите. Ее родословная была безупречной: отец работал в страховой компании «Ллойд», мать принадлежала к высшей знати. Приятель Белинды служил в лондонской аукционной фирме «Кристиз». Все клиенты обожали ее. Манго тоже ее обожал. Он часто думал, что, не будь он так влюблен в Алису, то непременно бы увел Белинду от ее дружка.

– Спасибо. Случайно, не отец?

– Нет, какая-то женщина. Она не назвалась.

«Значит, это не Алиса», - подумал Манго, зная, что она бы позвонила прямо в его кабинет. «Если ты думаешь, что я доставлю твоим девицам удовольствие подсчитывать, сколько раз в день я тебе звоню, то ты сильно ошибаешься», - сказала она ему, когда он попросил ее в случае его отсутствия звонить в приемную. Манго снял трубку. Звонила Джемайма.

– Манго, ничего, что я звоню тебе на работу?
– спросила она.

– Это зависит от того, что ты мне хочешь сказать.

– Я хочу поблагодарить тебя.

– За что?

– За то, что ты ничего не рассказал маме. Очень любезно с твоей стороны.

– Позволь на правах старшего товарища дать тебе один совет, Джемайма. В следующий раз занимайся любовью в другом месте. Рано или поздно тебя застукают.

– Знаю, знаю. Обещаю этого больше не делать. Манго, я хотела тебе сказать… Возможно, у тебя вчера сложилось неправильное впечатление о маме. Ты понимаешь, я была на нее очень сердита и…

– Какое еще впечатление? О чем ты говоришь?

– Она… ты знаешь, она… ну… она тебя очень любит.

– Джемайма, что ты там лепечешь?

– Я хочу сказать, что ты ей очень нравишься, и она никогда тебя не обидит.

– Уже обидела, - сказал Манго и положил трубку.
– Карол, приготовь мне кофе!
– крикнул он своей секретарше.

Карол, тоже очень хорошенькая, но менее общительная, чем Белинда, была давно и безнадежно влюблена в него. Она рано приходила на работу, работала в обеденные часы, уходила с работы намного позже самого Манго, пропускала последние трамваи и ехала домой на такси на свои собственные деньги, чтобы не разорять его. Она находила вещи, которые он терял, помнила о всех деловых встречах, но больше всего ей доставляло удовольствие сделать что-нибудь для него лично, например, пришить пуговицу или забрать одежду из чистки, что никак не входило в ее секретарские обязанности.