Чтение онлайн

Я приподнялся на носочки и, выглядывая через головы людей, увидел, как Бородач и еще трое помощников вытаскивают из машин какие-то коробки.

– Кто вон тот мужчин? – дотронулся до руки Ворона, привлекая внимание.

– Ась? – переспросил он.

– Кто…

– Фома Мытник, – ответил за старика охотник Кондрат. – Давно его у нас не было. Обычно кого попроще отправляют.

– Кто же этот Фома такой? – заинтересовался я, рассматривая плечистого мужчину в темно-сером плотном костюме с золотыми нашивками на плече и груди.

– Большой человек. Сам приказчик по сбору налогов, – поднял палец Кондрат, будто тем самым увеличивал его важность.

Не знаю, что это за должность или звание такое, но звучит солидно. Да и сам приказчик выглядит так, будто не ниже Правителя: смотрит на всех свысока, лениво переводя взгляд с одного на другого. Вокруг него «пляшут» два молодчика, которые стараются казаться ниже, чем они есть.

Тем временем народ все прибывал и прибывал. Вскоре вокруг столпились столько же человек, сколько было при приезде каравана – яблоку негде упасть. К тому же все напирали друг на друга, стараясь посмотреть на важных гостей.

Когда с выгрузкой было покончено, Бородач подошел к наместнику и важному гостю и, поклонившись, что-то начал говорить, кивая на коробки.

Чем больше я смотрел на приказчика, тем яснее понимал, как нужно действовать. С такими людьми нельзя по-хорошему договориться или вызывать жалость рассказами о несправедливости. Наоборот, такие ценят силу и боятся ее. А недовольная толпа – это просто огромная сила. Против толпы никто не устоит. Именно поэтому моя задача – раскачать общинников, чтобы те показали, на что способны, когда не поодиночке, а все вместе.

Между тем приказчик с помощью своих молодчиков взобрался на нос машины, больше похожей на сейф на колесах.

– Приветствую вас, жители Волчьего Края! – воскликнул он и поднял руки.

В ответ прозвучало несколько приветствий, но большинство промолчали, настороженно глядя на мужчину.

– Вот мы и снова свиделись! Давно меня не было в ваших краях.

– Зачем явился? – кто-то грубо выкрикнул из толпы.

Приказчик недовольно скривил рот, но тут же взял себя в руки и продолжил:

– Во-первых, позвольте вручить вам подарки, которые…

– Ближе к делу! Нам некогда языками чесать – работать надо.

На этот раз я узнал говорившего. Это был тот самый сапожник, который обратился к Ивану за полкой для обуви.

– К делу, так к делу, – примирительно проговорил приказчик. – Решено сократить число охотников, которые получают жалованье из казны. Действовать будут только регулярные отряды, которые станут периодически посещать общины и расчищать лес.

Тут уж начался галдеж.

– Кто же нас защитит, когда крат через стену перелезет?

– Чем же тогда охотникам на хлеб зарабатывать, если мы ремеслу не обучены и всю жизнь только охотились? – это Кондрат.

– У нас и так охотников не осталось. Куда уж меньше?

Приказчик с невозмутимым лицом выслушал всех и продолжил:

– Таково решение Правителя, и не нам его осуждать. А теперь мы покажем, что Правитель отправил вам в дар, – он быстро перевел тему. – Вот здесь новые топоры, лопаты, молотки, бечевки. А вон в тех двух коробках лекарства от простуды, болей и тому подобное. В тех…

Он принялся перечислять все, что привез.

– Вон как старается умаслить. Давненько так жирно нас не баловали, – усмехнулся Ворон.

В это время приказчик закончил перечислять и пояснил:

– Мы все отдадим наместнику, а уж он между всеми вами честно разделит.

– Если наместнику отдадите, ему все и останется! – подал я голос. – Он постоянно нас обворовывает!

Приказчик принялся высматривать, кто говорит, а наместник зло рявкнул:

– Это кто там такой разговорчивый?

– Какая разница, кто сказал? Все так думают! – послышался голос Глухаря откуда-то слева.

Я встал на носочки и увидел его в толпе.

– Вот именно! – поддержал Ворон. – Мы здесь и так все скоро помрем. Обдирает нас, как липок. Живем впроголодь. Мяса не выпросить. Кишку только травой набиваем!

– Точно-точно! Это вы еще наши ворота в Дебри не видели! Растрескались все. Не сегодня завтра рухнут, и все – умрем в зубах кратов!

Потихонечку начали присоединяться другие голоса. С каждом минутой их становилось все больше и больше, и вскоре поднялся такой гул, что невозможно было понять, о чем говорят. Раскрасневшийся наместник бранился и угрожал, но люди, чувствуя поддержку друг друга, продолжали вываливать все, что накопилось.

– А мне он за ремонт дома уже третий месяц деньги заплатить не может. У меня, между прочим, двое детей и мать лежачая. Как мне их прокормить, если собственный наместник в деньгах обманывает?

– Моя коза в лес через забор перемахнула, так наместник со своими людьми ее так отлупил, что она на второй день сдохла. Кто мне козу вернет? Хоть бы деньги дал или порося подарил, но нет же – врет, что козу не трогал.

Я слушал и радовался. Услада для моих ушей. В самый разгар гневных выкриков, приподнялся на носочках и крикнул во все горло:

– Либо наместника меняете! Либо всей общиной пойдем в Перевал к Правителю за справедливостью! А по пути всех недовольных прихватим. Ох, и трудно придется Правителю!

Распаленные люди тут же подхватили мои слова и понесли их, все сильнее развивая тему. Приказчик был так зол, что даже уши покраснели, а глаза метали молнии. Наместник же стал будто еще меньше и что-то лепетал, глядя на проверяющего.

Когда разговоры обрели такой оборот, что общинники захотели забрать машины у приказчика и на них добраться до Перевала, мужчина замахал рукой и прокричал:

– Прошу, успокойтесь! И давайте поговорим здраво! Чего вы хотите?

Вот тут-то я и понял, что пришел мой черед.

– Я скажу, что мы хотим…

Общинники разошлись в стороны, освобождая мне путь. Я прошел к машине проверяющего, а тот спустился на землю и, окинув меня снисходительным взглядом, велел:

– Говори.

Я посмотрел на всех присутствующих и остановил взгляд на наместнике. Тот был сам не свой: весь дергался, переминаясь с ноги на ногу и щелкая пальцами на руках, огрызался на Бородача, подвернувшегося под горячую руку, и буравил меня ненавидящим взглядом. Он явно не ожидал, что люди, которые привыкли всего бояться, наконец-то поднимут головы и начнут высказываться.