Чтение онлайн

Бднякъ же не въ прав заботиться о насущномъ хлб боле, чмъ о пастор, и къ нему относятся очень недоброжелательно, если онъ обходится безъ пастора. Деньги, — вотъ въ чемъ заключается американская нравственность.

Въ Америк есть нкій человкъ по имени Ингерсолль. Онъ свободно разъзжаетъ по американскимъ городамъ и читаетъ такъ-называемыя «свободомыслящія» лекціи. Я не назову ихъ «свободными отъ мыслей», но все же я скажу, что въ нихъ весьма мало содержанія. Ингерсолль здитъ по стран и за билетъ стоимостью въ одинъ долларъ онъ проповдуетъ безбожіе.

Никто не задерживаетъ его. Напротивъ. Кондукторъ того позда, въ которомъ онъ детъ, полагаетъ, что онъ везетъ великаго человка. Лишь только Ингерсолль выйдетъ изъ вагона, онъ тотчасъ увидитъ экстренныя газетныя прибавленія, извщающія о его прибытіи.

Иргерсолль — полковникъ, значитъ патріотъ, адвокатъ — слдовательно ораторъ и богатый человкъ, т. — е. все, что требуется.

Онъ обладаетъ значительными помстьями.

Есть въ Америк другой человкъ по имени Беннетъ, онъ гораздо интеллигентне Ингерсолля; это редакторъ «The Truth Seeker» (Искатель правды), авторъ двухъ значительныхъ сочиненій о сравнительномъ изученіи вроисповданій и многихъ другихъ мелкихъ и крупныхъ брошюрокъ. Этотъ человкъ былъ заключенъ въ тюрьму за свободомысліе, Почему онъ подвёргся тюремному заключенію за свободомысліе?

Потому что онъ былъ не полковникомъ-патріотомъ, не былъ адвокатомъ-ораторомъ, потому что онъ былъ человкомъ безъ средствъ. Въ памфлет онъ сказалъ вское словцо о религіозномъ шарлатанств американцевъ. Это было слишкомъ. Ингерсолль никогда не поступалъ такимъ образомъ. Если Ингерсолль говорилъ вское словцо про американцевъ, то онъ говорилъ его, касаясь ветхаго завта, а своихъ соотечественниковъ онъ никогда не задвалъ; онъ никогда не находилъ ни одного опаснаго облачка на американскомъ небосклон.

Онъ ярый патріотъ. А Беннета бросили въ тюрьму; онъ былъ слишкомъ бденъ, чтобы избжать этого.

Есть въ Америк третій человкъ, Бертъ Джонсонъ. Имъ овладла безумная мысль, что есть люди съ полигамическими наклонностями; онъ написалъ книгу, въ которой защищалъ свободную любовь, — въ тюрьму его!

Онъ былъ исключительно теоретикомъ; онъ жилъ въ Нью-Йорк и не зналъ даже по имени ни одной другой женщины, кром своей матери. Но все равно — въ тюрьму его! Онъ былъ слишкомъ бденъ, чтобы вести слдствіе.

Деньги — вотъ американская нравственность.

Интересно показать, какъ та же мораль распространяется на женщинъ въ той же стран.

Женщина въ Америк пользуется большою властью, лучше сказать — полнымъ могуществомъ. Если она идетъ по улиц, то ей всецло принадлежитъ право итти по внутренней сторон тротуара; если въ лифт 12 мужчинъ и одна женщина — то вс 12 мужчинъ должны стоять съ непокрытой головой во время поднятія или спуска. Если въ омнибус 50 мужчинъ и входитъ одна женщина, то одинъ изъ пассажировъ поднимается, уступая ей мсто; если женщина является свидтельницей въ процесс, - то ея показанія равняются показаніямъ двухъ мужчинъ. Если мужчина произноситъ бранныя слова, не замтивъ женщины, онъ тотчасъ же долженъ извиниться передъ ней. На американскихъ фермахъ по утрамъ первымъ встаетъ мужчина; онъ будитъ женщину только тогда, когда разведетъ огонь, поставитъ кипятить воду, подоитъ коровъ… Если у мужчины есть жена, то онъ можетъ привлечь къ судебной отвтственности прачечника-китайца, если тотъ развситъ для просушки подштанники на такомъ мст, гд ихъ можетъ увидать его жена.

Женщина, которая живетъ на средства мужчинъ, можетъ приказать конфисковать въ спальн самого хозяина маленькую картинку Корреджіо, представляющую нагого пастуха, о чемъ свидтельствуетъ появившееся два года тому назадъ сообщеніе изъ Чикаго. Словомъ, если бы на улиц Карла Іоганна стояла лошадь, которая подмигнула бы кассирш книжнаго магазина, то кассирша, если бы она была американкой, кивнула бы полицейскому, и, если бы тотъ былъ тоже американцемъ, онъ тотчасъ арестовалъ бы эту лошадь.

Въ Америк женщина можетъ безнаказанно длать недозволенныя вещи. Бэръ Джонсонъ только говорилъ о свободной любви и былъ наказанъ, а женщины проводятъ ее въ жизнь и остаются свободными.

Мужъ предпринимаетъ какое-нибудь путешествіе по желзной дорог, онъ ухалъ, про него нтъ ни слуху ни духу. Черезъ три, четыре мсяца потрясенная вдова приходитъ къ судь и говоритъ: «Я хочу проситъ развода, мой мужъ ухалъ и ни разу не показывался домой». Блдный отъ сочувствія, судья отвчаетъ: «Боже, какой мужъ! Онъ такъ долго не прізжаетъ домой!» Затмъ онъ только ради формальности спрашиваетъ: «А съ какихъ поръ онъ не прізжалъ?» «Три мсяца», лепечетъ вдова, призывая на помощь свои послднія силы.

«Granted divorce!» (Разводъ разршенъ), восклицаетъ судья, и «вдова» получаетъ разводъ. Стоитъ только нкоторое время слдить за американскими газетами, чтобы убдиться, насколько легче женщин получитъ разводъ, чмъ мужчин.

Въ большихъ городахъ въ субботнихъ номерахъ газетъ цлыя страницы исключительно помщаютъ извстія о развод. Они всегда печатаются въ форм рефератовъ изъ залы засданій суда и оканчиваются неизмннымъ «Granted divorce!» при чемъ большинство разводовъ происходитъ по желанію женщинъ. Уже одного обстоятельства, что мужъ три-четыре мсяца не посылалъ семь денегъ, достаточно, чтобы лишить его супруги. Вообще надо замтятъ, что разводъ исключительно зависитъ отъ того, какъ посмотритъ на дло судья.

Въ церкви встрчаемъ избранныхъ американокъ, которыя рже другихъ бываютъ разведены, это самыя прелестныя женщины города. Цлое эстетическое наслажденіе смотрть на этихъ приличныхъ и прекрасныхъ людей. Но для чего он собрались въ церкви? Едва ли для того, чтобы поддерживать и охранять наивысшую нравственность. Американки вдь люди, — «вс люди похожи другъ на друга». Он присутствуютъ на богослуженіяхъ въ силу своего труизма. Ихъ интересуетъ узнать, какъ относится Богъ къ послднему происшествію въ преріяхъ или въ город, что скажетъ имъ объ этомъ пасторъ въ своей рчи. Онъ разскажетъ все съ начала до конца, подтвердитъ сказанное вырзками изъ газетъ или извстіями, которыя онъ получилъ отъ редактора «Locals», или отъ частныхъ лицъ, прекрасно освдомленныхъ на этотъ счетъ.

«Мой другъ разсказывалъ мн на-дняхъ», — говоритъ пасторъ, и начинается повствованіе о томъ, что разсказывалъ ему на-дняхъ его другъ. Постительницы настораживаютъ ушки, и затмъ слдуетъ разсказъ о какой-нибудь новости или остроумная шутка; то и другое стоитъ того, чтобы постительницы настораживали ушки, сохраняя при этомъ самый корректный видъ.

Что же еще заставляетъ американокъ такъ часто посщать церковь? Не считая труизма, он такъ часто ходятъ въ церковь, потому что совершенно свободны; у нихъ много времени для этого религіознаго развлеченія, имъ нечего длать. Истыя американки не занимаются домомъ, он не помогаютъ мужу, не воспитываютъ дтей. Въ первые два года ихъ замужества у нихъ иногда по нечаянности родятся двое дтей, но больше ужъ никогда. Лтъ въ тридцать — тридцать пять он преспокойно сидятъ въ церквахъ, не заботясь о дтяхъ. Имъ положительно не о чемъ думать, на нихъ не лежитъ никакой обязанности. Ихъ занятія заключаются въ слдующемъ: передъ обдомъ он лчатъ свои нервы, потомъ до двухъ часовъ занимаются живописью, до шести читаютъ «Хижину дяди Тома», до восьми часовъ гуляютъ. Но это расписаніе ихъ ежедневныхъ занятій иногда измняется. Три или четыре раза въ недлю, несмотря на обременяющее ихъ искусство, он принуждены отъ 8 до 11 часовъ участвовать въ женскихъ конгрессахъ. Этого тоже нельзя упускать! Богъ знаетъ, до какой степени это необходимо! Такимъ образомъ американки находятъ, что ихъ жизненная задача заключается въ слдующемъ: он должны имть нервы, заниматься живописью, негритянской поэзіей, гулять и участвовать въ конгрессахъ. Имъ совершенно некогда производить на свтъ дтей.

Произведя на свтъ двухъ бумажныхъ цыплятъ, он думаютъ, что исполнили долгъ материнства. Он во что бы то ни стало хотятъ избжать дтей, он не хотятъ даже сами кормитъ ихъ, вслдствіе чего янки призываютъ на помощь вс свои способности, чтобы изобртать предохранительныя средства, и американская женщина знаетъ ихъ наизусть такъ же хорошо, какъ наша женщина — лютеранскій катехизисъ. Если, несмотря на вс принятыя мры, все-таки какъ-нибудь по нечаянности дло не обойдется безъ послдствій, то существуетъ еще средство — выкидышъ. И въ той самой стран, въ которой во имя нравственности мужчину бросили въ тюрьму за его статью о свободной любви, — доктора открыто публикуютъ о своей странной спеціальности. И никто не преслдуетъ ихъ. Напротивъ! У нихъ огромная практика. Но иногда уже нельзя избжать насчастія. Если американка опоздаетъ къ доктору на какіе-нибудь 4–5 мсяцевъ, на свтъ появляется самый настоящій ребенокъ. И это большое несчастіе. Съ ребенкомъ уже нельзя предсдательствовать на конгресс, и мать терзается этимъ. Но по крайней мр она сама не кормитъ его, а посылаетъ мужа въ стойло подоить для него молока.