Чтение онлайн

Моника вдруг очнулась и неуверенно поглядела мне в глаза. Я вопросительно нахмурилась.

— По вторникам и пятницам Кеннет посещал библиотеку. Нет слов передать, насколько меня бесила эта его привычка! Хоть пожар, хоть вселенский потоп, а режим нарушать нельзя! Это достаточно странно?

Я оторопела от неожиданной перемены в настроении Моники и посмотрела ей в глаза, в ледяную бездонную тьму, чувствуя, как утопаю в ней. Моргнув, облизала пересохшие от волнения губы.

— Какую именно?

Она равнодушно пожала плечами.

— В Центральную, если не ошибаюсь.

— А он не вёл себя необычно перед смертью?

— Необычно? — протянула Моника.

— Ему не мерещилось, что за ним следят? Или ещё что?

— Нет. А если и да, то он не рассказывал мне о своих страхах. Видишь ли, после разлуки мы мало общались, и то исключительно по деловым вопросам. — Вдруг Моника прозрела. Буквально: её лицо вытянулось, а глаза прояснились и расширились. Я больше не видела в них холода, как не чувствовала магии. Моника смотрела на меня абсолютно ясным взором: — А что за допрос, Эшли? Ты начиталась детективных романов?

Я только повела бровью и взглянула на Мишель, мельком. И вдруг она оказалась на ногах. В мгновение ока сестра очутилась около стола и, налив в бокал вина, практически насильно запихнула его в руку Моники. Изумлённо посмотрев снизу вверх, Моника и возмутиться не успела, как Мишель заставила её выпить бокал до дна.

Через пару минут она вновь смотрела на нас затуманенным взором. Её боль притупилась. Гладя её по волосам, прижимая голову к своей груди, я думала о том, насколько бываю бесчувственной, когда стремлюсь к собственной цели.

— Помогите мне лечь спать, — пролепетала сонным голосом Моника, и мысли выветрились из головы.

Я смотрела на несчастную сестру, обнимающую меня, будто последний спасательный круг во вселенной. И она всеми силами должна его уберечь. Я улыбнулась и посмотрела на Мишель.

— Конечно, дорогая.

Утро ласково постучалось в окно. С минуту я глядела в потолок, залитый солнечными лучами, собиралась с мыслями.

Откинула одеяло, села и спустила ноги на мягкий палас. Нужно было действовать прямо с утра. Возможно, мне удастся спасти чью-то жизнь?!

После бодрящего душа я натянула тёмно-синее платье с отделкой черным кружевом, надела повседневные туфли и накинула чёрный плащ. Заколола волосы на затылке и, крадучись, спустилась по лестнице, боясь разбудить сестёр.

Наплевав на холодный ветер и неприятную морось, отправилась пешком в пекарню, принадлежавшую Саммер Джоунс. Опрошу работников, заодно порадую сестёр свежей выпечкой.

Прошла улицу до перекрестка, свернула направо, миновала ещё четыре дома, перебежала дорогу и оказалась перед магазином-пекарней «Сласть». Одноэтажное здание с белым фасадом и овальными окнами. Кованую крышу крыльца украшали металлические завитки и рогалики, припорошенные белой краской.

Я толкнула деревянную дверь, звякнул колокольчик над головой. Воздух наполняли ароматы корицы и ванили, соблазняли запахи свежеиспечённого пирога и хлеба.

Здесь можно было приобрести изделия домой или попробовать за чашечкой кофе, которую подавали на месте улыбчивые работники. Персонал магазина составляли в основном феи. Из-за невысокого роста их легко спутать с подростками.

Переступив порог, в первое мгновение я испытала лёгкий шок — вся мебель была низкая, точно для детей. Решив, что начну со слоёной улитки с клюквенной начинкой, я вошла в пропахший пряностями хлебобулочный рай.

Вдоль окна стояли затейливые столики на резных ножках и мягкие зелёные диванчики. Энергичные работники в белоснежных накрахмаленных передниках с рюшами носились от прилавка к прилавку.

Я прошла вдоль стойки и остановилась около единственного свободного места. Очередь за пышками и плюшками начиналась от дверей, но если посетитель желал перекусить в кафе, то ему следовало занять отдельную очередь.

Забравшись на причудливый стул, я долго ёрзала, устраиваясь удобнее, а потом сняла плащ и сложила руки перед собой. Из-за шкафчиков выглядывала перегородка, разделяющая пекарню от основного зала, и было слышно, как скворчит масло, и гремят посудой повара.

Томясь в ожидании продавца, я приступила к изучению местного контингента. Справа от меня сидел тучный мужчина в сером шерстяном пальто. Его шею обвивал в несколько оборотов клетчатый, серо-зелёный шарф. Редкие светлые волосы аккуратно прилизаны, в толстых стёклах очков в серой оправе отражались переливы гирлянд.

Неопрятные, потёртые брюки, заляпанные масляной краской…. Художник Люцио — человек, странноватый дядечка с бегающими поросячьими серыми глазками и дурацкой манерой бухтеть под нос. Пристрастие к подглядыванию он неумело скрывал, прячась за прошлогодней газетой, которая всегда была при нём — торчала из кармана пальто.

Слева — сухонькая старушка со сложной конструкцией на голове, состоящей из перьев, разноцветных клочков ткани, меха и соломы. Сиреневое простенькое платье, перетянутое чёрным ремнем на талии. Миссис Хэйзи Кросс — местная учительница на пенсии и… человек. Некоторые люди не сторонились нас, магов, и с превеликим удовольствием селились по соседству. То ли чудиков притягивало всё странное, то ли они магов считали за «своих».

Держа прямо спину, миссис Кросс отпивала из чашки, а когда ставила на стол, то её сморщенные губы складывались трубочкой. Седые, почти белые волосы скручивались в пучок на затылке и были прикрыты «дизайнерской» шляпкой.

Отвернувшись, я окинула беглым взглядом очередь у кассы, где взмыленная продавщица с неимоверной скоростью упаковывала купленные изделия в белые бумажные пакеты.

«Откусите ломтик — узнайте, каково волшебство на вкус» — слоган заведения, выбитый ярким каллиграфическим шрифтом над прилавком. Я знала, как выглядит изнанка магии, и никакими пирогами не заманишь её пробовать. Но булки, изготовленные по рецептам Саммер, были действительно хороши.

Пока я разглядывала и запоминала лица завсегдатаев заведения, мимо пронеслась вторая продавщица с подносом в руках. На нём высились аккуратной горкой печёные булочки. Поставив его около кассы, она обтёрла руки о специально приготовленную тряпочку и мельком оглядела зал.

Её взгляд замер на мне. Не успела я насторожиться, как передо мной возникла юная фея с озорным рыжим хвостиком и яркими веснушками. На её лице застыло заученно-приветливое выражение. Я улыбнулась ей такой же дежурной улыбкой.

— Доброе утро. Я бы хотела чашечку кофе и слоеную улитку.

Дослушав, она кивнула и испарилась. Я только рот разинула от неожиданности. Если бы художник и учительница ретировались с той же скоростью, было бы просто прекрасно. Но, к сожалению, они оба повторили заказ, так что чашки кофе мне будет маловато.