Чтение онлайн

–  Рад, что поспособствовал Вашему прозрению, сударыня.
– Принц Аргора сделал приглашающий жест: - Продолжим путешествие?

–  Почему ты просто не перенесёшь нас в Дарру?
– холодно спросила Берта и ткнула пятками бока коня, заставив его шагать рядом с Ветерком.

–  Отдыхаю в обществе смазливой девицы, - ехидно бросил в ответ Марвин.

Графиня искоса взглянула на джирмийца:

–  Хам!

Ярость полыхнувшая во взгляде принца Аргора парализовала Берту. 'Убьёт', - запульсировало в голове. Графиня невольно съёжилась в седле, мечтая провалиться сквозь землю.

–  Ты абсолютно верно боишься, мамуля, - плотоядно оскалился Марвин.
– Ты даже не представляешь, с каким удовольствием я свернул бы твою изящную шейку. Нет-нет, лично к тебе я претензий не имею, но досадить твоему ненаглядному братцу - моя заветная мечта.

–  Так чего же ты ждёшь? Убей, - зло выдавила Берта.

–  Рано! Но принц Аргора умеет ждать. Понадобится, я жизнь положу, но увижу гниющий труп Бернара!
– рявкнул Марвин и ударил коня графини по крупу.

Конь рванул с места в карьер, и, чтобы удержаться в седле, Берта вцепилась в густую гриву. Мысли о любви и семье напрочь вылетели из головы: 'Великий Беркут!
– причитала она.
– Сделай так, чтобы я успела. Бернар должен убить эту мразь!'

Марвин расстроено посмотрел в спину графини: 'И зачем? Зачем я сорвался?' Он сосредоточился, намереваясь стереть Берте память, и согнулся пополам от дикой боли. Клеймо опалило кожу свирепым огнём, в затылок вогнали стальной гвоздь, сердце забилось, как молот о наковальню.

'Немедленно возвращайся!' - прозвучал в голове требовательный голос, и Марвин сдавлено застонал: он никак не думал, что с помощью клейма предводитель способен причинить столь зверскую боль.

–  Я сделаю всё, как надо, сударь, - прошептал принц и вместе с Бертой оказался перед Даррийским дворцом.

От неожиданности графиня рванула повод, и конь встал на дыбы. Женщина испуганно закричала и наверняка рухнула бы на землю, если б не подбежавшие к ней джирмийцы. Кошки успокоили взбесившееся животное, помогли Берте спешиться и, как один, уставились на Марвина.

Боль не отступала, но принц Аргора усилием воли заставил себя выпрямиться и посмотреть в лицо товарищам.

–  Ты часом не ранен?
– нахмурился рыжебородый Сэт.

–  Нет.
– Марвин мягко спрыгнул на землю, передал Ветерка конюхам и с насмешливым поклоном подал руку бледной и испуганной графине: - Идёмте, сударыня, император ждёт Вас.

Берта неприязненно поджала губы, оперлась на руку Марвина, и они стали подниматься по полукруглой мраморной лестнице. Кошки недоумённо смотрели им вслед: с джирмийским принцем было что-то не так.

Нормиус и Томакиус пребывали в панике. С Леопольдом было что-то не так.
– время близилось к полудню, а глава клана не просыпался. Совы подносили к его носу пахучие травяные смеси, капали в рот бодрящие настойки - безрезультатно. Лео Моргенштерн вдыхал крепкие ароматы, проглатывал горькие капли и посапывал, сладко и покойно, как новорожденный. Обессиленные друиды оставили, наконец, потуги разбудить прощелыгу и стали обречённо ждать, кто появится в спальне раньше - кошки или попрошайки. Впрочем, для Нормикуса и Томакиуса итог всё равно был бы плачевным. Друидам ни за что не доказать, что они не имеют отношения к беспробудному сну Леопольда…

А Лео блаженствовал. Он бодро шёл по цветущему летнему лугу с высокой янтарной травой, останавливался, срывал яркие, красные и синие цветы, втягивал ноздрями нежные, головокружительные запахи и шёл дальше, не задумываясь, куда и зачем. Полыхал расплавленный золотой круг солнца. В сочном голубом небе кружили пёстрые громкоголосые птицы. Стройный птичий хор ублажал слух, аромат цветов пьянил, золотой свет ласкал кожу, и прощелыга вдруг испытал странное чувство узнавания.

–  Я был здесь, - прошептал он и остановился.

Звуки, запахи и ощущения тотчас притупились. Леопольд вертел головой, напрягал память, но воспоминания ускользали, обдавая душу острым, как жгучий перец, разочарованием. Расстроенный маг опустился на траву и обхватил голову руками.

–  Не переживай, - прозвучал за спиной мелодичный женский голос, и Лео испуганно оглянулся.

Он не ощущал чужого присутствия, однако, словно насмехаясь над его магическим даром, рядом стояла высокая худая женщина в лёгком цветастом сарафане. Болезненно костлявые плечи окутывала белая ажурная шаль.

–  Кто ты?

–  Это твой сон, маг. Значит, имя моё ты знаешь.

Леопольд поднялся и напряжённо вгляделся в узкое, безупречно гладкое лицо, обрамлённое светло-русыми вьющимися волосами. Лицо, подёрнутое дымкой потерянных воспоминаний. Незнакомка повела костлявыми плечами, точно ей стало холодно.

–  Замёрзла?
– удивился маг и осторожно коснулся тонкой изящной руки. Солнце пекло нещадно, по спине Лео струился пот, а рука незнакомки была холоднее льда.

–  Я пришла без приглашения, - вздохнула женщина.
– Согрей меня узнаванием, Лео.

Багряные пухлые губы дрогнули в улыбке, и у прощелыги захватило дух. Он порывисто обнял незнакомку, прижал к груди и с любовью взглянул в студёные бледно-зелёные глаза. Сердце отчаянно заколотилось, виски кольнула сладостная боль.

–  Агата, - выдохнул маг и лёгким поцелуем коснулся мягких русых волос.

–  Ты делаешь успехи, милый.
– Женщина кротко улыбнулась, провела кончиками пальцев по щеке Леопольда и вздохнула.

Гладкая атласная кожа потеплела, на щеках появился румянец, студёные глаза ожили и приобрели густой травяной оттенок. Бледная, болезненная Агата стремительно преображалась в полнокровную стройную красавицу, какой её помнил Леопольд. Однако вместо радости маг испытал ужас. Обрывки воспоминаний, внезапно пробудившихся в сознании, заставили прощелыгу отшатнуться.

–  Но ты умерла! Я слышал, как шептались попрошайки.
– Лео запнулся и растерянно почесал лоб.
– Или это было в Аксиме? Кажется, об этом говорил Фридрих…

–  Не отвлекайся, милый.
– Агата настойчиво дёрнула мага за рукав.

–  Говорили, что ты упала с лошади… или с крепостной стены?
– Леопольд отчаянно тёр лоб, точно хотел протереть в нём дыру.

Лицо женщины стало обиженным.

–  Я была глупа и болтлива, как попрошайка, за что и поплатилась. По замку поползли слухи, и муж поверил. Он даже не поленился съездить в Шеву. Не знаю, кто проболтался, но Пальрик сделал заказ. Меня убил джирмиец, Лео.
– Агата скрутила пальцами край шали.
– Но месть здесь ни при чём, милый. Я хочу помочь тебе.

–  Мне?

–  Да. И Элларду.

–  Наш сынок прекрасно справляется сам!
– отрезал прощелыга и разжал объятья.
– Эл стал джирмийцем, Агата.

–  Знаю, милый. Он намерен убить предводителя, и ты должен остановить его.

–  Эл не будет меня слушать. Если кто и способен повлиять на него, так это Марвин. Раз ты мертва и разгуливаешь по снам - отправляйся к нему!

Агата укоризненно качнула головой:

–  Ты стал трусом, милый.

–  Не смей так говорить! Ты ничего обо мне не знаешь!