Чтение онлайн

–  В самом деле?
– загадочно улыбнулась женщина, и Леопольд ошарашено замер:

–  Ты не Агата.

–  Конечно нет.

–  Кто ты?

Волосы незнакомки потемнели, глаза превратились в тёмно-красные угольки:

–  Вспоминай, милый.

Леопольд побледнел и затрясся, как студень. Он не хотел, не желал вспоминать, потому что испытывал непоколебимую уверенность в том, что воспоминания перевернут его жизнь с ног на голову. А ведь Лео уже начал привыкать к новому положению и почти смирился с клеймом на плече…

–  Торопись, милый, - настойчиво произнесла женщина и нетерпеливо тряхнула смоляными волосами.
– Я не хочу принуждать тебя, иначе потом ни один друид не сможет вернуть тебе рассудок. Постарайся вспомнить сам, Лео.

Кончик языка аксимийца пробежал по сухим, как береста, губам:

–  Подскажи. Мне нужна зацепка.

–  Мы никогда не встречались наяву, милый.

–  О, великий Свет!
– выкрикнул Леопольд и в порыве иступлённого благоговения рухнул на колени: - Джирма!

Женщина радостно рассмеялась, подпрыгнула, крутанулась в воздухе так, что подол сарафана мазнул мага по лицу, и опустилась на янтарную траву огромной чёрной кошкой.

–  Здравствуй, милый.

–  Джирма… - со счастливым лицом повторил Леопольд, и в уголках его глаз запрыгали морщинки.

Кошка усмехнулась, наклонила голову и шершавым языком лизнула щёку мага. Оцепенение покинуло прощелыгу, сознание прояснилось, и он отчётливо, до мельчайших подробностей вспомнил первую встречу с Джирмой…

Это случилось в ту самую ночь, когда воспользовавшись отсутствием мужа, Агата впустила Лео в свою спальню. В ту самую ночь, когда был зачат Эллард. Красавица-аристократка оказалась так бойка и изобретательна в любовных утехах, что вымотала прощелыгу до крайности. Лео настолько устал, что предпочёл рискнуть и остаться в постели Агаты до утра. Любовники задремали в объятьях друг друга, и именно тогда прощелыга оказался на янтарном лугу.

Так же ярко светило золотое солнце, с упоением выводили рулады птицы. Испытывая бесконечную радость, маг уселся на траву и подставил лицо жарким, но ласковым лучам. Он и в тот раз не почувствовал чужого присутствия. В какой-то миг солнце заслонила тень, и прямо перед Лео появилась - Кошка. Смоляная шерсть лоснилась, отливала мелкими серебристыми искрами. Длинный хвост скользил вправо-влево, приминая траву и ломая стебельки цветов, пронзительные золотые глаза испытывающе осматривали мага.

–  Я Джирма.

–  Но я думал, что это сказки… - вмиг растеряв обычное красноречие, пробормотал Леопольд и потрясённо замолчал, запоздало осознав, что перед ним Душа Аргора.

Кошка легла на бок, расслабленно вытянула лапы и промурлыкала:

–  Я наблюдала за тобой, аксимиец. Ты не такой, как остальные белые маги. Свет аксимийского учения не замутнил твоего рассудка и не лишил способности рассуждать здраво.
– Джирма помолчала, хитро прищурила глаза и спросила: - Ты ведь не хочешь возвращаться в родной Центр, не так ли, Лео?

Прощелыга смутился. Он никому не рассказывал о горячем желании послать Брука с товарищами куда подальше. Кошка же высказала его желание вслух, и оно усилилось десятикратно. Бедный Леопольд мысленно ахнул, на секунду представив, что возвращается в Аксиму и вновь становится рядовым преподавателем. И это после стольких приключений, после обретения внутренней свободы, после осознания значимости собственного дара…

–  Не хочу, - замотал головой Леопольд и очень тихо добавил: - Но аксимийцы рано или поздно найдут меня.

–  Скорее всего.
– Джирма положила голову на передние лапы.
– Однако выход есть. Если ты пойдёшь по пути, который укажу тебе я, то обретёшь свободу. Полную и безоговорочную. Ты сможешь разгуливать по Мирам, Лео, и делать, что пожелаешь, и никакая Аксима тебя не остановит.

Леопольд приглушённо вскрикнул, и его глаза расширились от ужаса:

–  Ты хочешь сказать…

–  Именно, мой милый маг. Я собираюсь покончить с белыми магами Аксимы.
– Джирма насмешливо посмотрела на прощелыгу.
– Думаешь, что аксимийцы забыли о поражении в Аргоре?

–  Прошло столько лет.

–  Да, немало. Но я всегда знала, что когда-нибудь они вернуться. И в последние годы это чувство становится всё острее.
– Кошка неожиданно села, взглянула на золотое солнце, и голос её зазвучал сухо и ровно: - Я собираюсь нанести удар первой, и ты поможешь мне, Лео.

–  Как?
– Прощелыга судорожно сжал кулаки. На мгновение перед его глазами встали сообразные парки и сады Центра, ровные гравиевые дорожки, белые прямоугольники студенческих корпусов. Но Лео решительно отогнал воспоминания и вперил пылающий взгляд в Кошку.

–  Вижу, ты согласен, - удовлетворённо кивнула Джирма.
– Тогда слушай, мой милый маг. Я не прошу многого. Кути и веселись. Твоё прозвище стало притчей во языцех, так что не стоит разочаровывать аргорцев. А когда я подам знак, ты нападёшь на Даррийский дворец.

–  Это самоубийство!

–  Ничуть. Для прощелыги, единственного в Аргоре мага, способного перемещаться, это лишь забава. Выходка, которая разбудит моё сонное царство.

–  Но, если я ворвусь во дворец, император поставит на ноги весь Аргор!

–  Именно.

–  И мне придётся уйти!

–  И ты уйдёшь. В Аксиму.

Маг-прощелыга отпрянул от Кошки и испуганно заморгал:

–  Меня зомбируют!

–  Ты не доверяешь мне, Лео?
– Джирма надменно выпрямилась и громко произнесла: - Клянусь своей вечной сущностью, что если ты поможешь мне, Леопольд Моргенштерн, я сделаю тебя свободным!

Аксимиец нервно поёжился, потёр ладонями плечи, словно ударил мороз, и покорно склонил голову:

–  Я принимаю твою клятву, Джирма, и, в свою очередь, клянусь беспрекословно выполнять твои приказы.

–  И я принимаю твою клятву, Леопольд Моргенштерн, - промурлыкала Кошка и лизнула мага в щёку.
– Не бойся, у тебя всё получится. Ты сделаешь всё, как надо, Лео…

Прощелыга вырвался из объятий воспоминаний и посмотрел на Джирму:

–  Я вспомнил. Я всё вспомнил…

–  Замечательно, Лео.
– Кошка обвела золотыми глазами цветущий луг и жадно втянула ноздрями свежий воздух.
– Аксима разрушена, и я готова отпустить тебя, мой милый маг. Почти готова. Осталось совсем чуть-чуть. Ты должен сохранить для меня касту, а потом мы исполним пророчество, которое ты произнёс, уходя из Аргора.