E-Mail - белая@одинокая
Шрифт:
– Ты!
– Да, и через вторник буду сидеть дома: врублю телевизор, выключу свет, расслаблюсь и отдохну. Неплохо, да?
– Ну, тогда ладно.
Вид у нее был смущенный. Хорошо. Хотя вообще-то я не могу играть в такие игры.
– Вру.– Я вздохнула.– Нечего мне делать вечером по вторникам. Даже телевизор смотреть не собиралась. Ясно? Но это все пустяки.
– Это не из-за того, что у меня есть парень, а у тебя нет?
– Нет. Не из-за этого.
– Ну, тогда приходи в "Женский кружок".
– Ох...– Я сама почувствовала, что вот-вот сдамся. В смысле - вреда не будет, верно? Даже Пол туда идет. И вдруг там окажется кто-нибудь с анорексией. Мне же понадобятся цитаты для брошюры? А этот кружок наверняка кишит людьми, у которых проблемы с питанием. Или это у меня опять стереотипы?
– Ты за мной не заедешь?– умоляюще произнесла я.
Глава сорок первая
Две недели спустя, когда Пол вернулся со своего рафтинга, а Джоди с Диди - из Байрон-Бэй, я готовилась к своему первому визиту в "Женский кружок".
Прежде чем выйти из квартиры, я включила автоответчик и сделала то, о чем давно мечтала.
Я оставила всему миру сообщение, что этим вечером буду в "Женском кружке" в Паддингтоне, а вечером в среду - на занятиях по карате в Ньютауне. Между прочим, действительно так - когда заплачу деньги.
– Захвати одеяло и оденься во что-нибудь удобное, - посоветовала Хилари по телефону. Я застонала.
– Так и знала! Мы все уляжемся на пол, и это будет так непринужденно и мило. И какая-нибудь стодвадцатикилограммовая корова усядется на меня и раздавит в лепешку.
– Прекрати. Заедем за тобой в семь. Поведет Диди.
Было слишком темно, чтобы как следует разглядеть фургон, но Джоди заверила меня, что после аварии его покрасили заново. Очутившись на заднем сиденье, я опять вспомнила те злополучные выходные. Открыв окно, смотрела, как мимо мелькают огни Ньютауна.
– Спасибо, что присоединилась, - крикнул Пол.
Я удивленно посмотрела на него.
– Думал, что буду единственным новеньким, - добавил он.
Я улыбнулась в ответ. Он действительно один из нас, этот Пол. И наверное, во многих отношениях - если собирается в "Женский кружок".
Народу стягивалось изрядно. Я с тревогой высматривала еще какой-нибудь фургон, с личностями вроде Джоди и Диди. Но здешняя стоянка мало чем отличалась от парковки возле супермаркета. И женщины были такие же, какие ходят в супермаркеты. Нормальные. Болтают друг с другом. И никаких марлевых штанов.
Мы вошли в здание - это была одна из тех старых школ, которые оборудовали под культурно-спортивный центр. Когда мы проходили по коридору, Пол как бы в знак приветствия побарабанил костяшками пальцев по одной из дверей.
– Здесь собиралась их группа по рафтингу, - пояснила Хилари.
Мы занимались в просторной комнате с жутким оранжево-бурым ковром годов семидесятых. На стене висела белая доска с нарисованным на ней синим кругом: внизу красовалась надпись "ЖЕНСКИЙ КРУЖОК". Из-за ламп дневного света лица казались слегка землистыми.
Все расположились кругом, и мы тоже заняли свои места. Джоди - с Диди, Хилари - с Полом, а я - рядом с невероятно красивой женщиной.
– Меня зовут Джорджия.– И она улыбнулась.
Занятия начались. К моему немалому изумлению, руководителем оказалась Джорджия.
– Руководители меняются каждую неделю, по очереди, - шепотом объяснила Хилари Полу. Тот посмотрел на меня - все ли я слышала.
Первым делом Джорджия притащила из коридора большую зеленую корзину для мусора и поставила ее под доской. Кудрявая девчушка в рабочих штанах из саржи послушно поднялась со своего места, подошла и, вытащив изо рта резинку, выбросила ее в корзину.
Комната взорвалась смехом.
Мы с Полом переглянулись. Это что?
– Корзина здесь, - пояснила Джорджия, все еще посмеиваясь, - и для резинок, и вообще для всего, что вы принесли сюда. Я хотела бы поприветствовать новых людей в "Женском кружке"...– Пол просиял, а я уставилась себе под ноги....как, разумеется, и всех остальных. В общем... Она перестала улыбаться.– Эта корзина - часть нашего сегодняшнего занятия.
О нет, подумала я, если с тобой дело плохо, они и тебя туда засунут.
– Как руководитель этого занятия предлагаю каждому выбросить свой хлам.
Диди издала одобрительный возглас.
– Под хламом я подразумеваю, - продолжала Джорджия, ответив на этот возглас легкой улыбкой, - все, что мешает вам жить. Всех людей, которые вам в этом препятствуют. Все предрассудки. Все обстоятельства. Словом, все, что осточертело.
Становилось холоднее. Хорошо, что Хилари сказала мне насчет одеяла пусть даже это старое одеяло Роджера, в которое я к тому же заворачивала еще и Билла.
Джорджия пустила по кругу пачку бумаги и ручки.
Я взяла листок и ручку и передала все Полу. Он сразу же начал что-то писать. Умный, гад. Но я заметила, что в его листок заглядывает Хилари.
Вскоре все женщины в комнате задумчиво грызли ручки, что-то записывали и вычеркивали.
Я уставилась на свой чистый лист бумаги. Как будто снова попала в кампанию "Сухие завтраки". Спасите.
Пол оторвался от листка и улыбнулся.
– Ничего в голову не приходит?
И я уже готова была сказать, что действительно не приходит - по крайней мере, в этой комнате, - и тут же придумала пятьдесят восемь пунктов.
Что там говорил мне отец? "Виктория, нельзя все время искать совершенства. Его не существует. Просто найди хорошего парня, с которым ты будешь счастлива, и бла-бла-бла".
И что там говорила мама? "Мужчины вроде автобусов - если стоять достаточно долго, какой-нибудь рано или поздно подъедет".
И я записала первый пункт, заглавными буквами: КНИЖКИ СО СКАЗКАМИ.
После этого меня было не остановить. И Грег Дейли, и Энтони Андерсон, и Джейми Стритон. Смешная женщина в вонючей комнате с тремя щетками для унитаза. Дэн. (Придется попросить у соседки еще один листок.)