Чтение онлайн

Примерно так. С поправками на личные вкусы. Скажем, я знаю одного человека, много лет успешно проработавшего на ниве слияний и поглощений. Он слил и поглотил, кажется, все уже в этой стране. И когда из непроданного осталась разве что собственная мама, он бросил работу, продал пай в успешном деле и отправился в путешествие вокруг света. Длиною в год.

Собственно, он и до сих пор, кажется, не остановился. Последний раз я слышал, что он собирается временно поселиться то ли в Брази 1 Агротуризм - туристическое течение, возникшее в 50-е годы. Его адепты селятся в фермерских домах и пытаются заниматься крестьянским трудом: доить коров, делать сыр или полоть сорняки. лии, то ли в Уругвае. Остановиться, передохнуть. И двинуть дальше. В Камбоджу или Вьетнам, на столь же временное ПМЖ.

Дауншифтеры случаются не только среди винтиков корпоративного механизма. Вершины финансовых айсбергов и промышленные магнаты тоже подвержены этому вирусу. И если нижние чины хотят освободиться от воли высших, то высшие часто бывают так перегружены ответственностью за низших, что тоже не прочь сбросить с себя этот груз.

Есть масса примеров больших миллионерских чинов, ушедших от мира акций и облигаций в ашрамы и волонтеры «Гринписа». Эта тема, кстати, не нова. Миф о миллионере-изгнаннике активно используется в кино. Да, собственно, едва ли не половина христианских святых, по сути, не кто иные, как дауншифтеры.

Дауншифтинг - тоже своего рода религия. Это откровение современного человека о том, что все в жизни можно исправить. Что у каждого в жизни может быть своя цель и предназначение. Что общество не всегда право, навязывая свои приоритеты. Что семейное счастье может значить больше общественного статуса. И вообще - есть вещи, которые нельзя купить. И можно жить в мире без Master Card.

Раньше такой взгляд на вещи, бесспорно, выглядел пораженческим. В обществе доминировали вполне дарвинистские понятия об успехе. Надо побеждать, надо преодолевать, лезть по головам на вершину карьерной лестницы. Успех ассоциировался с количеством - больше денег, больше власти, больше, больше, больше.

Постепенно, однако, в головах людей, которых призывают лезть на карьерную гору, зреет понимание, что количество мест на этой горе ограничено. Как в языческом пантеоне - богов может быть много, но не больше, чем дней в году. Иначе однажды придется поклоняться сразу двум богам, а это неудобно.

Вертикаль - архаичный взгляд на устройство общества и экономики. Актуальный способ смотреть на эти вещи как на плоскость. И на смену победе в общем зачете приходит доктрина первенства в одной из многочисленных ниш.

Лучше быть первым в галльской деревушке, чем последним в Риме. Это искусство жить, позаимствованное у одного из римских цезарей, торжествует сегодня в планетарной экономике. Думай глобально, действуй локально. Мир един, но для выживания он должен быть многополя-рен. И чем больше у него будет полюсов, тем лучше.

Из этих тезисов родилось соображение о том, что успехом может являться также и сознательный отказ от успеха.

Человеческое сознание устроено так, что ему обязательно иметь где-то, хотя бы на периферии, спасательный круг альтернативы. У человека должен быть выбор. Выбор, который он делает сам, а не тот, который сделан за него.

Для того чтобы сделать этот выбор, нужна сила. Нужна воля. А воля и сила всегда пользовались почетом в городе и мире.

Собственно, поэтому дауншифтинг вызывает такое живое одобрение и интерес. Сильные люди вызывают симпатию. Разве не обаятельно, что человек мог и дальше идти по головам, но взял - и не пошел? Конечно, обаятельно. Я бы тоже так хотел, но не хватает смелости.

Разумеется, дауншифтинг едва ли станет настолько массовым явлением, чтобы разрушить корпоративное устройство мира. Все-таки соблазны карьеры, больших денег, власти и проч. неистребимы. Но как проявление здоровой и почетной альтернативы он еще сыграет свою роль. Сам я едва ли подамся в дауншифтеры, но, как писал по другому поводу Бродский, приятно произносить «пора бы».

Путешествия - форма массажа. Мышцы, которые у человека отвечают за воображение, точно так же, как какой-нибудь трицепс, становятся рыхлыми и квелыми, а то и начинают деревенеть, если их хотя бы время от времени не подвергать хорошенькой встряске. Уже одна смена географии имеет колоссальное терапевтическое значение. А сколько внутри каждой точки земного шара целительных нюансов, сколько разнокалиберных оттенков и полутонов.

Вот вы, допустим, приехали в город Париж и, для примера, остановились там в гостинице Plaza Athenee1. Конечно, вы могли бы и не приезжать в Париж, потому что с точки зрения вечности он ничем не лучше Конотопа. Но наша жизнь, увы, с точки зрения вечности - всего один день, а поэтому куда целесообразнее провести его все-таки в Париже, а не в Конотопе. Так вот, вы приехали в Париж, и, разумеется,

1 Plaza Athenee - пятизвездочная гостиница в респектабельном Шестнадцатом округе Парижа. Знаменита в числе прочего своим рестораном, которым управляет один из лучших поваров мира - Ален Дюкасс. никто не заставлял вас селиться в этой самой Plaza Athenee, потому что ведь есть же прекрасные двухзвездочные гостиницы в районе Северного вокзала, которые напоминают вам о той же вечности устойчивым запахом клопов и отсутствием кондиционера. Но вы тем не менее все-таки остановились в «Плазе». Потому что если ваша жизнь - это только миг между прошлым и будущим, пусть лучше этот миг пролетит под аккомпанемент тапера в тамошнем лобби-баре, где бутылка Cristal1 соревнуется в цене с годовым бюджетом города Кемерово, где пахнет свежей выпечкой из дюкассовского ресторана и где кажется, что все в жизни сложилось в такой виртуозный пасьянс, что самым неприятным в ней будет дымчатая перспектива авеню Монтень2.

В тот ранний вечерний час лета, когда галантерейные магазины уже закрываются, а уличные кафе, наоборот, открываются. И когда в воздухе одновременно пахнет колониальной водой и французской булкой.

Понятно, что все хорошие отели хороши по-разному. То есть у них имеются, конечно, общие приятные свойства вроде горячей воды, пуховых подушек и горничных, профессионально улыбающихся при виде залитого вами терпким

1 Cristal - разновидность шампанского марки Louis Roederer. Легко узна ется по специфической прозрачной бутылке и золотой этикетке. Символ сиба ритства и кутежа.

2 Авеню Монтень - улица с дорогими одежными лавками и гостини цами в Шестнадцатом округе Парижа. красным лангедокским постельного белья, но хорошими их делает все-таки не это. Человеческая память и человеческая симпатия - в отличие от справки БТИ и параметров International Rules of Hospitality1 - звери, устроенные очень прихотливо. Они могут молчать, когда их бьют по кумполу пудовым бревном, и без умолку тараторить, когда их дергают за самые эфемерные нитки.

Я вот, например, совершенно не помню, какой выдающейся разновидности был в Plaza Athenee шампунь и сколько каналов принимал тамошний телевизор. Но зато я прекрасно помню, как в одно из первых январских утр к нам с женой в номер принесли пирог из тонкого и хрупкого, как зимнее утро, слоеного теста. К пирогу прилагалась записка, в которой объяснялось, что есть эту штуку в начале января - это старый французский обычай. И что помимо деликатного вкуса в этом пироге есть такой фокус: кто найдет спрятанного в нем маленького фаянсового слоненка, тот станет roi de jour - королем дня. И я прекрасно помню, как радовалась моя жена, найдя среди месива теста и джема этого дурацкого слоненка, и как я говорил, что если бы этого слоненка нашла не она, а я - все равно в нашей семейной иерархии это ни 1 International Rules of Hospitality - кодекс, по которому классифицируются многие международные сети отелей. чего бы не изменило, ведь и ежу понятно - кто у нас король, а кто непонятно кто.

Пирог был, разумеется, бесследно съеден, и не сказать, что я сегодня, как памятливый Марсель Пруст, смогу поделиться с вами со всеми нюансами его запаха и вкуса. Зато если меня спросят: а есть ли в Париже хорошие гостиницы?
– я отвечу: да, есть, вот, к примеру, Plaza Athenee.

Но, допустим, вы провернули этот фокус с Plaza Athenee уже три раза, и вот тут-то начинается самое интересное. Во-первых, вы обнаружили поразительное свойство жизни продолжаться, а во-вторых, вы, возможно, даже с недоумением убедились, что Plaza Athenee, вошедшая в привычку, уже не вызывает той же живости эмоций.