Эфирия Конец Эпохи
Шрифт:
— Как нам это сделать? У него много охраны и обитает он далеко от нас, наверное, где-то в глубине людских поселениях, в каком-нибудь замке или укрепленном городе.
— Мы с тобой сотворим нечто новое. Я помогу тебе, направляя твою силу так, чтобы с твоей помощью создать из призраков новых существ.
— Я всегда готов, а что это будут за существа?
— Это будут призраки, которых мы наделим энергией.
— Что? Маги-призраки?
— Ну, что-то похожее, я только в теории представляю, как оно будет выглядеть, но если я не ошибся, то они смогут незаметно подобраться к нужной цели и прикончить ее.
— Я готов приступить к работе, учитель, а призраков мы не сможем никак использовать в этом деле?
— К сожалению, нет. Нам нужна скрытность, а как ты знаешь, призраки не могут становиться невидимыми. Призраки могут исчезать, посещая мир духов, и возвращаться в наш мир. Души, заклейменные черной магией или по другим обстоятельствам существующие в материальном — то есть нашем — мире, не воссоединяться без своего желания с мертвым миром. Конечно, в свете дня они почти невидимы, могут проходить сквозь препятствия…
— Только они сильно следят, — подхватил Азур, — оставляя свою слизь.
— Именно, это ведь их единственная материальная оболочка, состоящая из эмоций, без этой оболочки, они не могли бы существовать в материальном мире. Хотя призраки могут брать под контроль, хоть и не на долгий срок, чужие тела, им не по плечу эта задача. И они уничтожимы, несмотря на то, что это сложно из-за их бесплотности. Допустив разрушение оболочки до тех пор, пока они не смогут восполнять ее, они теряют единственную привязку к материальному миру и уже безвозвратно отправляются в мир духов.
— А если бы мы направили целую армию призраков, которые бы легко могли миновать любые препятствия, чтобы настигнуть свою жертву?
— Как ты знаешь, Азур, каждый проход через препятствия, контакт с любым материальным объектом так же заставляет призрака терять свою оболочку, выражающуюся в нашем мире в виде слизи, а проход через десяток стен сразу просто уничтожит их, да и мы же не хотим развязать войну между нами и людьми. Такая масштабная атака даже в случае успеха может объединить остальных против нас. Необходимо тихо устранить человека, на котором завязано их государство, а потом пусть люди сами начнут делить и грызть свою страну.
— Да, тогда людям будет не до нас.
— Правильно, и нам никто уже не будет мешать заниматься нашим искусством.
Отправившись в небольшой каменный склеп на окраине владений, прихватив с собой пару призраков, Азур под руководством Нергала стал практиковаться в создании нового существа. Они пытались наделить обычных призраков новой силой, превратив их в опасное оружие.
Проведя за этой работой не один день, на основе результатов Нергал предположил, как теперь это можно будет воплотить в жизнь: он решил попробовать наделить призрака энергией через проклятие, которые обычно убивает смертных, но призрак — это другое дело, и наделение его своей энергией есть не оживление мертвой лошади или зачаровывание книги, ибо они полуматериальные создания, привязанные к миру духов.
Теперь пришло время для нового эксперимента. Нергал подозвал одного из призраков, который немного парил над поверхностью, его полупрозрачная белая оболочка на фоне серых кирпичей под слабыми лучами света переливалась голубоватыми тонами, во внешнем облике этого призрака можно было увидеть лысого мужчину с выколотым глазом, в полуразорванном медленно развевающемся плаще того же материала и цвета, что его тело. Вообще, призрак не имеет ни тела, ни одежды, а образ, который мы видим, — это всего лишь проекция его сознания, по неясным причинам имеющая именно тот вид, что есть. Возможно, это его посмертный вид или момент его жизни, связанный с сильным потрясением или ярким событием, которое сильно на него повлияло. Призраки могут изменять на короткое время свой внешний облик.
Руководя действиями Азура и только слегка корректируя его потоки энергии, направленные на призрака своими течениями силы, Нергал заметил, что стали проявляться первые плоды их работы. Черная волна энергии начала изменять призрака, этот черный дым, из которого с треском вылетали золотистые искры, стал напитывать призрака под его рев черной энергией, изменяя сущность этого создания. Когда Нергал прервал ритуал, они увидели, что призрак стал меняться. Сначала он стал чернеть, потом его стала поражать черная магия, словно гниль, разъедающая плоть, оболочка призрака стала меняться, выливая весь ужас темной силы наружу. Его оболочка почернела и стала испускать черный дым, голова приобрела вид изуродованного черного черепа, так же как и тело. В итоге получился парящий призрак в облаке черного дыма с довольно пугающей внешностью. Этих черных призраков станут звать тенями, среди их способностей будет такая, чтобы полностью становиться невидимыми и перемещаться в этом состоянии. Правда, с этим проклятием они потеряли возможность посещать мир духов. Тени не оставляют слизь в местах контакта с материальном миром, они могут просачиваться в любые щели, правда, проходить сквозь стены для них теперь проблематично. Из-за потери связи с миром духов они стали полностью самостоятельными существами. Не имея больше крупицы души в ином мире, тени обзавелись новой субстанцией, подобием души — иным сознанием, — выродив личность призрака, из которого он был рожден, которое пульсирует в груди черного дыма фиолетовым цветом, для которого проход сквозь материальный объект будет приравнен к его физическому уничтожению, а значит и смерти самой тени. Но возможность бесплотности отдельных частей тела “черных призраков” сохранились. Они способны поражать своих врагов энергией на расстоянии, проклиная их. Тени более не могут брать под контроль тела других существ, так как они уже не призраки, и не могут иметь какой-либо связи с сосудами для душ.
Азур ходил вокруг этого творения, подробно рассматривая его:
— Мы добились чего хотели, учитель?
— Я думаю, да, теперь нам надо узнать, на что способно это создание и подготовить отряд, чтобы воплотить в жизнь мой план по устранению людского короля. Азур, направь призраков во все углы королевства. Сначала нам нужно узнать, где найти короля.
Спустя некоторое время. Cеверо-восток королевства людей на Габилеоне.
Крайняя точка в этом направлении королевства людей, где река, позже прозванная Рубежом Инолии, делится на два притока, по которым и проходит граница королевства. За ней идут владения сумеречных эльфов, которые с каждым годом отступают все дальше на юг, оказываясь более не в состоянии отражать нападения людей, а еще восточнее уже начинаются Серые земли.
На этой реке, что раскидывает свои притоки, стоит один из замков, которые были основаны Инолией и где проводил большую часть своего времени король по неизвестным для многих причинам. Почти всё время с момента завоевание этих земель он находиться в Плачущем замке, при том, что он уже очень давно не бывал на своей родине. Конрад только получал еженедельные донесения о состоянии дел на своих землях, как на Габилеоне, так и за океаном на Ториноре, отписывая приказы и распоряжения, затянув свои планы по экспедиции на северный материк. Позже он совсем забросил эти идеи, полностью погрузившись в изучение коренного народа Эфирии — сумеречных эльфов, или как они себя звали: алаиши. Некоторые поговаривали, что в этом замке держат пленных сумеречных эльфов, которых за большие деньги скупают у наемников. Посторонним сюда вход воспрещен, там несут службу только проверенные люди короля, а работами в подвалах замка занимаются “красные монахи”. Их так прозвала стража из-за их отрешенности и нежелании с кем-либо общаться, хотя к монахам они не имели никакого отношения. Эти красные монахи ходят в одеянии в основном коричневых цветов, чтобы лишний раз не показывать свою внешность, прячась под накидками, но очень часто стражники видят на них следы крови, как на рукавах, так и на груди, причем эта кровь пурпурно-красного цвета.
Стояла тихая осеняя ночь. На этих землях имеет место сменяемость климата, и в зимнее время их покрывает снегом. На деревьях уже висели желтые листья, а к Плачущему замку приближалось десять теней. Паря над землей, они двигались довольно быстро, став невидимыми, они не встречали никакой преграды, чтобы проникнуть в замок незамеченными и выискать покои короля.
Три тени обнаружили на верхнем этаже основного замкового комплекса красивую дверь, которую охраняла пара воинов в тяжелых доспехах. Чтобы проверить это место, они не нашли другого способа, не привлекая внимания проникнуть, как просочиться через щель вверху, между дверью и деревянной балкой. Стоя прямо перед стражниками, будучи невидимыми, они ожидали момента, чтобы просочиться в эту комнату и обыскать ее. Когда один из стражей, стал потягиваться и бродить из стороны в сторону, чтобы немного размять затекшее тело, второй, облокотившись о стену, сначала моргал, борясь со сном, потом решил ненадолго закрыть глаза.
“Спать не собираюсь, только на минуту закрою глаза, чтобы они немного отдохнули”, — подумал он.
Выждав нужный момент, одна из теней стала просачиваться через верхнюю створку двери, приобретя облик черного дыма. Тот, что ходил по коридору, повернулся и увидел, как облако дыма проникает в покои короля, он хотел поднять тревогу, но его схватила сзади за голову другая тень, обнаружив себя, а третья атаковала его проклятием, от чего тоже стала видимой.
Пучок черного дыма с зеленой сердцевинной поразил незащищенные латами части тела стражника, отчего он упал. Услышав грохот от упавшего солдата в тяжелых доспехах, второй стражник очнулся и вынул меч из ножен, прижавшись к стене, заняв оборонительную стойку. Тени поспешили атаковать его, он размахивал мечом, зовя на помощь, но тени легко уворачивались от его атак. Одна тень попыталась атаковать его проклятием, но страж прикрылся щитом, о который оно разбилось, покрыв его легкой коррозией. Тут одна из теней получила удар мечом сзади, от которого ее прижало к полу с наполовину рассеченным телом, — это был первый стражник, который пришел в себя. Проклятие тени было намного слабее, чем мог наложить некромант.