Чтение онлайн

Их лица были искажены не столько ужасом, сколько стыдом и мучительным извинением — они будто просили у меня прощения за то, что попались в их сети. Это было невыносимее любой боли, которую готовил мне повелитель.

Адриана скользнула ко мне, и её холодные пальцы приподняли мой подбородок, заставляя смотреть.

— Неужто ты думала, что этот маленький чертенок способен защитить их от нас?

Я потянулась взглядом к Коде. Его держали в стороне, и по тому, как он отчаянно рвался, как в его обычно спокойных глазах бушевала беспомощная ярость, я всё поняла. Он боролся до конца. Он сделал всё, что мог. Прости, — шепнули мои глаза ему. Простите все.

— Чего именно ты хочешь? — Я резко дернула голову от ледяных пальцев Адрианы и посмотрела прямо на Повелителя. — Тебе ведь нужна только я, отпусти их.

— Не совсем так. В случае с мальчишкой, мне было достаточно одной тебя, поскольку твоя энергия великолепна. Чистейшая, неподвластная … Я должен был догадаться сразу, если бы не старый, хитрый хранитель.. всё бы давно уже закончилось. С этим миром было бы покончено.

Хранитель… Наверняка, он давно подозревал о предательстве Саларона. Но стоило ли это того, чтобы подвергать жизнь Сэма опасности?

— А они… — он ленивым жестом обвёл площадь, где Темные грубо удерживали моих родных, — … их энергия тоже имеет ценность. Зачем же мне отказываться от того, что уже само плывёт в руки?

Повелитель сделал шаг вперёд, и Адриана, как тень, отпрянула в сторону, склонив голову в подобострастном поклоне. Теперь между нами не было никого. Я чувствовала, как этот взгляд скользит по душе, словно лёд по коже, выискивая в ней последние проблески надежды, чтобы их погасить.

— Тебе будет достаточно моей энергии. Отпусти их, — выдавила я, с трудом разжимая окоченевшие губы.

— Ты предлагаешь сделку, не имея ничего для торга. Твоя душа и так уже здесь, в моей ладони. Они — тоже.

— Я предлагаю тебе более легкий путь. Ведь сопротивление отягощает энергию. Ослабляет её. А я… я отдам всё добровольно. Без борьбы.

— Убедительно, — признал Повелитель. В его голосе прозвучала слабая, но неприятная нотка удовлетворения.

Я нашла в себе смелость вновь поднять глаза к ним. К маме, чьи глаза отчаянно пытались отговорить меня. К папе, смиренно повисшему в руках тёмного. К моему маленькому братишке, которого мне так и не довелось по настоящему обнять. Здесь были и мои друзья, следом я заметила профессора Вейс, Велнора, Голдера и даже ректора. Но я не увидела здесь его. Сэма.

Я не заметила, как меня куда-то потащили. Не поняла, кто, не поняла, зачем … потому что в голове было лишь одно имя.

Один образ.

Одна судьба, которая была мне неизвестна. Сумел ли он сбежать или …

Нет. Отбросив леденящие душу мысли, я вдруг осознала, что стою перед атрионом, который кто-то уже успел активировать. Затем сильный толчок в спину подтолкнул меня вперёд. Чьи-то костлявые руки впились мне в плечи и резко дёрнули. Я не успела даже вскрикнуть, как полетела навстречу пульсирующему свету Атриона.

Исчез гул битвы, крики, смех Адрианы. Осталась только всепоглощающая тишина и боль внутри.

Отчаяние, которое повелитель жаждал испить, накрыло меня с головой. Проиграла. Не сумела их уберечь.

Неужели теперь моя жертва бессмысленна?

Неужели всё закончится именно так?

—Нет.

Я подняла резко голову. Темнота не рассеялась, но теперь в ней проглядывался силуэт. Он медленно приближался ко мне и я, наконец, смогла разглядеть его. Точнее себя.

Это была я.

Но не та…

Не та, что измученно дрожала перед Повелителем.

Не та, чьё сердце разбито и чьи мысли разорвались в клочья.

—Я — то, что ты отказываешься признавать, Эллаиза. —ответила она прежде, чем я задала ей этот вопрос.

— Что я… мы здесь делаем?

—Ты еще можешь все исправить.

— И как же?

—Прими меня. Доведи начатое до конца.

Я всматривалась в неё, словно в отражение на тёмной воде.

—Они не заслуживают нашей жертвы. Лишь гнева. Твоего гнева. Той ярости, что ты хоронила в себе, стараясь быть благородной, быть светом. Смотри.

Тени отступили, и я вдруг почувствовала под ногами холодный камень, а в ноздри ударил знакомый, забытый запах — воска, старого пергамента. Запах папиного кабинета.

Я стояла в центре круга, вокруг которого, плечом к плечу выстроились маги - совет Аэллума. И в этом же центре, прижавшись к моим ногам, дрожала маленькая девочка с глазами, полными слез. Это была я. Беспомощная, запуганная.

Не было необходимости возвращать меня в эти моменты, я и так помнила всё до мельчайших деталей. До самой мелкой крупицы.

Маленькая я смотрела на них с немой мольбой, с абсолютной, живой верой -они взрослые, они знают.

Я чувствовала ту наивную, разрывающую сердце надежду, что всё будет хорошо, если просто потерпеть. Чувствовала, как рушится хрупкий мир детской души, как доверие к миру превращается в пыль.

— Им было всё равно… В их глазах нет жалости, нет сострадания.

Голос в моей голове подливал масла в огонь, все больше раздирая мои раны.

— Всю свою жизнь ты пыталась доказать, что достойна света, которого они лишили тебя в тот день.

Видение растворилась, сменяясь другой картинкой. Тусклый свет в подвале, холодная сырость и смеющиеся лица адептов. Я прижата к стене, тело горит от свежих синяков, а губы солонят от крови и слёз. Их пальцы, грубо дергавшие за волосы, их голоса, полные презрительного веселья, глумившиеся над каждой моей слабостью, над каждой неудачной попыткой защититься.

—Посмотри, к чему привела твоя благородная сдержанность?

Вспышка!

И снова новая картина.

Холодный камень церемониальной площадки Академии, а вокруг — море безликих, осуждающих лиц. Ректор, оглашающий мой «приговор» перед всеми. Его безжалостная магия, уже сковывала меня, готовясь не просто наказать, а стереть, как позорное пятно.

—Видишь? — прошептал внутри меня тот же голос, но теперь он звучал как моё собственное, выстраданное дыхание. —Их свет — это ложь. Твоё благородство было для них Лишь доказательством твой вины. Верни всё, что у тебя отняли. Силу. Уважение. Будущее.