Чтение онлайн

Я перепробовал всё, что могло хоть на толику облегчить страдания. Древние ритуалы, заброшенные храмы, артефакты, созданные величайшими мастерами – всё было тщетно. Каждый бесполезный амулет, каждый сломанный оберег лишь усиливал мою ярость, напоминая о моей беспомощности перед этой всепоглощающей болью.

И вот, в порыве слепой, животной злобы, я не выдержал. Мой взгляд упал на один из "подавителей магии", очередной кусок бесполезного хлама. С диким, утробным рыком, я схватил этот проклятый артефакт и со всей силы швырнул его в стену. Раздался оглушительный грохот, и куски камня, смешанные с обломками подавителя, осыпались на пол.

— Сэмвелл, — раздался внезапно голос моей навязанной ассистентки. — Может мне позвать целителя?

Целителя…

То, что она застала меня таким слабым, таким ничтожным удвоило мою ярость.

— Что тебе здесь нужно? — прорычал я, не контролируя себя. — Кто дал тебе право вторгаться в мою личную жизнь? Кто разрешил тебе сюда входить?

Она отшатнулась, и я увидел страх в её глазах.

— Я услышала шум, — сказала она, отводя взгляд. — Я думала… я подумала, что что-то случилось. Что тебе нужна помощь.

— Случилось?! Да, кое что случилось! Но тебя это не касается. Это не твоё дело!

Я вскочил на ноги, нависая всем телом над маленькой, дрожащей неопределенной.

— Убирайся, — процедил, сквозь зубы. Лишь затем, чтобы она скорее покинула мою комнату. — Проваливай! Я тебя последний раз предупреждаю, Диггл… ещё раз ты осмелишься на подобное… Я не просто выкину тебя из академии, я тебя со свету…

Очередная волна боли накатила с новой силой, заставляя рухнуть обратно на пол. Я стиснул зубы, казалось, будто моя душа медленно, но верно выгорает под этим нечеловеческим давлением. Меня трясет, скручивает от боли, и я не чувствую даже тела.

Я не знаю, сколько ещё смогу удержаться… Не знаю…

Внезапно, чьи-то руки обхватили моё лицо… Дрожащие, но сильные. Я открыл глаза и встретился взглядом с золотистыми, такими тёплыми глазами.

Она смотрела на меня, а я тонул в глубине ее золотистых глаз, в которых плескалось не только сочувствие, но и какая-то необъяснимая сила. Казалось, в этом взгляде было собрано всё то тепло, которого мне так не хватало все эти годы.

— Всё будет хорошо, — прошептала она.

Она произнесла всего три слова, но в них было столько уверенности, столько тепла, что они прозвучали как заклинание. Впервые за долгое время я поверил, что это возможно.

Боль постепенно отступала, словно она оттягивала её большую часть на себя. Я машинально накрыл её ладонь своей, не желая отпускать. Весь этот гнев, вся ярость, вся боль – все это выжгло меня дотла и я обессилено уронил голову на плечо Диггл. Ее волосы коснулись моего лица, и я смутно ощутил, как она осторожно перебирает мои волосы пальцами. Это касание было таким нежным, таким успокаивающим, что я невольно зажмурился.

Проснулся я на полу, скрючившись у ножки кровати. Голова раскалывалась, все тело ныло, как после тяжелой тренировки.

Постепенно, обрывки вчерашних событий всплывали в памяти. Боль… невыносимая, всепоглощающая. Ярость… слепая и разрушительная. И Диггл… ее золотистые глаза, полные сочувствия и силы. Ее прикосновения… такие нежные и успокаивающие.

Мне стоило держаться подальше от неё, слишком уж напористая … ассистентка. Однако, то, что произошло вчера было за гранью понимания, нечто необъяснимое, почти… сверхъестественное. Моя боль, хроническая, изматывающая, которую не могли облегчить ни зелья, ни амулеты, ни даже самые мощные артефакты, исчезла в мгновение ока! Всего лишь одним её прикосновением…

Я узнал ее сразу, стоило мне услышать дерзкие слова с презрением брошенных в сторону Рейвенвуда. Узнал эти пылающие глаза …

Дерзкая, смелая... или же просто глупая неопределенная…

Стряхнув с себя назойливые, непрошенные мысли, я решительно покинул комнату.

***

Я сражался, понимая, что силы мои на исходе. Каждое движение давалось с неимоверным трудом, мышцы горели, а дыхание превратилось в хриплое сипение. Кайл чувствовал мою усталость, его ухмылка становилась все шире и самодовольнее. Он был уверен в своей победе, и, честно говоря, я уже почти смирился с поражением, ожидая неминуемого удара.

Но в самый последний момент, когда я уже сдался, мой взгляд случайно зацепился за Диггл. Она стояла у края тренировочной площадки, ее лицо выражало любопытство, смешанное с явным волнением.

Я не хотел, чтобы она видела меня таким – слабым, измотанным, готовым сдаться. Не хотел, чтобы она вновь стала свидетельницей моей беспомощности, моей уязвимости. Не понимая своих чувств, я собрал воедино все остатки энергии, все крохи упорства, которые еще оставались во мне. И эта бешеная ярость обрушилась на ничего не подозревающего Кайла, остановившись в дюйме от него.

И, оставив поле битвы позади, я поспешил прочь, ощущая зияющую брешь в истощенных резервах жизненной энергии. Теперь, когда адреналин отступил, накатила беспросветная усталость и отчаяние. Не оставалось ни единой крупицы сил, ни искры энергии для турнира, который я просто обязан был победить, ведь от этого зависело всё…

— Сэмвелл! — окликнул меня профессор Велнор.

Я обернулся и увидел профессора, идущего рядом с отцом. Они подошли ближе и отец стиснул мое плечо, вселяя толику уверенности.

— Турнир вот-вот начнётся. Не подведи, Сэм. Принц пристально наблюдает за участниками и формирует круг доверенных людей рядом с собой. Мы не можем разочаровать королевскую семью, верно? Просто помни, за что ты сражаешься.

— Сделаю всё, что в моих силах, — заверил я его.

Профессор Велнор участливо кивнул, одобряя мои слова.

— Я не питаю ни малейших сомнений в твоих способностях, Сэм.

— Я пойду, если позволите.

Простившись с профессором и отцом, я направился к месту проведения турнира. Однако, вместо того, чтобы выйти на всеобщее обозрение и предстать перед взорами ликующей толпы, я проскользнул под массивные конструкции трибун, стремясь остаться в тени и не привлекать к себе лишнее внимание. Я рассчитывал, что в этом укромном уголке смогу ненадолго отстраниться от всеобщей суеты. Однако блаженному одиночеству не было суждено продлиться долго.

Нашла всё же… Сколько же упорства и настойчивости в этой девчонке!

Элла Диггл не торопясь, чуть ли не на цыпочках, придвинулась ко мне.

— Сэмвелл?

— Что тебе нужно? — спросил я, невольно вспоминая её прикосновения.

— Ты должен быть на открытии. Скоро назовут твоё имя.

— Я слишком слаб, — зачем-то произнёс я, — Мой резерв истощён.

Причины, толкающие меня на эту нехарактерную откровенность, оставались непостижимой загадкой. Сама мысль о том, что я, вопреки своей воле, становлюсь столь уязвим перед ней, вызывала приступ ярости. Вновь вспыхнуло привычное желание сорваться, обрушив на неё поток колкостей и недвусмысленно указав её место. Порыв был так силен, что я уже приготовился подняться и уйти, оборвав этот нежелательный разговор, однако последующие её слова, ввели меня в полный ступор.