Чтение онлайн

– Вот оно - единственное место в Эпангелиасе, где учат магии, - Андроник поджал губы и задрал подбородок. Его ноздри трепетали, когда он полной грудью втягивал воздух. Артемида вдохнула. На краю обрыва был тяжелый влажный воздух, словно пропитанный разрушительной энергией. Как после грозы.

– Размечтался. Есть еще Универсариум магических искусств за Таласским морем, в Элериле.
– Голова девушки начала кружиться от бешеной энергии, что вливалась в неё из воздуха. Андроник же, казалось, наслаждался этим.

– Там изучают магию как явление, а не учат Истинным Именам, - тихо ответил Андроник. Он повернулся, и Артемида увидела его потемневшие глаза. Золотые искорки сменились отблесками лиловых молний.
– Элерильцы странные люди. Науку они возносят в абсолют, даже больше чем имперцы, у них есть доступ к магическим артефактам, но они не учатся волшебству. Только они могли создать науку о магии, писать о ней трактаты, но не использовать её.

– Почему здесь такой тяжелый воздух?
– Артемида пошатнулась. Перед глазами закрутились разноцветные шары, её затошнило. Андроник подхватил её за руку.

– Ты чувствуешь обелиск, моя чародейка. Помнишь белую стелу перед входом? Ты видела только его маленькую часть. Основание глубоко под землей и прямо под нами важнейшая его часть.

– Я думала, что это только украшение. Для придания атмосферы загадочности, - Артемида прижала руку ко лбу. Её тело бросило в холодный пот, а колени дрожали. Если бы не Андроник она бы упала вниз с обрыва.

– Этот обелиск старше, чем любой рукотворный предмет в этом мире, - покачал головой Андроник.
– Это центр магического мира и один из крупнейших источников магии.
– Смотри.
– Андроник опустился на колени и осторожно свесил голову с обрыва. Артемида последовала за ним, сдерживая тошноту. Желтый камень холма резко прерывался. Ветер и волны размыли часть породы и обнажили белый мрамор обелиска. По нему то и дело словно пролетали порывы ветра, сменяя черные знаки.

– День, когда обелиск будет разрушен, станет последним для Эпангелиаса.
– Андроник помог её подняться.
– Пойдем отсюда, это тяжело для новичка.
– Артемида нетвердо последовала за ним, она жмурила глаза, борясь с головной болью.

– Экхалор говорил, что мы не вправе использовать магию, - прошептала она.
– Теперь я понимаю почему.

– Глупости. Ты привыкнешь. Экхалор, если конечно допустить, что он существовал, утверждал, что магия независимая стихия, но архимаги давно установили, что все источники магии рукотворны.

– Он говорил, что это нарушает баланс природы.
– Артемида остановилась около статуи с протянутой рукой. На нем больше не было магического шара. Беломраморную кисть покрыла сеть мелких трещин, а на ногте большого пальца рос мох. Поднялся холодный ветер, он пах солью и водорослями.

– Он врал. Экхалор хотел, чтобы мы ограничили магию, отказались от величайшего дара богов. Я не готов к этому.

– Я слышала, что ты отказался от веры предков, но не могла в это поверить.

– Не отказался, - возразил Андроник.
– Лишь сменил на веру других предков. Ты знала, моя мать потомок артарийцев? Я принял их веру, она близка моему духу, и к духу магии вообще. Она дает магии право быть использована людьми, она уравнивает людей с богами. Человек в ней совершенство, а маг величайшее создание, проводник магических сил и творец нового, - с восторгом и жаром сказал Андроник.

– Не знаю, - покачала головой Артемида, - по-моему, менять веру - это последнее дело...

– Многие маги вообще не верят ни в кого, кроме себя. И они в чем-то правы.

– Столица тебя испортила...

– Нет, ты глубоко не права, Артемида. Этот город дал мне понять, насколько человек велик на самом деле. Дал почувствовать настоящую свободу. В Галении на нас все давили - отец Никонтий, родители, псевдоаристократы, что чувствовали себя благороднейшими из людей. Здесь маги выше остальных и, к счастью, я обладатель магических способностей. Как и ты, моя волшебница.

– Я никогда не стремилась в столицу. Я здесь просто из-за того, что ты потратил целый год, чтобы уговорить меня приехать сюда. А ты мог остаться в Галении.

– Остаться?
– резко переспросил Андроник.
– Мать отправляла меня учится у дяди. Я бы стал ювелиром!

– Уважаемым между прочим человеком.

– В Галении, в деревне. Мои амбиции ведут меня гораздо дальше. Я не мог дождаться двадцати лет, чтобы отправиться сюда. Да я просто терпеть не мог эту патриархальную, загнивающую культуру.

– Загнивающую?
– возмутилась Артемида. На глаза навернулись слезы, на груди потяжелело.
– Я люблю Галению. Наша культура одна из самобытнейших в Альянсе.

– Посмотри на эти статуи, посмотри на парящие острова, посмотри, в конце концов, на это здание. Вот она, вот, самобытнейшая и величайшая культура этого мира.

– Знаешь я отправилась в Атеней вслед за тобой, за твоими письмами и уговорами и уже успела пожалеть о своем решении, - Артемида быстрым шагом направилась к Канорийским воротам.

– Артемида подожди, я за этот год сильно подзабыл твою любовь к Галении и то, сколько времени ты проводишь с отцом Никонтием, - догнал ее Андроник.
– Я не должен был высказываться так резко не об Экхалоре, не об Галении. Прости, моя волшебница, - он положил руку ей на плечо.

– Я всегда стараюсь соединить в себе и веру и магию. Но видимо это невозможно, раз ты так быстро разорвал свою связь и с домом и с всем, во что мы верили раньше, - сбивчиво пробормотала Артемида.

– Мы всегда верили в магию, помнишь?
– Андроник заглянул в ее глаза, тихо касаясь плеч.
– Мы верили, что станем величайшими волшебниками, изменим этот мир. И самое главное, мы верили в себя. И сейчас я по-прежнему верю в магию, верю в себя и верю в тебя, - на этих словах Андроник рассмеялся.
– Заметила, как часто я употребляю слово "верю". Очевидно, отец Никонтий сильно повлиял и на меня.

– Если ты до сих пор называешь его "отец"...

– Он хороший человек, многому научил нас. Но история его слабой борьбы против наших убеждений закончена. Это пройденный этап. Здесь, в стенах Атенея мы станем великими магами.

– Я устала от этих разговоров, Андроник. Я долго добиралась сюда, а завтра мне проходить испытания. Лучше пожелай мне удачи, - хмуро сказала Артемида. Она чувствовала давящую усталость, которая навалилась на её голову и плечи. Девушка хотела закончить разговор.

– Удачи тебе, моя чародейка, - Андроник не улыбался.
– Надеюсь, что ты не передумаешь и останешься здесь. Со мной.

Артемида сидела на высоком обрыве. Сюда часто приходили гости столицы, посмотреть на своенравное Северное море. Артемида видела море лишь одни раз в далеком детстве. Она навсегда запомнила соленый привкус густого влажного воздуха, лазурную гладь воды, медленные волны, величаво накатывающиеся на широкие песчаные пляжи. Таким было Таласское море. Отец выбрался за пределы Альянса к своим ученым друзьям и взял с собой семью. Море она помнила, а отца нет.