Эрато и Эрот. Поэты о любви: опыты ментального анализа. Часть II
Шрифт:
Реакция конкретного организма на влюбленность, опять-таки, очень индивидуальна. Так, если слегка заторможенный тип от этого только возбуждается, то человек с бурным темпераментом, наоборот, нередко впадает в некоторую «прострацию»:
А.С.Пушкин 1816 (1799–1837)
Засну ли я, лишь о тебе мечтаю,Одну тебя в неверном вижу сне;Задумаюсь – твой голос слышен мне.Рассеянный сижу между друзьями,Невнятен мне их шумный разговор,Гляжу на них недвижными глазами,Не узнает уж их мой хладный взор!Н.М.Языков 1825 (1803–1847)
Меня любовь преобразила:Я стал задумчив и уныл;Я ночи бледные светила,Я сумрак ночи полюбил.Шандор Петефи 1843 (1823–1849) Венгрия (пер. Б.Л.Пастернака)
Удержу не знал я, —Так, спалив амбар,Рвется вдаль по крышамГородской пожар.А теперь я слабымОгоньком костраПред шатром пастушьимТлею до утра.Был я водопадом,Рушился со скал.Мой обвал окрестностьГулом оглушал.А теперь я мирноОт цветка к цветкуИ от кочки к кочкеРучейком теку.Был я горной высью,Выступом скалы,Где в соседстве молнийЖили лишь орлы.Рощей стал теперь я,Где в тени ветвей,Исходя тоскою,Свищет соловей.Интересно, что Человек влюбленный ощущает коренным образом изменившимся не только себя, но и окружающий мир, который, как по мановению волшебной палочки становится вдруг насыщенным любовью, светлым и радостным:
Иван Вазов (1850–1921) Болгария
(пер. Л.Хомутовой)
О милая, подобна лире страстнойМоя душа, готовая запеть:Вселенная волшебна и прекраснаЛишь потому, что ты на свете есть.А.К.Толстой 1851–1852 (1817–1875)
Меня, во мраке и в пылиДосель влачившего оковы,Любови крылья вознеслиВ отчизну пламени и слова.И просветлен мой темный взор,И стал мне виден мир незримый,И слышит ухо с этих пор,Что для других неуловимо. /…/И всюду звук, и всюду свет,И всем мирам одно начало,И ничего в природе нет,Что бы любовью не дышало.Л.Н.Мартынов (1905–1980)
ЯВасЛюблю!ПоэтомуВесь мир творю я заново.Он стар. Мильоны лет ему.В нем очень много странного,Смешного, старомодногоИ никуда не годного.Что ж, «утро любви» действительно хорошо. Естественно, что Человек влюбленный находится в состоянии эйфории и убежден: уж теперь-то все будет превосходно! Поэтому он смело и с оптимизмом смотрит в будущее. Наличие рядом Человека любимого представляется залогом самых разнообразных успехов, счастья и радости на всю оставшуюся жизнь:
Антонио Феррейра (1528–1569) Португалия (пер. И.М.Чежеговой)
Как день является в лучах авроры,что, словно роза, на снегу, нежна,и тень ночная днем побеждена,вновь небо сине, зелены просторы,как, светлым ликом привлекая взоры,в ночи всплывает бледная луна:рогами звезд касается онаи усмиряет грозных туч раздоры,так мне явилась светлая звездаи в душу пролила мне новый свет,и мир глаза по-новому познали…О, будь со мною до скончанья лет,и тучи, что мне небо закрывали,отступят пред тобою навсегда.Н.С.Гумилев 1917 (1886–1921)
О, если б ты всегда была со мной,Улыбчиво-благая, настоящая,На звезды я бы мог ступить ногойИ солнце б целовал в уста горящие.О том, насколько обоснованы эти надежды, и вообще о дальнейшем развитии событий в нашем романе, мы поговорим в следующем разделе.
4.3. Рост и развитие любви
Итак, мы установили, что при всем разнообразии вариантов любовь, как правило, начинается очень активно и резко изменяет душевное состояние человека при общем преобладании положительных эмоций. Бурное развитие событий, однако, не означает, что «пик» любви бывает в самом ее начале. Нет, обычно налицо более или менее выраженная восходящая ветвь в развитии этого чувства, в его восхождении «к высокой степени безумства»:
Баба Тахир Урьян 15 (? – около 1055) Ирано-таджикская классическая
поэзия (пер. Н.Стрижкова и А.Шамухамедова)
Любовь такая робкая сначалаПотом костром во мне забушевала.И если дальше будет так расти,Ей во вселенной будет места мало.Эту самую высокую степень или ступень любви мы в дальнейшем будем называть страстью. Именно она наиболее широко представлена в мировой поэзии. Поэтому и нам придется рассмотреть ее во всех подробностях. В этот период симптомы любви, о которых мы говорили в прошлый раз, обостряются до предела. Кроме того, появляется много новых. Сложным образом группируясь между собой, они и образуют синдром страсти:
А.П.Сумароков (1717–1777)
Тщетно я скрываю сердца скорби люты; Тщетно я спокойною кажусь:Не могу спокойна быть я ни минуты, Не могу, как много я ни тщусь. /…/Ввергнута тобою я в сию злу долю, Ты спокойный дух мой возмутил,Ты мою свободу пременил в неволю, Ты утехи в горесть обратил. /…/Зреть тебя желаю, а узрев, мятуся, И боюсь, чтоб взор не изменил;При тебе смущаюсь, без тебя крушуся, Что не знаешь, сколько ты мне мил. /…/Так из муки в муку я себя ввергаю; И хочу открыться, и стыжусь,И не знаю прямо, я чего желаю, Только знаю то, что я крушусь.М.И.Попов (1742–1790)
Как сердце не скрываетМою жестоку страсть,Взор смутный объявляетТвою над сердцем власть;Глаза мои плененныВсегда к тебе хотят,И мысли обольщенныВсегда к тебе летят.Тебя не отдаляетИ сон от мысли прочь;Твой образ обладаетРавно мной день и ночь;Всеночно, дорогая,Являяся во сне,Вседневно обольщая,Ты множишь страсть во мне.В.А.Жуковский (1783–1852)
Что с тобой, вдруг, сердце, стало?Что ты ноешь? Что опятьЗакипело, запылало?Как тебя растолковать?Все исчезло, чем ты жило,Чем так сладостно грустило!Где беспечность? Где покой?..Ах! Что сделалось с тобой?Довольно резкий переход от обычной жизни к такому состоянию не может не удивлять и не пугать Человека любящего. Поэтому в редкие минуты «просветления» он задает себе вопросы, которые, увы, остаются без ответа. Откуда взялась эта самая любовь?