Чтение онлайн

На свадьбу приехал отец Татьяны, Дмитрий Дмитриевич, он жил на севере в Норильске. Отец сделал молодым шикарный подарок - пригнал новую "Ниву". Радости Александра не было предела! У него были права, но старенький "Запорожец", оставшийся после смерти отца, забрал старший брат, живший сейчас в Душанбе. А вот теперь у него будет не старый разбитый "Запорожец", а новенький "советский джип" "Нива"! Пусть брат завидует!

На свадьбе Вильдам в качестве подарка преподнес Татьяне ключи от квартиры Евгении Семеновны.

– Подарить эту квартиру я не могу, она государственная, а не кооперативная, но жить можете сколько хотите. Мама свои вещи забрала, там осталась кое-какая мебель и посуда на первое время, - говорил он посмеиваясь.
– Потом обживетесь, сами обзаведетесь.

Для молодых супругов это было полной неожиданностью: Таня прослезилась, а Александр долго тряс руку Вильдама, повторяя:

– Спасибо! Вот уж спасибо, так спасибо!..

Елена шепнула на ухо Татьяне:

– Можете сразу после свадьбы ехать туда, мы с Катей для вас сюрприз сделали.

– Какой?
– тоже шепотом спросила Таня.

– Если скажу, сюрприза не будет. Не переживай, хороший. Думаю, вам понравится.

Уже в конце гулянья Саша предложил Вильдаму:

– Махнем завтра в горы на два дня двумя машинами?

– С огромным бы удовольствием, целый год в горах не был. Но у нас Машенька маленькая, Елена ее кормит, надолго оставлять не может. У нее и сейчас сердце болит, уже дважды бегала звонить. А брать ее с собой - в горах ночью холодно.

Подошли Таня с Еленой.

– Вы о горах?
– услышала Таня последние слова Вильдама.

– Вот, зову Вильдама в горы с ночевкой, а он не хочет.

– Я хочу, но не могу.

– Это ты о Машеньке?
– спросила Елена, прижавшись щекой к его плечу.

– Конечно. Куда ее тащить? Да и ночи в горах холодные.

– А в машине тепло, - возразила Татьяна.
– Я, конечно, не знаю, это вам с Леной решать, но мне кажется, что чистый горный воздух Машеньке не повредит.

И все посмотрели на Елену, понимая, что последнее слово будет за ней.

– А кого вы берете с собой?
– спросила она, после некоторого молчания.

– Отца, он давно в наших горах не был, маму и Светланку, - ответила Татьяна, с надеждой глядя на Елену.

– Мы могли бы и одни, но с вами веселее, - намекнул Саша на гитару.
– Вы же наши лучшие друзья!

– Виль, может, поехать? Машенька здорова, на свежем воздухе спит замечательно, каши ей варить не надо, ее еда всегда с собой - это я, нянек навалом, погода хорошая. Вот только пеленок много понадобится.

– А зачем? Мы возьмем веревку, протянем между деревьями, они на солнышке быстро высохнут, - подсказала Таня.

– Ну что? Махнем в ущелье. А?
– повернулась Елена к Вильдаму и добавила шепотом в самое ухо: - Навестим нашу котловинку, мы там три года не были...

– А после я перебираюсь к тебе, - тоже шепотом поставил условие Вильдам.

– Да. Шантажист...

– Поехали, - махнул рукой Вильдам.
– Тогда, молодые, собирайтесь, прощайтесь с гостями, мы отвезем вас на квартиру, вы же адреса не знаете. Завтра долго не спите, я заеду за вами в десять. А родители тоже пусть будут готовы к этому времени. Елена, где Катюха? Поехали домой.

Дома им пришлось выдержать атаку Евгении Семеновны. Узнав о предстоящей поездке, она всполошилась.

– Вы что? Совсем с ума сошли, тащить такого маленького ребенка черте куда?!

– Евгения Семеновна, там тихо, воздух превосходный, а спать она может в машине, в ней тепло.

– Воздух превосходный... Она еще молодая, а ты-то думаешь своей головой?
– обратилась Евгения Семеновна к сыну.

– Ба, а поехали и ты с нами, - вступилась за отца и Елену Катя.
– Вот увидишь, тебе понравится.

– Только мне по горам с рюкзаком и лазить.

– А зачем с рюкзаком?
– обнял мать Вильдам.
– Машиной до самого места довезем, машиной же и назад.

– Что, и взбираться никуда не надо?
– спросила с сомнением Евгения Семеновна.

– Никуда. Потому и решили Машеньку взять. Мам, может, действительно, с нами поедешь? Мы тебе такое место покажем, замечательное: птицы поют, цветы полевые, как у тебя на родине, ручей с чистейшей водой...

– Вот-вот, вода холодная, не хлорированная, - уже тише возражала Евгения Семеновна.

Вильдам рассмеялся:

– Что - правда, то - правда: без хлорки, но если нужно - вскипятим.

– А если дождь?
– почти совсем сдалась мать.

– А палатка на что? А машины? Ну, что? Едем?

Евгения Семеновна вздохнула, посмотрела снизу на окруживших ее детей, улыбнулась.

– Нет. Я не поеду. Для меня уже такой отдых хуже работы. Но, если малышку простудите, - погрозила она пальцем Елене и Вильдаму, - я с вас по всей программе спрошу.

– Не простудим, - ответила с улыбкой Елена.

И все трое бросились обнимать и целовать маленькую, сухонькую старушку, напоминавшую Елене ее бабушку, которая ворчливо посмеивалась:

– Ну вот, теперь решили задушить меня. Да согласна я, согласна.

Елена предложила всем остаться ночевать у нее, но Евгения Семеновна категорически отказалась:

– Стара я, по чужим домам ночевать, не усну. Я к Вилиной-то квартире долго привыкала.

И, как не хотелось Вильдаму остаться, они уехали.

С утра пораньше Вильдам съездил на рынок, закупил все необходимые продукты, собрал вещи, отвез к Ирине Васильевне молодых, а Катю к Елене. Кажется, что все собирались заранее, быстро, но выехали только около полудня. Впереди ехали Вильдам с Катей, Еленой и Машенькой, вторую машину вел Александр. Его тесть - Дмитрий Дмитриевич, или Дим Димыч, как звали его все, с удовольствием уступил ему место водителя. День был праздничный, центральные улицы, в связи с первомайской демонстрацией, перекрыты, и они вынуждены были ехать объездным путем, потому из города выбирались долго. Но дорога в горы была совершенно пустынна. Саша решил устроить автогонки, то опережая, то пропуская машину Вильдама. Но Вильдам его не поддержал, а только погрозил кулаком, когда Саша в очередной раз с ним поравнялся. Машенька, убаюкиваемая покачиванием машины, почти всю дорогу спала на заднем сидении.

По традиции остановились за перевалом, полюбоваться открывшейся прекрасной панорамой. Из машин вышли все, Елена вынесла и проснувшуюся к этому времени дочку. Она стояла с ней на руках, повернув ее лицом к долине, смотрела вниз и вспоминала первый приезд сюда с Андреем. Только на этот раз ее крепко держали сильные руки Вильдама. Он тоже вспомнил тот случай, вспомнил, как хотелось ему отнять ее у Андрея и улететь вместе с ней далеко-далеко, унести ее от него. Он крепче прижал ее к себе и горько усмехнулся: не прошло и трех лет, как она стала его, только его. А она, почувствовав его волнение, поняла, что они думают об одном и том же.