Чтение онлайн

– А ты-то тут при чем?
– слышно, что Эдгар стучит пальцем по чему-то деревянному, нервничает.
– Ты, наоборот, очень вовремя среагировала, уберегла парней. Этот Нион и вправду мог их убить. А то, что ты была с ним знакома и что-то подозревала... Это не ошибка. Никто не может знать всего и все предвидеть. Нам не в чем тебя обвинить.

– Спасибо.

– Но та штука, в которой он пропал, - меняет тему Гарри.
– Она ведь действительно похожа, да?

– Да, - я не сомневаюсь в ответе.
– Именно так очевидцы описывают "Октябрьский прорыв".

– Меня не удивляет то, что монстр мог быть ручным. Об этом есть множество свидетельств, правда, ни один из прирученных не был таким огромным и опасным. Но чтобы прорыв можно было вызвать специально... Это меняет все, Вайл, ты же понимаешь?

Я закусываю губу. Понять, что имел в виду Гарри, несложно. Я и сама не один час потратила на подобные размышления. Одна возможность управления опасными монстрами дает в руки определенных людей или организаций мощь, которой сложно противостоять. На каждого такого монстра, как сколопендра Ниона или дракон, нужны несколько хорошо подготовленных команд. Но если подобных чудовищ будет больше? Не два и даже не три. Десяток или два десятка управляемых монстров могут привести мир к катастрофе.

То, как мой нечаянный знакомец исчез куда-то через разрыв, тоже настораживало. Честно говоря, я так сгоряча обозвала его монстром, что сама в этом уверилась. Не зря же по сети ходят слухи, что чудовища бывают и человекоподобные. Но Нион с таким же успехом мог оказаться владельцем необычной синкромехи или же результатом особенных тренировок и экспериментов любой из стран нашего мира. Я своего непрошеного постояльца не щупала. "А зря", - шевельнулась гаденькая мысль, тут же отброшенная далеко-далеко.

Первый вариант страшен тем, что разумные чудовища опаснее просто гигантских и клыкастых. Второй - тем, что ассоциация охотников очень отстает от этих неизвестных, в числе которых Нион. В любом случае то, что кто-то располагает возможностью появиться где угодно и когда угодно, настораживает.

– Тот шаткий мир и затишье после глобальной чистки десять лет назад не может длиться вечно, - я слышу слова Гарри и содрогаюсь всем телом. Они меня не удивляют, нет, просто подтверждают то, о чем я уже не раз думала. Каждый спокойный и размеренный период - это лишь затишье перед бурей. Это время, необходимое, чтобы новые игроки обзавелись связями и вошли в игру, а старые зализали раны и восстановили силы. Из-за того, что мне доводится достаточно близко общаться с семьей Гарри, я в курсе происшествий в мире и в нашем регионе.

– Как думаешь, когда это прекратится?
– спрашиваю, не особо надеясь на ответ.

– так будет до тех пор, пока не изменится сама природа человека, или же пока не будет угрозы планетарного масштаба, заставившей всех объединиться, - предлагает варианты Гарри. Я не удерживаюсь и уточняю:

– В последнем случае все равно найдутся те, кто захочет объединиться с врагом.

Друг согласно хмыкает и советует пока не тревожиться, раз уж я так удачно переложила свои тяжелые мысли на его голову. Звонок Эдгара окончательно сбивает меня с лирического настроения, я сажусь обратно в авто и спустя пару минут легко вклиниваюсь в поток машин, стремящихся в город. Впереди - Днепровск.

= 10 =

Здесь, в Днепровске, кажется, не особо что-то изменилось. Память - сложная штука. Видела я город в прошлый раз едва ли полностью, так, проехалась в автобусе, болталась неприкаянно по улицам, обсиживала вокзал. Но сейчас почему-то точно помню, что этой красной многоэтажки здесь не было, да и здание торгового центра новенькое, автостанцию привели в порядок, а ж/д вокзал... Он остался таким же. Следы косметического ремонта не в счет.

Будь моя воля, ноги принесли бы меня сюда в последнюю очередь, но не я выбирала место встречи. У главного входа меня ждет работник здешнего офиса. Им оказывается совсем молоденький парень в страшненькой форме стажера, мешковатой, зато с нашивками ассоциации охотников. Я торможу рядом, приоткрываю дверь с пассажирской стороны. Мальчик мешкает, но потом все же запрыгивает. Он настолько почтительно со мной здоровается и смотрит такими блестящими восторженными глазами, что я чувствую себя мумией фараона, очнувшейся в музее среди фанатиков истории.

– ...А гостиница здесь неподалеку, еще один поворот направо, прямо за зданием вокзала, - наконец, я сосредотачиваюсь на том, что мой встречающий говорит, а потом обращаю внимание на здание, к которому мы подъехали. В следующую секунду я здорово пугаю мальчишку, поскольку со сдавленным хрипом опускаю лицо на руль. Гостиница мне тоже знакома. Эта поездка будто создана специально, чтобы я вдоволь насладилась своими воспоминаниями. Интересно, как я отреагирую, если меня поселят в тот же номер, где я когда-то отсыпалась, а потом еще неделю делила его с Гарри.

– Какой у меня номер комнаты?
– Спрашиваю испуганного провожатого. Тот, кажется, вообще боится шевельнуться, мало ли что мне в голову придет.

– Два-двадцать ш-шестой, - наконец, он выговаривает. И я чувствую то ли облегчение, то ли легкое недовольство, мол, раз уже повторять все прошлое, так почему бы это не сделать точно, как было. Впрочем, в двадцать шестом тогда жил Эрсте.

Естественно за столько лет в гостинице должны были сделать ремонт. Так и оказывается. Но все же катастрофических изменений в интерьере не произошло. Осталось довольно многое, что точно указывало, что я была в этом месте и жила в одном из номеров. Кстати, номер Эрсте я видела, так что сравнить могу. Конечно, они сменили обои и дурацкие шторы в мелкий цветочек, появилась панель телевизора на стене и небольшой столик для ноутбука, кровать больше не скрипела, а в санузле обнаружилась душевая кабина с кучей кнопок. Но вот плафоны остались теми же, шкаф для снаряжения никуда не делся, да и монументальное кресло, оббитое теперь светлой тканью палевого оттенка, все так же занимало угол у окна.

Ужин мне приносят в комнату. Я первая из команды приехала в Днепровск, так что внизу мне пока не с кем общаться. Манящие запахи еды распространяются вокруг, повара в этой гостинице всегда на высоте, но мне вставать с кровати не хочется. И если сегодня день воспоминаний, то почему бы не припомнить, как я впервые попала в комнату двадцать шесть.

* * *

Мое второе столкновение с Эрсте было даже более судьбоносным, чем первое. Хотя сначала я, конечно, охотника не узнала. Разве что голос показался знакомым, а смотреть у меня уже не было сил. Пока Гарри сыпал прибаутками о своей жизни и прошлом, я не сразу заметила, как называется команда, в гостях которой я оказалась. Поэтому когда новый знакомый еще раз повторил ее название, надолго впала в ступор, а потом смогла только промямлить:

– Значит, здесь Эрсте?

Гарри вздохнул и тихо поинтересовался:

– Ты тоже из этих, которые поклонницы? Советую не особо восхищаться, на дядю это оказывает обратный эффект.

– Нет-нет, - я замотала головой, потом закивала и вконец запутавшаяся откинулась на подушки, пытаясь объясниться: - Понимаешь, он мне уже один раз здорово помог, так что у меня есть причины фанатеть. Но насчет обратного эффекта я уже догадалась, так что буду восхищаться тайно, как человеком, на которого я хочу быть похожей.

Гарри посмотрел на меня задумчивым взглядом и вынес вердикт:

– Увы, тебе столько мышечной массы не накачать. Опять же для пущего сходства щетина должна быть на подбородке, да и сам подбородок придется выпячивать вперед...

Дальше следовал более детальный список того, что мне делать, чтобы походить на Эрсте. И если уже после подбородка я похихикивала, то когда дошло до объема груди и привычек, мне оставалось только стонать, потому что смеяться сил не было. В таком виде нас и застали охотники из "Катастрофы".