Чтение онлайн

Прыжок в этот раз показался мне таким легким, что почувствовав под своими ладонями край карниза, а вовсе не камень, торчащий ниже, я растерялась и едва ли не соскользнула. Руки скребли по плоскому камню, внизу бесновались змеепсы, но я упрямо держалась. Хорошо бы закинуть ногу, но как назло удобнее закидывать оказалось именно укушенную конечность. Еще и синкромеха болталась и била по бедру.

Синкромехи не ломаются просто так, это известно всем. Нужны огромные усилия или специфическое воздействие, например, другой синкромехой, чтобы переломить даже простую оружейку. Поэтому своеобразный костыль, который мне удалось зафиксировать в неровности скалы и этим подпихнуть себя наверх, из нее получился на славу. Оказавшись на козырьке, первым делом быстро я осмотрелась. Нужно было определить, не спрыгнут или заберутся сюда монстры. Но место действительно было недостижимым. А потом я легла на живот и осторожно выглянула, осматривая покинутое поле боя.

Мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что охотники не выжили. Рассматривать, как и что происходит внизу, как монстры грызутся за добычу, не хотелось. Тошнота подкатила к горлу. Кроме острой боли в ноге, не хватало, чтобы меня еще и выворачивало.

Теперь можно было передохнуть. Ужаса или паники я уже не чувствовала. Перегорела.

Клинок в руках вдруг стал привычной рукоятью цвета янтаря. А я так хотела его рассмотреть детальнее. Если подумать, то это небывалая удача, что я не воплотила его раньше. Первый раз форма, как и первая активация синкромехи, создается спонтанно и быстро. Зато потом ее придется вызывать пять, а то и десять минут. Мне повезло, а Лике - нет. То, что Лика хотела воспользоваться возвышенностью, чтобы спастись, стало ясно с одного взгляда. Но ее предполагаемое убежище оказалось выше, чем мое. Активация ее мехи занимала ровно одиннадцать минут, это успели проверить время вчера. Так что вряд ли у нее был шанс. Даже если бы она воспользовалась синкромехой, не факт, что допрыгнула бы.

И вот, наконец, спокойствие меня покинуло. Можно оглянуться назад и осмыслить ситуацию...

Но следующие десять минут меня просто трясло от осознания того, что произошло, от радости, что я спаслась, от страха за собственное будущее, от осознания предательства... Да и рана на ноге не добавляла приятных ощущений. Когда волна эмоций слегка сошла, я позволила себе еще немного полежать и похныкать от жалости, а потом вынудила организм собраться с силами.

С собой у меня была почти полная фляга воды. В сумке на поясе лежали дешевый швейцарский нож, крем от и после укусов насекомых, несколько леденцов, маленькая упаковочка печенья и носовой платок, в одном из карманов - забытые влажные салфетки и пара метров туалетной бумаги, отмотанных на всякий случай еще в самый первый день лагеря. Все остальное было разложено по рюкзакам, до которых еще добраться надо было.

Кажется, у Федора была аптечка, да только где сейчас она... На креме было обнадеживающе написано, что его можно наносить на ожоги, ранки и царапины. Так что стать хуже от него не должно. Влажными салфетками получилось очистить кожу ноги и промокнуть кровь, которая продолжала сочиться. Вокруг ран уже наметились синяки.

– Мамочка!
– прошептала я, прикрывая глаза. Трогать раны было страшно, неприятно и ужасно больно. Но еще больше меня пугало, что какая-то зараза с клыков попала в кровь. И, если я быстро не получу лечения или хотя бы не обработаю ногу, то все загноится и конечность мне в итоге отпилят. Поэтому пришлось плакать и мазаться кремом от комаров. А относительно чистый носовой платок пошел на повязку.

Пока я глотала слезы, тихо скулила и дрожащими руками пыталась привести себя в порядок, пока перебирала вещи и пыталась понять, что делать дальше, грызня внизу стихла. А, оказывается, прошло всего минут тридцать. Для меня они растянулись в бесконечность. Местность внизу достаточно пропиталась запахами крови и людей, так что на меня змеепсы не обращали никакого внимания.

Ногу дергало от боли, меня понемногу клонило в сон. После активации мехи должна была прийти усталость. К тому же синяки по всему телу не улучшали самочувствия. Я попыталась устроиться на камнях так, чтобы отдохнуть, и действительно слегка задремала. Конечно, шум внизу не давал мне заснуть полностью, заставлял открывать глаза, чуть заметно вздрагивать. Однако, несмотря на все проблемы, отдохнуть удалось. На часах было начало первого, когда я слегка перекусила и решила проверить, что же происходит внизу.

"Какая же я молодец!" Мелькнула гордая мысль. А что? Раз нет собеседника, приходилось саму себя подбадривать. Хорошо, что мне на память грех жаловаться. И, когда я не бросила идею стать охотником вопреки советам родителей, то прилежно штудировала всю информацию, что нам давали на тренировках, ходила в музей и на дополнительные теоретические лекции. По крайней мере, в начале обучения. Это уже позже, когда пришлось разочароваться в своих способностях по взаимодействию с синкромехой, цель немного потускнела и была отодвинута в далекое-далекое будущее. Пользы от выученного материала было немного, читала я просто ради интереса. А вот бестиарий родных широт пришлось вызубрить наизусть. Вот такое нововведение к нам упало, как снег на голову, из международной ассоциации охотников.

Змеепсы уходили. Я выдохнула, поздравив себя. Кажется, память действительно работала верно. Эти монстры не будут оставаться в том логове, где побывали посторонние, даже если вторженцев успешно съели. И уж тем более уберутся оттуда быстрее, если есть молодняк. Он действительно был, у меня даже получилось полюбоваться пушистыми маленькими комочками. Их выносили в зубах зрелые особи. После ухода стаи я сидела еще час или больше, чтобы перестраховаться. Монстры ушли куда-то вправо, а мне, судя по видимому куску неба и лесополосы, нужно было с точностью до наоборот идти в другую сторону.

Я, конечно, не помнила, как оказалась в этом месте. Но между тем, как Федор вырубил меня, и моим скатыванием со склона прошло не так уж и много времени - пятнадцать минут от силы. Что еще раз подтверждало, что охотник знал, куда меня вести. Прежде чем сползти с козырька, я трижды проверила свою скудную экипировку, высмотрела все, что могла усмотреть, а потом села активировать синкромеху. Ее использование оказывало немалое напряжение на организм, для новичков усталость была такой, будто весь день пришлось копать огород. Поэтому для хороших охотников и пользователей синкромех тренировки всегда стояли на первом месте.

К моему сожалению, при активации я чуть было не заснула, начав подозревать, что ничего у меня не выйдет, хотя по всем свидетельствам, получиться должно было. Почти пятнадцать минут мне понадобилось, чтобы появился клинок. Оставалось только с грустью вздохнуть и, получив прибавку к физическим возможностям, осторожно сползти с возвышенности вниз. Времени у меня было не слишком много.

Я старалась не думать о том, что за ошметки темнеют, смешавшись с листьями на земле. Хотя, что тут думать? Вот на отшибе синеет почти целая бандана Федора, а его жилету с карманами не повезло, его растерзали в клочья. Я старательно прикрыла глаза рукой, чтобы не смотреть на то, что валялось вокруг жилета. От запаха крови, гнили и прелой земли меня начало ощутимо мутить. К телам уже слетелись мухи и сбежались насекомые. Пришлось пожертвовать одну из дефицитных влажных салфеток и приложить к лицу. Возвращать природе дефицитную еду не хотелось.

Рядом с телом охотника, наверное, я бы нашла что-то полезное, но даже подойти себя сложно было заставить. Под ногой что-то гулко звякнуло, носком ботинка я приподняла листья и обнаружила странный треугольный штырь из серебристого металла. Рука машинально потянулась к нему, в том, что это была синкромеха Федора не было сомнений, но я одернула себя. Наличие у меня синкромехи пока ни к чему хорошему не привело, а если их будет две, то мир вокруг станет еще более опасным.

Тела Лики не было. Вроде бы как змеепсы могут накапливать пищу, особенно когда в стае есть молодняк. Но это был не те подробности, которые мне нужно сейчас вспоминать. Я понимала, что тогда я ничего не могла сделать. Хотя если бы могла? Помогла бы я Лике, если бы могла? Не хотелось думать над этим вопросом. Я должна была здесь умереть. Конечно, сложно принять то, что девушка Лика оказалась вовсе не моей подругой. Может, она испытывала симпатию ко мне или хотя бы интерес, однако я оставалась всего лишь ее "работой". Ее и Федора. Сложись события немного по-другому - и уже эта парочка сидела бы в относительной безопасности в ожидании, когда монстры сожрут меня, оставив меху в целости и сохранности.

Но печальный тяжелый вдох я сделала зря. Воздух был пропитан такими жуткими ароматами, что я с силой прижала салфетку. Нужно было дышать глубоко, чтобы не вырвало, и плотно прикрывать нос и рот, чтобы чувствовать запах ароматизатора. Впрочем, от последнего тоже мутило.

У выхода из распадка метрах в десяти на дереве висел рюкзак, его товарищ валялся на земле, частично выпотрошенный. Моих вещей здесь не было вовсе, а целым оставался рюкзак Лики. Даже жаль, у Федора было больше полезных вещей. Но потом удача улыбнулась мне снова, в ближних кустах, поблескивая тусклым металлом, лежал короб аптечки. Оставаться здесь было опасно, я подхватила все нужное и захромала в сторону от ушедших монстров. На ходу получилось залезть в рюкзак и с искренней благодарностью вытащить оттуда Ликин навигатор, который полагался ей как члену команды. Модель была не особо удачная, да и старовата, специально для стажеров, но сейчас это стало моим спасением. В таком приборе очень редко кто ставил пароли, так как использующие его люди постоянно менялись.