Чтение онлайн

— Точно. Я и забыла, что они там живут. — Я кивнула, пока мои мысли начинали вращаться по спирали. Что я делала в тот день? Кто был его шафером? Какую песню они выбрали для первого танца? И вопрос, который причинял больше всего боли, тот, который я не могла задать: Кто проводил церемонию? Мы обещали проводить церемонии на свадьбах друг друга.

Он, должно быть, прочитал мои мысли, потому что тихо сказал:

— Телефон работает в обе стороны. Ты мне ни разу не позвонила.

— Я была расстроена. Тем, что ты сказал о том, что я не хотела ребенка. А потом ты не извинился.

— Я пытался так много раз.

— Я не знала. Ксандер сказал… — Ксандер сказал, что мне следует подождать, пока Бенни свяжется со мной первым. Что истинное лицо человека проявляется, когда другие страдают. Что Бенни явно не такой порядочный, каким я его себе представляла. Мне было неловко, что я повелась на эти слова, но я была в отчаянии. — Ты приходил ко мне в снах.

В глазах Бенни появилась надежда.

— Правда?

— Ты никогда ничего не говорил. Ты обычно просто сидел в углу… качал головой, глядя на меня, как будто я была каким-то разочарованием. — Каждый раз я была так уверена, что он действительно там. Каждый раз Ксандеру приходилось напоминать мне, что это не по-настоящему.

— У тебя были сонные галлюцинации со злым Бенни? Это ужасно.

— Я правда верила, что ты с этим смирился. — У меня навернулись слезы. — Я была в плохом месте.

— Я знаю, что была. Знаю. — Его глаза тоже увлажнились. — Как сейчас дела?

Я не хотела об этом говорить. Однако алкоголь уже создал разрыв между моим разумом и ртом, потому что я поймала себя на том, что говорю:

— Он хочет попробовать снова.

Дождь усилился, барабаня по крыше. Зеленые глаза Бенни скользнули к наклонному, украшенному огоньками потолку, а затем снова вернулись ко мне.

— Что ты об этом думаешь?

Я пожала плечами, пытаясь изобразить безразличие.

— У меня есть замороженные яйцеклетки. Это не обязательно должна быть я. Мне не пришлось бы принимать гормоны или что-то в этом роде.

— О. — Бенни выглядел так, будто изо всех сил старался сохранять беспристрастность. — Когда ты это сделала?

— Около тринадцати лет назад. — Я не удивилась, что эта тема никогда не всплывала. Я была так молода. Честно говоря, я даже не рассматривала суррогатное материнство до своей беременности. Я пошла на забор яйцеклеток только для того, чтобы угодить родителям, которые настаивали на мерах предосторожности перед тем, как тестировать новый препарат — на случай, если я окажусь в меньшинстве женщин, которые страдают от разрушительных побочных эффектов для фертильности. В итоге я принимала этот препарат недолго, но яйцеклетки мы сохранили.

— Значит, тебе не пришлось бы самой вынашивать ребенка.

Я знала, о чем он думает: мне никогда не пришлось бы страдать. Я могла бы избежать исключительной душевной боли, если бы изначально пошла по этому пути. Мы с ним не потеряли бы три года. Или, может быть, он не думал обо всем этом. Может быть, это только я.

— Верно, — сказала я.

— И Ксандер с этим согласен?

— Он склоняется. — Честно говоря, он питал романтические представления о традиционном зачатии. Но я надеялась, что в конце концов мы придем к общему мнению. — Пока ничего не решено.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу продолжать чувствовать себя собой. — Я сказала это легкомысленно, но это, возможно, было самым правдивым утверждением, которое я когда-либо произносила. Я так много работала, чтобы дойти до этой точки. Гормональные колебания опустошили мое тело и встряхнули мой проверенный медицинский коктейль. Под наблюдением моих врачей я была и вверх, и вниз, и внутри, и снаружи, и всячески вокруг самой себя, пытаясь найти новое равновесие. Тот факт, что нам недавно удалось достичь чего-то близкого к этому, был огромным облегчением.

— Это твое тело, — сказал Бенни.

Я отпила маргариту.

— Я знаю.

— Твое тело.

— Бенни.

Он вздохнул.

— Я хотел быть рядом с тобой. Ты не представляешь, Джой. Я думал, ты меня ненавидишь.

— Я никогда не смогу тебя ненавидеть, — прошептала я.

Он протянул руку и взял меня за руку.

Позже, спустя много часов, я вернулась домой и накричала на Ксандера, и он заплакал и сказал, что ему жаль, что он только пытался защитить меня, что я была хрупкой и он не хотел, чтобы это так долго продолжалось. Я не поверила ему, но позволила себя обнять, а когда он перестал плакать, я заставила его пообещать, что он никогда не сделает этого снова, никогда-никогда, и он поклялся жизнью, что всегда хотел только лучшего для меня, что он так сильно любит меня, так сильно-сильно. Он напомнил мне, что это тоже было тяжело для него, и я в конце концов уступила, потому что он был прав. Это было тяжело для нас обоих. Оставалось только двигаться дальше.

Но в этот момент, держа Бенни за руку в этой украшенной огоньками кабинке El Coyote, я думала не о будущем и не о прошлом. Я думала только о том, как я благодарна за этот второй шанс.

Бенни смотрел на меня, потягивая свою маргариту, и по его лицу пробежало мечтательное выражение.

Я не могла не улыбнуться.

— Что?

— У меня есть идея, — сказал он. — Для подкаста.

— У вас есть новости? — спрашиваю я, быстро переводя взгляд с Келлер на Прайса и обратно.

— Не те, на которые вы надеетесь, — говорит Келлер. — Мы можем войти?

Маслянистое ощущение поселяется у меня в животе, пока я открываю дверь пошире. Ричи, в восторге от нового запаха в доме, несколько раз обнюхивает детективов, виляя хвостом, но Потси держится позади, настороженно. Как раз когда я думаю, что он начинает согреваться, он поднимает морду и завывает.

Я бросаю игрушку для жевания в сторону задних комнат, пока детективы устраиваются на диване. Мне не нравится, как они выглядят — Келлер с ее налитыми кровью глазами, Прайс свежий как новорожденный, оба внимательно наблюдают за мной, когда я подхожу. Я сажусь в одно из кожаных кресел и жду, когда они заговорят.

— Итак, мы закончили обработку дома, — говорит Келлер.

— Уже? — Я ерзаю, не уверенный, хорошая это новость или плохая. — И?

— И сейчас я хотела бы сосредоточиться на ваших отношениях с Ксандером, — говорит Келлер. — По словам Мэллори, в последние несколько месяцев между вами было напряжение.

Я моргаю, не понимая, к чему она клонит.

— Она работает с нами всего несколько месяцев. Нельзя сказать, что она эксперт.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Потому что… серьезно? Я рассказал вам, что происходит. Сталкер. Вирусное видео — вы говорили с моим соседом-идиотом, да? Плюс, плюс! Катастрофа с токсичной едой. — Я жду, пока она признает, что ничего из этого не новость. Что она помнит, что я рассказал ей все это вчера.

Она кивает.

— Энергетические коктейли, да.

Я на мгновение успокаиваюсь.

— Верно. Все это за последние несколько месяцев. Так что да. В нашем офисе было не очень весело.

Неудивительно, что я не понял, что в браке Джой все пошло наперекосяк.

Келлер подается вперед на диване. Опирается локтями на колени.

— Но конкретно Ксандер. Вы были недовольны его партнерством с энергетическим коктейлем, верно?

О. Мои внутренности извиваются. Я отвожу взгляд, и мои глаза падают на обеденный стол, на компьютер цвета розового золота Джой. Черт.